Статус: В целом – ученик (СИ) - Flow Ascold - Страница 37

Мы подъехали ближе, и я увидел первые признаки того, что мы едем в очень странное место. Впереди стояли на коленях, вытягивая руки с мольбами, босые, голодные оборванцы. Они стояли вдоль дороги и на перекрёстках. Даже сидели вдоль стен крепости. Причём как женщины с детьми, так и старики. Да и молодые парни тоже были. Инвалиды даже попадались…

Ох, не нравится мне всё это… Ну не придут на край освоенных земель инвалиды: просто не доберутся. А их тут каждый третий! И откуда они могли здесь взяться? Почему они все протягивают руки и молят нас, как и остальных путников? Ответ очевиден: это те, кто не сумел остановиться, поверил в сказку и пал на самое дно из-за алчности. Те, кого поставили на счётчик и кто должен теперь отрабатывать свой долг.

Самых бесполезных и слабых отправили просить милостыню. Остальные — работали, пока крепость-казино продолжала зарабатывать деньги. Целый лагерь нищеты раскинулся у подножия холма, под стенами крепости. Тут ведь ещё и холодно, а они сидят на ветру. И словно этого было мало…

Совсем рядом с оборванцами по дорогам рассекали на породистых лошадях богачи в золочёной броне и с дорогим оружием. У большинства герб вышит или выкрашен на щите — три семёрки. Они сопровождали упитанных богатеев, что идут в их крепость отдохнуть или оставить последнее…

Уверен, вся местная знать, проживающая неподалёку от крепости — в ближайших городах и мелких селениях — любит здесь отдохнуть в роскоши. Может, и не все, но, даже если не хотят, на приём к Архонту, управляющему приграничьем, ездят.

Не одному мне не понравилось увиденное. Гном сплюнул и пробухтел что-то оскорбительное на своём языке.

Мы остановились, смотря с холма на подъезд к воротам крепости, что открывались лишь после того, как стража проверяла, есть ли гость в списках приглашённых. Алиса уже пошла в разведку. Я очень хотел, чтобы она вернулась и успокоила меня, дала понять, что всё не так плохо, как кажется на первый взгляд.

Мы стояли и слушали смех местных богатеев и плач детей, которых мамочки взяли с собой, чтобы отработать то ли свой долг, то ли долг своего мужа-кретина. Один толстяк в красном камзоле выехал из ворот довольный. Его сопровождала тройка спутников, и один из них имел герб местного правителя.

Толстяк благодарил судьбу, что помогла выиграть у какого-то «недоумка Сбитнева» его поля и стадо коров. Он был так благодарен судьбе, что даже швырнул горсть медяков в толпу, и люди бросились за ними, давя друг друга. Он захохотал ещё больше, глядя на это.

— Сплошная мерзость… — прокомментировал я, наблюдая, как жирдяй довольно скачет мимо нас.

— Вуф, — предупредительно рыкнул Крепыш, чтобы лошади ускорились и проваливали.

Пузатый чуть из седла не вылетел и на прощание одарил нас гневным взглядом. Я посмотрел ему в глаза. Он долго не выдержал, отвернулся на дорогу и ускорился, ругаясь на пугливую лошадь.

— Спалить бы тут всё… — выдохнул Брячедум.

— Не поможет. Да и крепость просили оставить в боевом состоянии… — напомнил я, деталь задания Телемаха.

Вскоре к нам тоже подъехал другой конник, с трудом удерживая под контролем свою клячу. Она сопротивлялась как могла, и её хозяин был вынужден слезть и привязать лошадь к дереву. Затем он подошёл к нам с притворной улыбкой.

— Господа приехали, чтобы поиграть или развлечься? В любом случае у нас вы найдёте всё, что вашей душе угодно.

Брячедум уже хотел было сказать ему, в какую дыру залезть, но я остановил друга.

— Прям любые? Мы долгое время путешествуем по этим землям и порядком устали. Всё наскучило. Выпить, поесть, постель согреть… Это всё было и в других городах. Чем вы нас порадуете?

— Ну что вы, господа! Раз проделали такой путь, то наверняка что-то да слышали о нас. Всё, что вы назвали, — есть и у нас. Причём ручаюсь: всё на высшем уровне! А уж сколько развлечений чудных вам уготовано, ежели вы сможете заплатить… — показал он руками жест, словно потирает монету.

— Конкретнее? Что у вас есть эксклюзивного? Такого, чтобы и моего вечно ворчащего друга из гномьего царства развеселить? Деньги не проблема.

При этих словах глаза гонца загорелись, и он быстро начал перечислять развлечения:

— У нас имеется собственная и единственная в Домене рулетка. Все известные и придуманные местными виды карточных игр, кости, домино и…

— Это скучно. Что насчёт настоящих, серьёзных развлечений.

— Вы имеете в виду…

— Ну не ипподром же со скачками⁈ — перебил я. — Его-то у вас нет. Эксклюзив какой? Чтобы и сердце кровью обливалось и руки дрожали от предвкушения.

— Ох! Коли господа желают кровавых забав… такие тоже есть. Но это только для ВИП-клиентов. Сперва надо бы доказать, что вы из тех, кому можно попасть на наши особые представления, будь это бои гладиаторов смертельные, невинные девочки и мальчики… Вы уж мне поверьте, милостью нашего господина в этой святой обители любые развлечения могут найти своего зрителя. Но лучше об этом вам поговорить уже внутри крепости.

— Значит, говоришь, люди у вас, что животные в клетках до смерти бьются на потеху толпе, а невинные дети отдаются на растерзание ублюдкам? — уточнил я у него.

— Совершенно… Эм… Мне кажется или в вашем голосе прозвучала нотка недовольства?

Я посмотрел на Брячедума и кивнул. Можно.

Гном с радостью подошёл к посыльному, что был выше его на две головы и резким, сильным ударом под дых откинул его на добрый десяток метров, заставляя плеваться кровью не в силах разогнуться.

— Конченые мрази, — пробасил гном. — К чёрту Телемаха! Давай разнесём эту сраную крепость и ублюдков внутри!

— Нет, — сказал я твёрдо. — Во-первых, я дал слово. Во-вторых, есть способ сделать им намного больнее. Так они просто в большинстве своём разбегутся кто куда. Да и мы с тобой не бессмертные. Сам знаешь, как порой бывает…

— А мне всё одно! Не могу я дышать одним и тем же горным воздухом с этими мразями!

— Терпение, мой друг. Поверь, они проклянут тот день, когда в их крепость заявился Алекс Лисоглядов и король гномов Брячедум.

— Если уж король, то зови меня по полному имени.

— А какое оно? — поинтересовался я, забираясь на варга.

Гонец уже оклемался, отвязал лошадь и пытался забраться на неё.

Я попросил Крепыша добавить ему мотивации, и тот рыкнул, заставляя нервное животное броситься вскачь с так и не залезшим на неё хозяином. Ему было больно.

— Полное имя своё я этим богомерзким отродьям называть не стану. Да и не король я больше. Лишь имя осталось, дабы давить им врагов вроде этой швали.

— Тогда как насчёт титула короля кабаньей кузницы? А, Брячедум, мастер молота и наковальни? Из железа всякий шлак ты мастер изгонять. Как насчёт избранных, что живут как паразиты, лишь портят наш мир, как этот самый шлак? Готов ты и их выбить своим молотом?

— Само собой! Мне что молотом, что секирой махать! Всё одно: коли шваль, а не человек, быть ему раздавленным! — громко пробасил мой низкорослый друг.

— Вот и отлично. Тогда поехали. Сделаем то, что должно. Но говорить буду я, а ты подыгрывай. Давай вскроем эту гнойную рану и не дадим всей этой швали сбежать. Идёт?

— Ещё как! Действуй! А уж я как могу подсоблю! — закивал гном, выравниваясь со мной. — Главное, не спеши. Чтобы я с варга успел слезть…

— Хорошо, дружище. Я дам тебе время, — улыбнулся я и ускорился.

Представляю, как мы с Брячедумом на варгах выглядели внушительно. Крепыш и Ворчун огромные, с острыми клыками. Рычат так, что кровь в жилах стынет. За моей спиной — ярко-алый плащ вестника победы. Он привлекал взгляд всегда, где бы мы ни проезжали.

Даже если перед нами появится совсем тупой человек, он поймёт, что у меня есть как минимум несколько легендарных артефактов. А значит, я не простой человек. И лучше быть осторожным. Брячедум так вообще гном! В наших землях такие как он — редкость.

Мы сильно контрастировали и с нищими, и с богачами. Мы воины, авантюристы, люди, пришедшие по делу.