Кодекс Императора X (СИ) - Сапфир Олег - Страница 82

Маргарет держала на руках четырехмесячного мальчика — своего сына. И улыбалась.

Сейчас она чувствовала радость и умиротворение. Но это не всегда было так. Вспомнить хотя бы моменты, когда она думала, что ее жизнь кончена. Что назад дороги нет, и спасения никогда не будет. Тогда было невероятно сложно…

Маргарет потеряла горячо любимого отца, но приобрела мужа и сына. И пусть она скучала по родителю, но понимала, что его уже не вернуть. А впереди её ждет совсем другая жизнь.

Поворотный момент случился после окончания войны. И тогда она стала чаще улыбаться. С окончанием войны на задний план отошли и тревоги. И она смогла спокойно наслаждаться семейным счастьем, попутно отстраивая свою Австрийскую империю. Ведь её сын должен получить хорошее наследие, и научиться им управлять.

Если сейчас кто-нибудь спросит Маргарет, то она с уверенностью сможет назвать себя совершенно счастливым человеком. У которого в жизни есть все.

И если первое время после начала войны она опасалась, что никогда уже спокойной жизни не будет… то сейчас она понимала, как сильно ошибалась.

Она хорошо запомнила слова своего мужа. О том, что в войне он плох, а вот в развитии страны — куда сильнее. Сейчас Маргарет понимает, что он был прав.

За год в Российской империи случились такие преобразования, словно с завершения войны прошло уже лет пятнадцать. И это при том, что Дмитрий развивает не только свою страну, но и сильно помогает Австрии.

А войны… ну, они в мире случаются. Вот только теперь в сторону Российской империи никто и близко не смотрит. Дмитрия опасаются. И даже головы не поднимают.

Дверь приоткрылась, и в покои вошел супруг. Маргарет была рада его видеть.

Дмитрий подошел, с улыбкой посмотрел на сына. Обнял Маргарет и поцеловал ее.

— Может, я с ним побуду, а ты отдохнешь? — предложил он. — Все-таки ты ночь не спала. Есть же няни…

— Не переживай, — перебила она. — Не один ты у нас на все руки мастер. Я вполне могу и с империей управиться, и с ребенком.

— Хорошо-хорошо, — усмехнулся Дмитрий.

— Кстати, — прищурилась Маргарет. — Ты же обычно знаешь всё и обо всех.

— Ну, не совсем всё, — пожал он плечами. — Далеко не всё. Даже не знаю, откуда взялось такое предубеждение.

— Обычно все знаешь, — добродушно усмехнулась Маргарет. — Вот и скажи мне, как ты думаешь, какая судьба ждет нашего сына.

— Судьба у него будет веселая. Как и жизнь. Ему придется империей куда больше, чем его отцу. А возможно, и целым миром, — рассмеялся Дмитрий.

— Какой целый мир? Тогда получается, тебе нужно перестать быть правителем. А у тебя это в крови. Даже не знаю, что ты будешь делать, если перестанешь быть императором. Если Александр будет править всем миром, то что тогда достанется тебе?

Дмитрий снова рассмеялся. А потом ответил:

— Не переживай, я не собираюсь прекращать быть императором. Миров еще есть много. На всех хватит. И я собираюсь однажды тебе их показать.

Маргарет улыбнулась и поцеловала мужа. Даже в мирное время он не переставал её удивлять.

Спустя восемь лет Виктор Степанович Разумовский стоял рядом со своими людьми. Смотрел на секретный объект, расположенный глубоко в горах на Африканском континенте.

Эта база горела. Дым от пожара поднимался высоко в небо. После такого там точно ничего не останется…

А потому Виктор Степанович стоял с поникшей головой. Он понимал, что опять всё провалилось. За восемь лет это шестая его база, которую уничтожили. И сейчас он был подавлен.

Все повторялось раз за разом. Только он находит финансирование, единомышленников, и начинает все заново… Только они выходят на какой-то результат, как все сгорает или уничтожается иным методом.

А ведь Виктор Степанович еще собирается однажды вернуться в Российскую империю, да и Дмитрий Романов не бессмертен. А плюс можно захватить власть в другой стране. Виктор Степанович сам понимал, что зависит от власти.

Виктор Степанович прекрасно понимал, кто виноват в том, что раз за разом, у него ничего не получается.

Помимо всего этого, он понимал, что все восемь лет, после его проигрыша в Российской империи, его просто ведут. Каждый раз бывшему канцлеру кажется, что он всех переигрывает и умеет прятаться, но нет… Каждый раз его ведут.

С ним остались только самые верные люди. Один из которых спросил:

— Виктор Степанович, что будем дальше делать? Заново всё начнем?

— Пожалуй, мне нужно сделать звонок, — задумчиво ответил Разумовский.

— Вы собираетесь позвонить одному из наших партнёров?

— Да нет. Нужно позвонить сыну.

Это заявление удивило присутствующих, хоть они и старались не подавать виду. А главный помощник вовсе достал телефон, набрал номер и передал Разумовскому.

Виктор Степанович взял трубку. И услышал голос своего сына.

— Как-то странно, что у моего человека есть номер моего сына, — Виктор Степанович посмотрел на помощника.

Тот пожал плечами. Хотя у Разумовского появились некоторые подозрения. Но с этим он разберется позже.

— Здравствуй, сын. Давно не виделись, — тихо сказал Виктор Степанович в трубку.

— Раскаяться или просто поговорить? — ровным тоном спросил Кутузов.

— Всему пришел конец, — признался старший Разумовский. — Я хочу понести заслуженное наказание. И готов сдаться. Сотрудничать с вами. А потом гнить в какой-нибудь сырой камере.

Услышав это, сын просто бросил трубку.

А Виктор Степанович медленно опустился на ствол поваленного дерева.

— Ну да… Даже сдаться нормально не получается, — вздохнул он.

Сын его просто проигнорировал и не поверил. Хотя Виктор Степанович уже в самом деле хотел сдаться. Он устал от всего этого.

Неудачи уже восемь лет преследуют его — это тяжкое бремя. И живет Виктор Степанович очень паршиво. Может, даже в тюрьме было бы лучше.

Он понимал, что раз его постоянно находят, то и жизнь его перманентно находится в опасности. Виктор Степанович под колпаком. Столько времени над ним просто издеваются.

Разумовский старший наконец понял, что проиграл. И он принимает свой проигрыш.

Стоило об этом подумать, как прямо перед ним открылся портал. Виктор Степанович поднял удивленный взгляд, поскольку оттуда вышел его сын в сопровождении гвардии императора.

— Значит, я был прав, — невесело усмехнулся Виктор Степанович. — Меня постоянно вели. Око Императора было улучшено?

Внезапно человек Разумовского, который и передавал телефон, сменил облик. И теперь перед Виктором Степановичем стоял печально известный Арлекин.

— Да ладно? С каких пор? — удивился Разумовский старший.

Алекин достал небольшую соломинку и начал жевать. А потом ответил:

— Всегда.

Кутузов принялся зачитывать обвинения. А список выходил длинный. Очень и очень длинный. Там была и измена, и переворот. И вот, сын наконец закончил, объявив отца виновным.

Потом Виктора Степановича и его людей увели гвардейцы через портал.

А на следующий день уже был суд, и прошел он тоже быстро. Но ни Дмитрий Романов, ни Кутузов, на него не явились.

Вскоре Виктора Степановича отправили в тюрьму. И сейчас он сидел в одиночной камере. Условия, кстати, здесь были не очень плохие. Правда выбраться отсюда не представляется возможным.

В первый раз за долгое время Виктор Степанович почувствовал себя счастливым. Гонка и последующее бегство с оглядками закончились. Он невероятно устал от всего этого. Особенно от того, что каждую ночь ждал, что за ним явятся тени императора и убьют его.

Постоянно приходилось перемещаться, а Виктор Степанович был уже в возрасте. Даже для сильного мага в его положении это было нелегко.

Виктор Степанович понимал, что уже никогда не выйдет из этой тюрьмы. Но он хотя бы отдохнет. Ведь нет смысла убивать того, кто и так сидит в камере.

Впрочем, за проигрыш перед Дмитрием Романовым, ему было обидно только в начале. Сейчас уже не так обидно, поскольку Виктор Степанович прекрасно видит, что происходит с империей и как правит Дмитрий, как он разрешил все конфликты.