Выбери любимый жанр
Мир литературы

Выбрать книгу по жанру

Фантастика и фэнтези

Детективы и триллеры

Проза

Любовные романы

Приключения

Детские

Поэзия и драматургия

Старинная литература

Научно-образовательная

Компьютеры и интернет

Справочная литература

Документальная литература

Религия и духовность

Юмор

Дом и семья

Деловая литература

Жанр не определен

Техника

Прочее

Драматургия

Фольклор

Военное дело

Последние комментарии
Сергей2018-11-27
Не книга, а полная чушь! Хорошо, что чит
К книге
Lynxlynx2018-11-27
Читать такие книги полезно для расширени
К книге
Leonika2016-11-07
Есть аналоги и покрасивее...
К книге
Важник2018-11-27
Какое-то смутное ощущение после прочтени
К книге
Aida2018-11-27
Не книга, а полная чушь! Хорошо, что чит
К книге

Боги, забытые временем - Гонсалез Келси Шеридан - Страница 1


1
Изменить размер шрифта:

Келси Шеридан Гонсалез

Боги, забытые временем

За то, чтобы Руа никогда не пылилась на полке.

Kelsie Sheridan Gonsalez

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

THE GODS TIME FORGOT

Published in the United States by Alcove Press, an imprint of The Quick Brown Fox & Company LLC

© Покидаева Т., перевод на русский язык, 2025

© Издание на русском языке. ООО «Издательство Азбука», 2025

КоЛибри Fiction

1

Где-то между светом и тьмой, в земле, давящей со всех сторон, женщина окончательно потерялась. Она даже не знала, чем заслужила такую судьбу.

Она скребла пальцами, разрыхляла затвердевшую грязь, чувствуя, как земля забивается ей под ногти.

– Эмма! Эмма, ты здесь?

Откуда-то сверху доносились приглушенные голоса.

Она замерла и прислушалась.

– Эмма, где ты?

Она хотела ответить, но была не уверена, что обращаются к ней. Все внутри завязалось тугим узлом. Почему она не могла вспомнить, как ее зовут? Она закрыла глаза, погружаясь в глубины пустого сознания. Почему она ничего не помнит?

– Эмма?

Голос прозвучал ближе.

Возможно, она и есть Эмма, подумала женщина. И в любом случае эти люди, которые ищут Эмму, наверняка не оставят ее в беде и помогут выбраться из ямы, даже если она и не та, кто им нужен.

– Я здесь, – отозвалась она, давясь грязью. – Я здесь!

Зажатая в этой расщелине под землей, она едва могла дышать. Вжавшись коленями в грязь, она попыталась продвинуться вверх. Вокруг сыпались мелкие камушки и кусочки глины. Столько усилий, а результат ни на грош. Если в ближайшее время она не выберется отсюда, то попросту задохнется.

– Где ты? – Голос звучал совсем рядом.

– Здесь, – прохрипела она, не уверенная, что произнесла это вслух.

На этот раз она уперлась в землю локтями и чуть приблизилась к проблеску света, что сулил ей свободу и возможность нормально дышать.

Она гадала, как эта яма выглядит со стороны. Может быть, люди, которые ищут Эмму, вообще ее не заметят? А потом какие-то другие люди будут ходить прямо над ее разложившимся телом, зажатым в расщелине под пещерой, откуда она так и не выбралась.

Нет, ничего с ней не случится, твердо сказала она себе. Погребенная в тесной земляной яме, забытая всеми – не таков будет ее удел. Вцепившись пальцами в землю, упираясь коленями и локтями, она толкала себя наверх.

И вот давление на грудь стало ослабевать. Из-под нее снова посыпались камни и комья земли. Она почти на свободе. Последний отчаянный рывок – и она все-таки выбралась из этой проклятой ямы.

Она хватала ртом воздух и никак не могла надышаться. Перекатилась на спину и посмотрела на темное небо. Как она здесь очутилась? Что с нею произошло? Повернув голову к яме, из которой насилу спаслась, она едва разглядела вход в треугольную нору под кочкой, заросшей высокой травой. Со стороны и не скажешь, что под нею скрывается огромная пещера.

Она совершенно не представляла, что побудило ее туда забраться.

Тело все еще дрожало от напряжения, но она заставила себя сесть. Ее руки, грязные и окровавленные, неудержимо тряслись. Платье было порвано в клочья и тоже испачкано кровью.

Более-менее отдышавшись, она огляделась по сторонам. Вокруг раскинулся сплошной густой лес. Среди деревьев журчал ручей. При виде воды горло обожгло жаждой. Она поднялась на ноги и подошла, спотыкаясь, к крошечному озерцу, что образовалось в том месте, где ручей упирался в подножие скал. Вода была неподвижной, и в ней, словно в зеркале, отражались лесные деревья. Вода звала, обещая утолить жажду и очистить душу.

Опустившись на колени, женщина зачерпнула ладонями прохладную воду и поднесла к губам. В тот же миг в голове промелькнула живая картина.

* * *

– Милая сестрица, какая же ты бестолковая…

Она подняла глаза посмотреть, кто говорит.

– Неужели ты так себя не уважаешь? И не чтишь наш сестринский союз?

Статная женщина с волосами, как черный соболиный мех, прилегла на прибрежные камни, опустив пальцы в воду.

Женщина, чьи волосы были гораздо светлее, ничего не сказала в свою защиту, хоть и нахмурилась, услышав резкие слова.

* * *

Она сделала еще глоток, но эти две женщины из видения накрепко запечатлелись в ее сознании. В длинных струящихся платьях с широкими поясами, они сидели у воды, и одной из них была она.

Вода потекла по ее подбородку и по рукам. Окружающий лес вновь приобрел четкие очертания. Она медленно огляделась по сторонам, отмечая явно сходство между тем миром, который видели ее глаза, и тем, что возник у нее в голове. Озерцо – то же самое, только растения немного другие. Деревья здесь выше, кустарник гуще, но все равно очень похоже.

Задумавшись о сестринском союзе, упомянутом женщиной из видения, она вновь опустила ладони в воду. У нее нет сестер. По крайней мере, она их не помнит.

– Нет! Нельзя трогать воду! Она проклята, – раздался у нее за спиной женский голос, тот самый, который звал Эмму.

Она обернулась и увидела невысокую девушку с бледным лицом и испуганным взглядом. Ее платье из плотной тускло-коричневой ткани весьма отличалось от ярких нарядов тех женщин, что были в видении.

– Ох, Эмма! – Девушка бросилась к ней с искренним облегчением на лице. – Ты цела, ты вернулась! Что случилось? Что на тебе надето?

– Я не Эмма, – сказала она, хотя не была в этом уверена.

Она ни в чем не была уверена.

Девушка встревоженно уставилась на нее:

– Теперь все хорошо. Пойдем домой. – Она осторожно шагнула вперед, вытянув руки перед собой, словно обращалась к испуганному ребенку.

Из леса донеслись громкие голоса. Какие-то мужчины продирались сквозь заросли и кричали что есть мочи:

– Эмма Харрингтон?

– Где вы, Эмма?

Она вся напряглась, ощутив в этих криках угрозу.

– Она здесь! – крикнула девушка.

В лесу царил хаос. Трещали ветки, люди шумно дышали, запыхавшись. Они шли за ней.

Она попятилась к озерцу, и, как только коснулась ногами воды, в голове вновь затуманилось.

* * *

Она стояла у кромки воды и отчаянно жалела, что нельзя повернуть время вспять, чтобы все изменить, все исправить, предотвратить то, чему еще лишь предстояло случиться.

Он подошел сзади и обнял ее за талию. Она прильнула к нему и прижалась щекой к его щеке, гадая, не в последний ли раз.

– Р́уа, любовь моя, о чем ты задумалась? – прошептал он ей на ухо, обдав его жарким дыханием. Игриво прикусив мочку, он запустил правую руку ей под рубашку и погладил по ключице.

Чувство вины захлестнуло ее изнутри, и она ответила:

– Ни о чем.

Он застыл неподвижно, услышав ложь.

Она не могла повернуться к нему лицом. Он сделал шаг назад, размыкая объятия.

Руа нырнула под воду, вбирая в себя ее силу, питая свою заблудшую душу.

* * *

– Нет! Стой! Что ты делаешь? – крикнула девушка.

Вернувшись к реальности, она обнаружила, что стоит по пояс в воде, а ее грязное платье прилипло к ногам. Студеная вода приятно холодила потную кожу.

– Эмма, скорей выходи!

– Меня зовут Руа, – сказала она, но все-таки вышла на берег. Каждый шаг давался с трудом, словно вода не хотела ее отпускать.

Девушка посмотрела на нее странно.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

– Хорошо, Руа. Я Мара.

Мара ей не поверила, ну и пусть. Когда Руа произнесла свое имя, она всем своим существом осознала, что это правда.

К ним подошли с полдюжины мужчин – запыхавшихся, грузных – и обступили Мару с двух сторон. При виде этих людей сердце Руа бешено заколотилось.

Их дружные крики: «Здесь! Она здесь!» – быстро сменились гримасами ужаса.