Идеальный мир для Химеролога 5 (СИ) - Сапфир Олег - Страница 42

— И?

— Да бесполезно всё. Те, что внизу, жрут бетон, пока он жидкий. Или просто раскидывают его телами. Они не дают запечатать проход. Там настоящий прорыв, командир. Они скоро выплеснутся на улицы.

Я сделал подсечку хлыстом, сбивая с ног сразу пятерых мутантов.

— Понятно. Значит, надо ускоряться.

Я сосредоточился, усиливая ментальный сигнал.

«ВСЕ КО МНЕ! Я ЗДЕСЬ! Я СЛАДКИЙ! Я ВКУСНЫЙ!»

Я тянул их на себя, отвлекая от выхода на поверхность. Я стал центром циклона в этом подземном аду.

Зал, в который мы вышли, бывший распределительный узел, кишел монстрами. Их были сотни.

— Рядовая! — крикнул я. — Огонь по готовности! Разрешаю использовать гранаты!

Обезьяна радостно ухнула. Она сорвала с пояса «лимонку», выдернула чеку зубами и швырнула в самую гущу набегающей волны.

БА-БАХ!

Взрыв разметал тварей, забрызгав стены кровавой слизью.

— Псих! Барьер!

Пёс, чья шкура уже была пропитана чужой кровью, встал в проходе, ведущем к нам в тыл, и превратился в живую мясорубку, не пропуская никого.

Я стоял в центре, раскручивая хлыст, и чувствовал, как адреналин кипит в крови.

Это был сбор урожая. Каждая убитая тварь — это ингредиенты. Каждая волна атаки — это тест моих возможностей.

— Ну давайте! — крикнул я, вливая в хлыст заряд силы. Костяные лезвия заискрились. — Покажите мне, на что способны!

И они показали. Из темноты, тяжело топая, вышло нечто огромное. Элитная особь. Вожак стаи.

Я улыбнулся.

— А вот и десерт. Ну, иди к папочке…

Вожак зарычал и отправил в бой своих приспешников.

Твари лезли со всех щелей — из вентиляции, из проломов в стенах, даже, кажется, просачивались сквозь бетон. Мелкие и юркие, крупные и неповоротливые… Вся эта фауна, копившая злобу в темноте, теперь решила выплеснуть её на нас.

Мой костяной хлыст свистел в воздухе, рассекая плоть. Но этого было мало.

Я ударил ладонью по морде очередного ящера, который пытался откусить мне ногу. В момент касания я выпустил импульс «Кальцинирования». Тварь застыла, превратившись в статую, а через секунду рассыпалась в пыль от пинка ногой.

— Слева! — крикнул я, даже не оборачиваясь.

Псих перехватил в полёте какую-то крылатую гадость, клацнул челюстями, и две половинки тушки упали на пол.

Но их было слишком много. Когда твари насели на нас со всех сторон, вожак атаковал молча, подло, со спины.

Я едва успел среагировать. Тень накрыла меня, тяжёлые лапы легли на плечи, вдавливая в пол. Горячее смрадное дыхание обожгло шею.

Челюсти, способные перекусить фонарный столб, сомкнулись там, где должна была быть моя сонная артерия.

Но я успел подставить руку.

ХЕР-Р-РАК!

Звук был страшный. Но хрустнула не моя кость.

Я активировал «Алмазную Решётку» — атрибут, который держал на крайний случай. Моё предплечье мгновенно затвердело, кожа приобрела оттенок тёмного гранита.

Зубы твари со скрежетом скользнули по моей руке, высекая искры.

— Не угадал.

Я резко развернулся, не сбрасывая монстра, а увлекая его за собой инерцией движения. Теперь мы стояли лицом к лицу.

Это была огромная полупсина. Выглядела она жутко: клочья шерсти вперемешку с оголёнными мышцами, из пасти капает зелёная пена, глаза затянуты бельмами безумия. Она была заражена чем-то, что разгоняло её метаболизм до предела, сжигая заживо, но даруя чудовищную силу.

Она продолжала грызть мою каменную руку, урча и мотая головой, пытаясь найти слабое место.

Я с интересом посмотрел в её безумные глаза.

— Какая непослушная больная собачка, — сказал я, будто отчитывал щенка за лужу на ковре. — Тебе же больно. Ты же с ума сходишь от этой дряни в крови.

Псина зарычала, сжимая челюсти с новой силой. Моя алмазная кожа начала покрываться сетью мелких трещин. Сильная тварь, ничего не скажешь.

— Ну зачем же тратить это безумие на меня? — продолжил я, свободной рукой касаясь её лба. — Это же такой ценный ресурс. Чистая ярость. Её можно использовать в разных направлениях.

Я почувствовал структуру её заражения. Вирус берсерка. Примитивный, но действенный. Он блокировал инстинкт самосохранения и выкручивал агрессию на максимум. Единственная проблема — у него сбился прицел.

— Давай-ка мы это поправим.

Я начал плести заклинание прямо на кончиках пальцев. Ментальное перенаправление.

— Ты ненавидишь не меня, — сказал я, вливая энергию прямо в её воспалённый мозг. — Я — камень. Я — стена. Я невкусный. А вот они…

Я мысленно подсветил для неё остальных тварей в зале.

— Они — твои враги. Они хотят забрать твою силу и власть. Они смеются над тобой.

Псина замерла. Её челюсти разжались. Она медленно вытащила клыки из моей руки, оставляя на поверхности глубокие борозды.

Её мутный взгляд прояснился. Только теперь в нём горела не слепая ярость, а целенаправленная ненависть. Она повернула голову в сторону толпы тварей, которые наседали на Рядовую.

— Фас, — тихо сказал я.

Полупсина издала вой, от которого у меня зазвенело в голове, и сорвалась с места.

Она врезалась в строй своих бывших союзников, как пушечное ядро. Рвала, метала, грызла… Она была больше и сильнее их всех. Твари, не ожидавшие удара от своего вожака, впали в ступор, не понимая — продолжать нападение или бежать.

Началась свалка. Моя «перепрошитая» торпеда крушила всё на своём пути, прокладывая просеку в рядах монстров.

— Работает, — кивнул я, стряхивая с руки слюну.

Минут через десять безумие твари начало спадать. Действие моего заклинания заканчивалось, да и силы у неё были не бесконечные. Она, вся израненная, покрытая чужой кровью, вдруг остановилась, огляделась мутным взглядом, поняла, что натворила делов, и, поджав хвост, рванула в боковой тоннель, подальше от этой мясорубки.

Пусть бежит. Может, выживет. Интересный экземпляр для наблюдения в дикой природе.

А бой продолжался.

Час. Два. Три…

Мы держали оборону в этом проклятом распределительном узле. Гора трупов росла, превращаясь в баррикады. Я уже устал считать, сколько раз я применял «Лезвие Духа» или «Кислотный Туман».

Патроны у Рядовой давно кончились, и она взялась за свои излюбленные катаны. Псих был алым от крови с головы до пят.

Я посмотрел на часы. Четыре утра.

Но поток тварей не иссякал. Наоборот, он становился плотнее.

Я расширил своё восприятие, сканируя пространство. И то, что я увидел, мне не понравилось.

Этот узел был лишь каплей в море. Сражаться здесь — как пытаться перекрыть течь в трубе, заткнув пробой пальцем. Твари прибывали из Диких Земель бесконечным потоком. Кто-то или что-то гнал их сюда, как скот на убой.

Мы могли бы стоять здесь, укладывая их штабелями, но это не устранило бы первопричину.

— Бессмысленно, — констатировал я, отшвыривая ногой очередного мелкого гада. — Мы просто вычерпываем океан чайной ложкой.

Да и усталость начала брать своё. Даже мой модифицированный организм требовал отдыха и кофе.

— Рядовая! Псих! — крикнул я, перекрикивая визг тварей. — Сворачиваемся!

Обезьяна, которая как раз вбивала в пол голову какого-то ящера, разочарованно ухнула, но послушно отступила.

— Хватит развлекаться.

Я быстро пробежался взглядом по полю боя, выбирая самые лакомые кусочки.

— Рядовая, видишь вон ту тушу с шипами? — я указал на тело особо крупного монстра, которого завалил Псих. — Тащи его. И вон того, синего, тоже прихвати. У него интересная огнеупорная шкура.

Рядовая взвалила на одно плечо огромную тушу, на другое закинула вторую, поменьше, и вопросительно посмотрела на меня.

— И голову вон ту, рогатую, в зубы возьми, если руки заняты, — добавил я. — Рога на артефакты пустим.

Мы начали отход. Я прикрывал тыл, расставляя на пути следования магические ловушки-растяжки. Не смертельные, но очень болезненные. Чтобы отбить желание преследовать.

Выбравшись на поверхность, я вдохнул свежий ночной воздух.

Я был уставшим, грязным, как чёрт, но абсолютно довольным.