Кодекс Императора X (СИ) - Сапфир Олег - Страница 75

— Не уничтожай мою страну… Прошу тебя, — прохрипел Вильгельм Адальберт фон Гогенберг. — Это все мои амбиции, люди там ни при чем.

Он закашлялся кровью. Жить ему оставалось совсем недолго.

Откашлявшись, Вильгельм Адальберт фон Гогенберг снова рассмеялся.

— Смерть настолько смешна? — вскинул я бровь. — Я много раз через неё проходил, но смешно мне было не часто. Что тебя так развеселило?

— Я представляю лица своих союзничков, когда ты до них доберёшься. Жалкие крысы, которые ни на что не способны. Но сейчас уверены в своей победе. Как же не ошибаются.

С этими словами он и умер. Тело императора Германской империи обмякло на выжженной от магии земле.

Я открыл портал и вернулся обратно. Там сражение между войсками почти закончилось. Германская армия, можно сказать, убегала со всех ног.

Там уже половина в болото погрузилась. Поэтому это сражение было не так уж тяжело выиграть. Особенно учитывая, что они оказались в проигрышной ситуации.

После победы здесь мои войска отправились в город. Вот у там уже было не так просто, несмотря на то что там работали тени.

Таким образом, моя армия освободила этот приграничный город.

Когда я подошел туда, возле меня открылся портал — это дело рук Елисея — и оттуда вышла Роза-Мария. Тень встала возле меня и сообщила:

— Ваше Императорское Величество! Противник уже у столицы.

— Это приемлимо, — ответил я.

— Но это не всё. Персия начала действовать. Её войска переходят границы.

— Отлично, — улыбнулся я. — А то я уж думал, еще один план менять придется.

Глава 33

Семья Ласточкиных несколько поколений жила в столице. Но сейчас их всех перевезли, заранее эвакуировали в один из безопасных городов в Сибири.

Михаила Ласточкина, вместе с его женой, двумя детьми, пожилым отцом и даже с собакой и котом заселили в специальный центр. Огромное здание — бывший санаторий, переоборудованный под временное жильё для эвакуированных.

Выдали большие смежные комнаты, куда все и поместились. Только кухня тут была общая на этаже.

Удобства здесь были, даже телевизор в гостинной. Прямо как у них дома. Ремонт самый обычных — без каких-либо излишеств.

Вот сейчас вся семья собралась смотреть новости. А собака с котом лежали на ковре и мерно посапывали — те ещё любители поспать. Они, казалось, единственные не понимали, что происходит. Для них мир оставался прежним — есть еда, есть тепло, есть хозяева рядом. Чего ещё желать?

Михаил им даже завидовал.

— Противник уже окружает столицу, — вещала девушка-диктор на большом экране. Также шла видеозапись с дрона, по которой был понятен масштаб всего происходящего. — Нашим войскам пришлось отступить согласно приказу императора. Власти сообщают, что все под контролем.

Дрон с камерой летел над полями, показывая масштаб происходящего. Колонны техники — танки, бронетранспортеры, грузовики с солдатами — тянулись до горизонта. И это была чужая техника.

— Пап, это конец? — спросил семилетний сын Михаила, тыкая пальцем в экран. — Они захватят город? А как же мои игрушки⁈ Они же там остались! Мой робот! И солдатики! И железная дорога, которую дедушка подарил!

Жена Михаила прижала сына крепче, гладя по голове.

— Тише, тише, дорогой… — приговаривала она.

— Мы больше не вернемся, — печально сказала десятилетняя дочь. Она была старше брата и понимала больше.

Родители переглянулись. Ни Михаил, ни его жена, не знали, что ответить.

Михаил вовсе чувствовал себя беспомощным. Он — мужчина, глава семьи — должен был защитить своих близких. А вместо этого сидел в эвакуационном центре за тысячи километров от дома и смотрел, как враги занимают его город. Это было печально осознавать.

Но тут ситуацию спас дед:

— Не переживайте, — мягко, с улыбкой произнес он. — Давайте я вам лучше историю расскажу.

— Какую историю? — шмыгнул носом младший сын.

— Очень старую. И очень важную.

Дети придвинулись ближе, как всегда делали, когда дедушка собирался рассказывать что-то интересное.

— Когда-то в нашей Российской империи тоже были тяжелые времена, — начал он. — И все изменилось когда к власти пришел один человек. Его называли Первым Императором. Его наследие до сих пор используется. Кстати, он и создал Кодекс Первого Императора, которым сейчас пользуется наш правитель, Дмитрий Романов.

Дети внимательно слушали. Да и самому Михаилу было интересно.

— Я верю, что наш нынешний государь такой же человек, который тоже пришел с наступлением темных времен, и пришел он, чтобы спасти Российскую империю, — продолжил дед. — Верю, что все будет хорошо. И вам тоже нужно верить.

— Верю, — кивнул младший сын.

— И я верю, — уверенно заявила десятилетняя девочка.

Михаил кивнул. Он тоже поверил, что скоро вернется домой.

Хотя в самом центре эвакуации у большинства сейчас достаточно подавленное настроение.Все ходят грустные, с кислыми минами.

Михаил заметил, что диктор дотронулась до уха, где был наушник. Ей что-то передали.

— Смотрите, — он перевел внимание семьи обратно к телевизору.

— Это прямая трансляция кстати, — сказал дед.

Глава семьи удивился — об этом он не знал. На экране раньше не было соответствующего обозначения. Но сейчас оно появилось.

— Внимание! Пришла срочная информация. Мы сразу покажем вам события в прямом эфире и прокомментируем, — сообщила девушка с экрана.

На экране появилось заснеженное поле. Камера тряслась — снимали, видимо, с вертолёта или дрона. Качество было не лучшим, но этого хватало, чтобы разобрать происходящее.

Показали, что час назад император Дмитрий Романов вступил в схватку с германским императором и его армией. И один из них погиб.

Услышав это, все члены семьи Ласточкиных охнули. Дед вовсе схватился за сердце.

— Как убит?.. — пробормотал он.

На телевизоре пошла рябь помех. Картинка дёргалась, звук прерывался.

Все нервно застыли в ожидании. Но точной картины пока никто из семьи не понимал.

— Отставить панику, сейчас все будет, — Михаил попытался успокоить домашних.

Через пару секунд картинка на экране стабилизировалась. И там показали полностью разбитую германскую армию и живые, здоровые имперские войска. Потерь среди наших было совсем немного.

И еще показали Дмитрия Романова, гордо стоявшего в стороне. Он был в своем боевом мундире, но тот знатно истрепался. Был изодран, залит кровью, прожжён в нескольких местах.

Видимо, Дмитрию Романову это сражение с императором Германии далось не легко. Очень нелегко.

— Император Дмитрий Романов собственноручно победил в дуэли правителя Германии — Вильгельма Адальберта фон Гогенберга! — сообщила девушка-диктор. — И сейчас армия Дмитрия будет двигаться к столице, чтобы защитить её. Надежда еще не угасла. Верьте в Российскую империю и в ее императора — Дмитрия Романова.

— Верим, — проговорил Михаил, и вся семья повторила эти слова следом за ним.

Ричард Грейстоун сидел в своем удобном кабинете. На экране компьютера была открыла конференция с другими союзниками из «Нового рассвета». По защищенному каналу, разумеется.

Ричард Грейстоун отпил виски из хрустального стакана и улыбнулся.

— Господа, у меня отличные новости. Мы уже дошли до столицы, и она полностью окружена, — довольно сообщил император Британии.

— А что происходит в самой столице? Какие новости? — серьезным тоном спросил император Японии.

— Столицу сейчас идут оборонять обычные люди. Они берут в руки, что есть. Какое-то старое оружие, а еще охотничьи ружья, топоры и вилы. Словно мы в средневековье, — еще шире улыбнулся Ричард Грейстоун. — По данным разведки, Москву будут оборонять примерно двести тысяч обычных гражданских. И примерно сто пятьдесят тысяч солдат.

— Триста пятьдесят тысяч против наших армий? — усмехнулся представитель Великого Северного Союза. — Это будет быстрая победа.