Одиссея - Гомер - Страница 83

Длинными копьями; гибель ему неизбежной явилась.

150 К сыну тогда обратившись, он бросил крылатое слово:

«Верно, какая из наших рабынь, Телемах, изменивши

Нам, помогает противникам нашим,

иль хитрый Меланфий?»

Робко на то отвечал рассудительный сын Одиссеев:

«Горе! Моё небреженье причиной всему; я виновник

155 Этой беды – заспешив, позабыл оружейной палаты

Дверь запереть; и лазутчик, хитрее меня, побывал там.

Слушай, мой честный Евмей, побеги ты туда и за дверью

Стань там и жди; кто придёт, ты увидишь;

служанка ль какая

Или Меланфий? Я сам на него подозренье имею».

160 Так говорили о многом они, собеседуя тайно.

Тою порой за оружием хитрый Меланфий собрался

Снова прокрасться наверх. То приметив, Евмей богоравный

На ухо так прошептал Одиссею, стоявшему близко:

«О Лаэртид, многохитростный муж, Одиссей благородный,

165 Вот он, предатель; его угадал я; он крадётся, видишь,

Снова туда за оружием; что, государь, повелишь мне

Сделать? Убить ли крамольника, если удастся с ним сладить?

Или насильно сюда притащить, чтоб над ним наказанье

Сам совершил ты за наглое в доме твоём поведенье?»

170 Кончил. Ему отвечая, сказал Одиссей хитроумный:

«С сыном моим Телемахом я здесь женихов многобуйных

Буду удерживать, сколь бы ни сильно их бешенство было;

Ты ж и Филойтий предателю руки и ноги загните

На спину; после, скрутив на спине их, его на верёвке

175 За руки вздёрните вверх по столбу и вверху привяжите

Крепким узлом к потолочине; двери ж, ушедши, замкните;

В страшных мученьях пускай там висит ни живой он,

ни мёртвый».

То повеление царское было исполнено скоро:

Вместе пошли свинопас и Филойтий; подкравшися, стали

18 °Cправа и слева они у дверей дожидаться, чтоб вышел

Он к ним из горницы, где женихам во второй раз доспехи

Брал. И лишь только Меланфий ступил на порог

(нёс прекрасный

Гривистый шлем он одною рукой, а в другой находился

Старый, широкий, подёрнутый плесенью щит, в молодые

185 Давние годы герою Лаэрту служивший, теперь же

Брошенный, вовсе худой, без ремней,

с перегнившими швами),

Кинулись оба на вора они; в волоса уцепившись,

На пол его повалили, кричащего громко, и крепко

Руки и ноги ему, их с великою болью загнувши

190 На спину, сзади скрутили плетёным ремнём, как велел им

Сын Лаэртид, многохитростный муж, Одиссей благородный.

Вздернувши после верёвкою вверх по столбу, привязали

К твёрдой его потолочине; там и остался висеть он.

С злобной насмешкой ему тут сказал свинопас богоравный:

195 «Будь здесь покуда заботливым сторожем,

честный Меланфий;

Мы для тебя перестлали покойную, видишь, постелю.

Верно, теперь не проспишь златотронной,

в тумане рождённой

Эос в её восхождении с вод Океана и в пору

Коз на обед женихам многославным отборных пригонишь».

200 Кончил. И, бросив его там, висящего в страшных мученьях,

Оба с оружием, дверь за собой затворив, удалились.

К месту они подошли, где стоял Одиссей хитроумный.

Яростью все там кипели. В дверях на высоком пороге

Четверо грозно стояли; другие толпились в палате.

205 К первым тогда подошла светлоокая дочь громовержца,

Сходная с Ментором видом и речью богиня Афина.

Ей Одиссей, ободрившийся, бросил крылатое слово:

«Ментор, сюда! Помоги нам; бывалое дружество вспомни;

Много добра от меня ты имел, мой возлюбленный сверстник».

210 Так говорил он, а внутренне мыслил, что видит Афину.

Но женихи обратились на Ментора всею толпою.

Первый сказал Агелай, сын Дамасторов: «Будь осторожен,

Ментор, не слушай его убеждений, не думай в сраженье

С нами вступать, подавая ему безрассудную помощь.

215 С нами один он не сладит, своё мы возьмём; но, когда мы,

Их пересилив обоих, отца уничтожим и сына,

С ними тогда умертвим и тебя, ненавистного, если

Вздумаешь здесь к ним пристать;

головою заплатишь за дерзость;

После ж, когда уничтожит вас медь беспощадная, всё мы,

220 Что ни имеешь ты дома иль в поле, возьмём и, смешавши

Вместе с добром Одиссеевым, между собою разделим;

Выгоним из дому ваших детей; сыновьям, дочерям здесь

Вашим не жить; и расстанутся ваши с Итакою жёны».

Кончил он. Дерзость его раздражила богиню Афину.

225 Гневными стала она упрекать Одиссея словами:

«Нет уж в тебе, Одиссей, той отваги могучей, с которой

Ты за Елену Аргивскую, дочь светлорукую Зевса,

Девять с троянами лет так упорно сражался; в то время

Много погибло врагов от тебя в истребительной битве;

230 Хитрость твоя наконец и Приамов разрушила город.

Что ж? Отчего ты, домой возвратясь, Одиссей, с женихами

Так нерешительно, медленно к битве теперь приступаешь?

Друг, ободрись; на меня погляди; ты увидишь, как смело

Против врагов, на тебя нападающих здесь совокупно,

235 Выступит Ментор Алкимид, тебе за добро благодарный».

Кончив, она Одиссею не вдруг даровала победу:

Бодрость царя и разумного сына его Телемаха

Строгому опыту прежде желая подвергнуть, богиня

Вдруг превратилась, взвилась к потолку и на чёрной от дыма

240 Там перекладине лёгкою сизою ласточкой села.

Тою порой Агелаем, Дамастора сыном отважным,

Димоптолем, Еврином и Писандр, сын Поликторов бодрый,

С Амфимедоном и умным Политесом яростно были

В бой подстрекаемы (силой они отличались от прочих,

245 Сколько ещё их там было живых и спастись уповавших

Боем; другие же, все умерщвлённые, кучей лежали).

Так, обратясь к остальным, Агелай благородный воскликнул:

«Этот свирепый, я думаю, скоро от боя уймётся;

Ментор покинул его, бесполезно нахвастав; один он

25 °C ними теперь на высоком пороге стоит беззащитный.

Разом всех копий своих медноострых, друзья, не бросайте;

Бросьте сначала вы шесть; и великая будет нам слава,

Если его поразим, ненавистного, с помощью Зевса;

С прочими ж сладить нетрудно,

лишь только б сломить Одиссея».

255 Так он сказал, и, ему повинуясь, пустили другие

Разом шесть копий; но сделала тщетным удар их Афина:

Вкось полетевши, глубоко вонзилося в притолку гладкой

Двери одно; а другое в одну из дверных половинок

Втиснулось; третье воткнулось в дощатую стену; когда же

260 Всех женихами в них брошенных копий они избежали,

Так, обратяся к своим, Одиссей хитроумный сказал им:

«Очередь наша теперь; приступите, товарищи, к делу,

Копья нацельте и бросьте в толпу женихов, уничтожить

Нас замышляющих, прежде столь много обид нам нанесши».

265 Так он сказал и, прицелясь, они медноострые копья

Кинули разом; и Димоптолема сразил многосильный

Сам Одиссей, Телемах – Евриада, Филойтий – Писандра,

Старый Евмей свинопас поразил Элатопа; и разом

Все повалились они, с скрежетанием стиснувши зубы.

270 Прочие, к дальней стене отбежавши толпой и поспешно

Вырвав из трупов кровавых вонзённые в недра их копья,

Снова их разом в противников, метко прицелясь, пустили;

Снова Афина могучая сделала тщетным удар их,

Вкось полетевши, глубоко вонзилося в притолку гладкой

275 Двери одно; а другое в одну из дверных половинок

Втиснулось; третье воткнулось в дощатую стену. Однако

Амфимедон Телемаха поранил, в ручную попавши

Кисть: пролетая, копьё остриём оцарапало кожу.

Тронул плечо над щитом у Евмея Ктесипп длинноострой

280 Медью; копьё же, над ним прошумев, водрузилося в землю

Стоя с боков Одиссея, ужасною полного думой,

Снова они в женихов неизбежные бросили копья.

Евридаманта сразил Одиссей, городов сокрушитель;

Амфимедон был пронзён Телемахом, Полиб – свинопасом;

285 Метко нацелив копьём медноострым, Филойтий Ктесиппу