Ты мое наказание (СИ) - Зорина Полина - Страница 12

Глава 13

Я посмотрела на Олесю. Чего добивается?

- Я же сказала, что купила в стоковом магазине. Повезло урвать. Просто наклейка с новой ценой отклеилась.

Она сложила руки на груди.

- Я тебя знаю с рождения. И когда ты врешь, тоже знаю. В сток попадает неликвид, старые коллекции. А эта блузка, если верить бирке, из новой коллекции.

- Да ты сыщик, как я посмотрю. Даже если я и купила за эту цену, что с того? Мои же деньги. Сама заработала, сама потратила.

Лучше соврать, чем рассказать о Соколове. Тогда скабрезных шуточек не избежать.

- Да ничего. Просто ты строишь из себя правильную девочку, а по факту крысишь деньги от семьи и обманываешь мать. А мать думает, какая ты умница разнесчастная. Глаза бы ей раскрыть.

- Ну так раскрой. А заодно на то, куда ты тратишь свою зарплату?

Глаза Олеси забегали.

- Я отдаю треть! Этого мало? – вскрикнула она.

- Тише, бабушку разбудишь. Но никто же не знает, сколько ты получаешь на самом деле.

- Думаешь, я всех обманываю?

Я пожала плечами и, нацепив футболку, вышла из комнаты.

Теперь можно только представить, как все отреагируют, когда увидят новое пальто.

На кухне я взяла большой мешок для мусора. Мама уже домыла посуду и теперь присоединилась к отцу. Мне не пришлось придумывать, зачем мне понадобился мешок.

Воровато оглянувшись, спрятала пальто в мусорный мешок и поставила возле двери. Завтра встану пораньше и отвезу пальто Соколову. Пусть делает с ним, что хочет, но мне лишние проблемы не нужны. Туда же кладу фирменный пакет из магазина, в котором лежит рубашка Соколова.

Справившись со скрытием улик, иду к погодкам.

Петя и Витя учатся в четвертом классе. Теперь решение отдать их в один год в школу кажется мне разумным. Так хотя бы задача проверить уроки становится чуть проще.

По идее братья должны были бы помогать друг другу с учебой, но по факту только мешают, спорят до хрипа и чуть ли не дерутся.

Вот и сейчас пацаны надулись, сидят по разным углам.

- Что у вас тут случилось?

- Ничего! – буркают в один голос.

Но, к счастью, с уроками сегодня мы разобрались намного быстрее, чем обычно, заодно удалось помирить их. С чувством выполненного долга, я отправилась застирывать блузку от кофе.

Она больше напоминает тряпку, так на ней нет ни единого чистого участка.

Несмотря на то, что я долго терла ткань хозяйственным мылом, результат меня не радовал.

Плюнув, оставила ее в тазике, пусть замачивается. Что с ней делать дальше, решу завтра.

Утро не задалось.

Пришлось биться с папой за пакет, который он решил прихватить на мусорку по пути на работу, убеждая, что мне это сделать проще.

После убеждать старенькую вахтершу на проходной университета, чтобы разрешила оставить пакет с пальто у себя. Она долго проверяла пальто на предмет наличия бомб, а потом все же смягчилась, и мне не пришлось таскаться с огромным пакетом.

Из-за приключений с пакетом в аудиторию я пришла под звонок, плюхнулась на парту рядом с Иркой. Подруга тут же начала расспрашивать, получилось ли с практикой, и наябедничала на Шаповалову, которая всем уши прожужжала, как Соколов на нее смотрел.

- В общем, у них намечается любовь, большая и чистая.

Я кивнула. Пусть так. Лишь бы от меня все отстали.

Но на перемене Даша все же не упустила возможности меня уесть.

- Говорят, вчера ты рано ушла. Неужели выгнали? – захлопала наращенными ресницами. – Так надо быть аккуратнее с документами.

- Знаешь, что такое бумеранг? Так вот он к тебе уже летит.

- Больная, - фыркнула Даша и, подхватив своих подружек, поцокала в кафе.

Любопытной Ирке все же пришлось рассказать о причине нашей маленькой перепалки. А потом потянулись лекции, во время которых Ирка не теряла надежды разузнать хоть что-то о Соколове. Приходилось отмазываться, говоря, что, как только пришла, работала в отдельном кабинете и копировала бумажки.

Не то чтобы я не доверяла Ирке, но у меня такое мнение: меньше знают, крепче спят. Слушать о себе сплетни по универу я не хотела. Я даже Миланке ничего не рассказала.

Постыдный факт моего ползанья по ковру должен остаться в тайне.

С Шаповаловой мы приехали к офису Соколова одновременно, хотя она ехала на своей машине, а я на автобусе.

Конечно же, она не упустила шанс постебаться над моим баулом.

- Ты не заблудилась часом. Здесь не помойка.

Я промолчала. Надо признать, что с мусорным пакетом, зажатым в руке, я выглядела любопытно.

Грымза-секретарша только поджала губы, когда я спросив, нет ли кого у Соколова, ввалилась к нему.

Уголки его губ дрогнули, будто он хотел улыбнуться, а потом передумал.

- Вот, - я плюхнула мешок ему на стол.

- Надеюсь, там не труп и мне не придется тебя отмазывать. И почему ты снова в своем жутком пальто.

- Потому что я не могу принять ваш подарок.

- Кажется, вчера мы обо всем договорились.

- Вчера договорились, а сегодня передоговоримся.

- Не понял, - он почесал подбородок.

- Я не смогу объяснить родителям, откуда оно взялось.

- Это же элементарно, - он постучал пальцами по моему лбу. – Скажи, что практика оплачиваемая и работодатель дал аванс.

- Только этот аванс я должна была бы отдать семье, а там бы уже распределили, что на кого потратить.

- У вас семья старообрядцев? Что за странные правила?

- Вам легко так говорить. У вас одна консультация стоит столько, сколько наша семья получает в месяц.

Моя фраза покоробила Соколова.

- Ты как будто меня этим попрекаешь. Каждый зарабатывает как может и сколько может. Скажи правду – так и так, начальник подарил.

- Угу. И чем веет от такой фразы?

- М-м-м… Заботой… Добротой…

- Ну хватит вам! Будто сами не понимаете. Вот скажите, вы бы приняли подарок от малознакомого мужчины?

Соколов фыркнул и рассмеялся, став на миг похожим на озорного мальчишку.

- От мужчины? Да еще от малознакомого? Точно нет!

- Может, тогда пальто повисит у вас тут? – я кивнула на шкаф, до лучших времен. – До лучших времен. До следующей практикантки?

Он тут же перестал смеяться.

- Ромашкина, это часть нашего договора. Я не знаю, что ты будешь придумывать. Подарили инопланетяне… Нашла по пути в универ… Украла… Но ты обязана ходить в этом пальто, а не вызывать у меня приступы мигрени изъеденной молью хламидой. Кстати, сегодня узнаешь свое наказание за пролитый кофе, - на последней фразе он хищно улыбнулся.

Глава 14

Наказание не заставило себя долго ждать.

В четыре Грымза лично оповестила нас всех о том, что шеф ждет у себя.

Мы выползли из кабинетов.

Шаповалова с довольным лицом тыкала Звягинцеву в бок и, косясь на меня, что-то шептала.

Явно ничего хорошего.

Ну что ж.

Этот общий созыв меня напрягал. Неужели Соколову пришло в голову унизить меня прилюдно?

Что-то мне кажется, что только ради этого он меня и принял на практику. Ему нужен бесправный человек, чтобы всячески унижать его.

Разве он мог бы позволить такое поведение с Шаповаловой?

Да нет же. Ведь у нее папа депутат.

Со Звягинцевой тоже не прокатит. Ее дедушка прокурор.

Одна я из трудовой рабоче-крестьянской семьи, как любит говорить отец.

Вступиться за меня некому, так что можно смело проходить катком по моему самолюбию.

Секретарша ехидно улыбалась, провожая взглядом в кабинет. Очевидно, ей была известна причина, по которой нас решили собрать.

В кабинете Соколов был не один. За столом для планерок сидел пожилой мужчина с острой седой бородкой и печатью недюжинного ума на лице. Выглядел он как почетный академик. Он-то здесь зачем?

Мы неловко поздоровались и замялись у дверей. Даже с наших звезд слетела былая уверенность. Всех смущало присутствие незнакомого деда.

- Итак, дамы, присаживайтесь, - лучезарно улыбнулся Соколов и широким жестом указал на стол, за которым нам надлежало разместиться.