Развод с миллиардером (СИ) - Вестич Виктория - Страница 30

Мансуров стискивает под столом мою руку и я испепеляю его взглядом.

- Разве ты забыла, что хотела устроить тихую свадьбу, чтобы отпраздновать ее в кругу семьи? – спрашивает он, выразительно глядя в глаза.

- Да вот как-то запамятовала, - цежу сквозь зубы.

Будто почувствовав между нами напряжение, мама тут же спешит его разрядить:

- Ну ничего, это вы еще обсудите. Сделайте, как вам лучше.

- Если вдруг стесняешься нас с матерью приглашать, то не переживай, внучка, мы не обидимся. Не хотим тебя позорить, - вворачивает вдруг бабушка.

Да что же такое! Мне как будто удар за ударом под дых!

- Что ты такое говоришь?! – возмущенно восклицаю я, даже зло немного берет, - С чего ты это вообще взяла, бабуль?? Почему я вообще должна вас стесняться?

- Ну мы же из простой семьи, небогатые. Нам даже если одежку дорогую надеть, все равно Рокфеллерами не станем.

- Антонина Евгеньевна, ну что вы меня обижаете? Если кто-то считает, что из-за количества денег на счету он стал лучше других – значит, этот человек неимоверно глуп. Я людей на такие категории не делю и рад, что у Ани такая хорошая и любящая семья. Вы ее замечательно воспитали, она умная, трудолюбивая, справедливая. Замечательная, - добавляет Демьян, глядя мне в глаза. – Мне очень повезло ее встретить.

Я смущенно тру кончик носа, пока мама украдкой промакивает слезы бумажной салфеткой.

- Так что мы будем рады увидеть вас на торжестве. И, уверяю, вы будете самыми почетными гостями.

Тихо хмыкаю под нос. Надо же, такой джентльмен сразу. Вот только сам Демьян эту проблему и создал! Зачем нужно было говорить о свадьбе? Сказал бы, что мы тихо справили ее вдвоем.

- Ну какие же вы красивые! Я так рада, что Анечка такого мужчину хорошего встретила! – не выдержав, хвалит мама.

- Нам друг с другом очень повезло, - улыбается во все тридцать два Демьян и, взяв мою руку в свою ладонь, мягко прикасается к ней губами.

При этом еще в глаза смотрит безотрывно.

Вот же… гад!

Выдавливаю из себя улыбку и аккуратно высвобождаю ладонь. Я думала, что визит с “мужем” решит по крайней мере одну проблему, но Мансуров умудрился создать еще гору!

Ладно… надо выдохнуть. Не представляю, как мне теперь несколько месяцев отмазываться придется от того, что мы дату торжества не назначаем.

- А когда же вы праздник планируете? А то вот вдруг меня в больницу положат, не попаду даже, внучку единственную замуж не выдам, - вздыхает бабуля.

А сама хитро на Демьяна глядит.

- Не переживайте, мы дату специально так выберем, чтобы все на торжество попали. Скажем… через неделю подойдет?

Я давлюсь соком, который решила так невовремя попить, и закашливаюсь.

- Простите, - хриплю, - не в то горло пошел…

- Дорогая, ну что же ты? Аккуратнее! – Мансуров аккуратно постукивает меня по спине.

Еще и в глаза так заботливо и с участием заглядывает! Прибить его мало!

- Ой, неделя! А этого не мало? – волнуется мама.

Я дыру прожигаю в Демьяне, но мой напарник меня открыто игнорирует. Клянусь, у меня в голове все приличные слова в его сторону закончились! Только трехэтажный мат остался. Но даже он не выразит всего моего возмущения. Мы о таком не договаривались!

- Не переживайте, Надежда Константиновна, - сияет Мансуров голливудской улыбкой, от которой даже моя строгая мама тает, - у меня все схвачено. К тому же мы с Аней и планировали через неделю устроить торжество. Почти все готово, только дату сегодня с вами хотели обсудить.

- Ох! – мама откидывается на спинку стула и хватается за сердце, - Что, и даже платье уже нашли??

- Нет, платье не нашли. Аня все выбирает и никак не может на одном остановиться. Но вы ведь в этом ей поможете?

У мамы глаза загораются. Не знаю, как, но Демьян попадает в мамино сердце, как в десятку на поле дартса.

- Конечно! Я же швея по образованию и в ателье долго работала! Конечно, неделя – это мало для пошива, но я всех знакомых подключу. У Анечки платье будет самое лучшее!

- У Катеньки золотые руки, - подтверждает бабушка с важным видом, - самая красивая невеста будет.

- Как все замечательно совпало! Тогда завтра уже можно приступать к пошиву, да, Анют? Для такой невесты, как ты, нужно эксклюзивное платье, не такое, как у всех. Да, любовь моя? – Демьян вновь ловит мою ладонь и целует пальцы.

В его глазах черти пляшут, да и вся ситуация явно забавляет.

А у меня сердце на осколки распадается. То, что для него шутка, для меня – заветная девичья мечта. Чтобы платье на свадьбу – настоящую свадьбу! – сшила мне моя любимая мамочка. А рядом был человек, который вот так же сильно понравится и ей и бабушке.

- Да, - заставляю выдавить себя через силу.

Ох, как же сильно тебе влетит, Демьян Мансуров… тайком бросаю взгляд на часы и со злым предвкушением жду, когда закончится ужин и настанет час расплаты. И вот тогда, гад несчастный, тебя ничто не спасет!

Глава 32

Стоит нам только выйти из квартиры и сесть в машину, как я тут же набрасываюсь на Дема.

- Зачем ты это все устроил??

- Что именно? Ужин?

- Не делай вид, что не понял! Я про свадьбу! Почему ты не сказал, что мы просто отметили вдвоем и не хотим вообще устраивать торжество? Мама бы приняла это и не стала обижаться!

- Я подумал, что она может заподозрить неладное. Да и от меня Долянский отстанет окончательно. Да и вообще, почему бы не повеселиться на липовой свадьбе? – Дем улыбается во все тридцать два, как ни в чем не бывало.

А меня такая злость разбирает, что я хочу отколотить его чем-нибудь поувесистее.

- Повеселиться?! Для тебя это все шутки, да? Тебе весело! А ничего, что моя мама и бабушка считают, что действительно замуж меня выдали? Я ведь обманываю их! Ты хоть представляешь, как они переживать будут, когда я скажу, что мы, якобы, развелись? Мама ведь сама шить мне платье собралась! За неделю! Да она ночами спать не будет!

Демьян хмурится.

- Ладно, признаю, извини. Погорячился. Можем сказать, что передумали и все отменить.

- Ну конечно, чтобы они еще больше расстроились!

- Так ты выбери, как именно для тебя приемлемо их расстроить. В любом случае, как только Меседа выйдет замуж, наш договор закончится и мы разойдемся.

Поджимаю губы и отворачиваюсь к окну.

- В твоем обожаемом договоре, между прочим, прописано не было, что ты мне придется родных людей обманывать.

Демьян напрягается. Судя по тому, какое тяжелое в машине повисает молчание, ему явно не нравится, что я его отчитываю.

А что такого? Он должен уметь признавать ошибки! Тем более что действительно накосячил.

- К твоему сведению, по ненавистному тебе договору, - повторяет он мою манеру, - ты получишь неплохую сумму за свою ложь и грант на обучение. Мне кажется, можно и потерпеть.

Я ничего не отвечаю на это. Какой толк, если мы все равно останемся каждый при своем мнении?

До конца пути мы оба молчим, даже в лифте, когда поднимаемся к Демьяну в квартиру, парой слов не обмениваемся.

Только в прихожей, когда я слышу какие-то странные звуки с кухни, настороженно замираю и переглядываюсь с Мансуровым.

- Горничная? – спрашиваю шепотом.

- Непохоже. Время уже позднее, - он постукивает пальцами по циферблату и кивает на чужие ботинки у порога, - и обувь мужская.

- Грабитель?

У меня душа в пятки уходит от одного предположения. Страшно столкнуться в безопасной, казалось бы, квартире, с кем-то чужим, у кого явно намерения не самые добрые.

Я отступаю на шаг и уже хочу предложить вызвать полицию, но Демьян хмыкает:

- Сейчас проверим.

Он решительно направляется на кухню и у меня сердце ухает в пятки.

А вдруг грабитель вооружен! Вдруг он ранит или… еще что похуже сделает?!

- Дем! Дем, постой! – шепотом умоляю я и срываюсь следом.

На кухню мы вваливаемся вместе.

Демьян шарахает по выключателю и рявкает: