Развод с миллиардером (СИ) - Вестич Виктория - Страница 2

- А тебе, Бурдюк, рано еще, - хлопает его по плечу второй, со шрамами на лице.

Я отвлекаюсь всего на пару секунд, а когда возвращаю глаза к главарю, ловлю его насмешливый взгляд. Озабоченный коллектор смотрит на меня с хитрым прищуром и у меня где-то в глубине что-то сладенько екает.

О нет! Чтобы я на чары кобелины такого повелась?! Ни за что!

- Только попробуй еще что-нибудь сказать неприличное или к честной девушке приставать. Я народными танцами десять лет занималась, такую цыганочку с выходом тебе на Фаберже устрою, что даже в принцы не возьмут больше, - угрожаю я.

Лишь после этого разжимаю ладони.

- Опасная девочка.

Из уст этого мужлана такая похвала звучит как насмешка. Кажется, мои угрозы на него совсем не подействовали. Все так же пялится нахально и не спешит отпускать.

- Ты зря не веришь. Я еще единоборствами занималась. И карате, - придумываю на ходу, - еще нунчаками могу отходить.

- Неплохо. Меня заводит, когда сопротивляются, - хмыкает мужчина.

Он отстраняется наконец и только когда в лицо бьет прохладный поток воздуха от его движения, я осознаю, в какой же жар меня бросило. Неудивительно! Так меня в стену втиснул, что даже глотка кислорода не сделать!

Но радуюсь, что маньячина отстал, я недолго. Практически сразу он хватает меня за запястье и, протащив за собой до стула, силой заставляет на него сесть.

- Ты забавная, но своими попытками огрызаться от дела ты меня не отвлечешь. Подписывай.

Передо мной снова бахают кипу бумаг и ручку.

- Я не могу подписывать вслепую! Неизвестно, что вы мне подсовываете! Вдруг вы мне почку вырежете, а я даже в суд на вас подать не смогу, потому что согласие вы мое получили?

- Так читай.

Я с подозрением смеряю мужчину взглядом. Что-то тут нечисто… Но пока тот не передумал, я склоняюсь над документом и быстро пробегаю по нему глазами.

«Мировое соглашение» - гласит посередине.

- Мы, Мансуров Демьян Борисович и Солопова Анна Павловна… - читаю вслух и осекаюсь.

Откуда они мои данные взяли?! Не только имя, но и номер паспорта, личные данные – все мои!

- Вы у кого-то данные моего паспорта купили?! – ужасаюсь я.

- Ага. Купил, женился на тебе, а теперь пришел развод требовать, - с сарказмом произносит, судя по всему, Демьян.

- Но… этого же не может быть! Как такое вообще возможно??

- А это ты мне расскажи, - рычит, склонившись над ухом, Мансуров, и шарахает ладонью по столу, - развести меня решила, а? Думаешь, на идиота попала, который тебе пару лямчиков отстегнет, лишь бы ты закорючку поставила?!

Я сжимаюсь до размера песчинки, жалобно оглядываясь на Демьяна. И ляпаю первое, что приходит в голову:

- Ну уже ведь отстегнул… - и на стол киваю, где несколько пачек долларов лежат.

И тут же зажмуриваюсь, потому что в черных глазах Мансурова читается только одно желание: убивать.

Глава 3

- Извините! – тут же тараторю, - Оно само вырвалось!

Мансуров медленно втягивает воздух носом и так же медленно выдыхает, сверля меня глазами. Устрашающе, конечно. Я, честно, очень впечатлилась, поэтому решила лишний раз не перечить. Кто его знает, этого маньячеллу!

- Слушай, я не знаю, каким образом ты раздобыла мой паспорт и кому заплатила, но факт остается фактом. Мы женаты уже три месяца.

- Да ты издеваешься? Я вообще впервые в жизни тебя вижу… Демьян Мансуров, - читаю снова строчку с именем.

- Очень сомневаюсь. По мне ты просто мелкая мошенница. Но с этим разберемся потом. А пока что – давай подписывай, пока я добрый и не передумал дать тебе за это денег. На большее не рассчитывай. И так накинул чисто лишь за зачетную жопу.

- Что-о?! – восклицаю я, возмущенная до глубины души, - Не буду я ничего подписывать! И сам ты мошенник, понятно?! Не знаю, какие такие схемы вы таким образом проворачиваете, но я в этом участвовать не собираюсь!

А чтобы веса придать своим словам и показать, как решительно настроена, я еще и нос повыше задираю.

В нашу перепалку неожиданно снова вклинивается детина с простодушным детским лицом.

- Босс. Может того? – амбал с кличкой Бурдюк проводит ребром ладони по шее и, вытащив язык, сводит глаза к носу.

От него я такой подставы не ожидала! Вот уж точно внешность обманчива.

- Вы чего это?! – подбираюсь вся сразу, - Не надо меня ни того, ни этого!

- Бурдюк дело говорит, - поддерживает детину верзила со шрамами, - раз дамочка артачится, можем заставить.

Я сглатываю, но слюна застревает посередине пересохшего горла.

А этот маньячелло Мансуров еще и вроде бы задумывается! Обводит меня взглядом и бросает:

- Поехали.

- Куда это? – паникую, - Никуда я отсюда не поеду! Мне и тут хорошо!

Еще недавно я из жуткого помещения вырваться хотела любыми возможными способами, но теперь вцепляюсь мертвой хваткой в стол – захочешь не отдерешь! Потому что не хочу я «того»! Я еще ого-го сколько всего в жизни сделать хочу!

- Я буду жаловаться в профсоюз коллекторов! Не подходите! – верещу я, прилипая всем телом к столу и обнимая его.

Еще и за ножку стола для надежности обвиваю ногами.

- А такой есть? – с сомнением интересуется Демьян.

- Я найду! Не им, так президенту пожалуюсь! Или в прокуратуру!

- Неплохо. У меня как раз отец прокурор, могу лично доставить. Заодно расскажешь ему про свои махинации. А сама что напишешь в заявлении? Что я тебя разводиться принуждаю?

- Что вы меня похитили и… и… похабные словечки говорили и… и баловались! Что умертвить меня пытаетесь!

- Если доживешь, обязательно пожалуешься, - скалится Демьян.

Я пищу от страха. И с другой стороны вдруг мне вторит огромный громила Бурдюк. Глядя на меня, он испуганно блеет:

- А если она маме пожалуется? Скажет, что я баловался!

- Никому она ничего не скажет.

- Скажу! – хватаюсь я за эту надежду, как за соломинку, - Ох-х я такое-е-е расскажу про тебя! Скажу, что баловался, что плохо себя вел!

- Ы-ы-ы!!! – тут же начинает кукситься он.

- Так, хватит! – рявкает Мансуров, - Что за феерически идиотский день?! Мы в ЗАГС едем, поняла? Никто тебя не тронет. Пошли уже. Убедишься, что я говорю правду, и покончим с этим.

Покончим?! Он сказал покончим??!

- Никуда я не пойду! – мотаю головой так, что в шее щелкает.

И стол обнимаю еще крепче. Для надежности.

Демьян хлопает себя по лбу ладонью и растирает лицо. Кажется, он еле сдерживается. Еще и Бурдюк нет-нет да все равно тоненько подвывает, добавляя абсурда происходящему.

Чтобы еще больше противника психологически подавить, я встречаюсь с Бурдюком взглядом и корчу ему страшную рожу.

Детина, который шире меня раза в два, издает бульк и поспешно отворачивается.

- Она дразнится! – жалуется он.

- Ябеда! – ахаю я от такого предательства.

- Так, - Демьян издает настолько низкий гортанный рык, что я вся съеживаюсь и смотрю затравленно на него.

Стараюсь еще глаза как можно больше и невиннее сделать, чтобы сердце маньячины точно дрогнуло.

- Шалтай, бери девку и поехали, - рявкает он второму рослому амбалу.

До этого он почти все время молча наблюдал за происходящим и лишь сейчас выступил вперед. Морда суровая, со шрамами, и глаза жуткие! Такого скорченной рожицей не напугаешь.

- Вставай, - командует он, наклоняясь ко мне.

Я втягиваю голову в плечи, но все равно отрицательно мотаю головой из стороны в сторону. Не верю я в сказочки про ЗАГС! Сейчас отвезут меня в свою коллекторскую или маньячную и все! Раз подпись мою украсть не удалось, значит, органы мои драгоценные заберут! Печень мою, селезеночку…

Я всхлипываю. Сколько еще не выпито и не съедено! Не прожито! И черт меня дернул выйти сегодня за шоколадкой в магазин. Сидела бы дома, грызла сухари ванильные, прошлогодние, а теперь…

Шалтай замахивается, но холодный голос осекает:

- Без рукоприкладства. В машину ее тащи.