"Фантастика 2026-31" Компиляция. Книги 1-30 (СИ) - Пинчук Алексей - Страница 635

— Я не могу больше ждать, — прошептал он, — Не могу!

«Не можешь… И мы… Подождём… Ещё немного…»

Место Львов выбрал тщательно.

Не слишком людное, но и не заброшенное. Двор между двумя домами у станции метро «Кутузовская» — узкий проход с бетонными стенами, где редко кто задерживался надолго. Воздух здесь пах старым бетоном, мочой и сыростью.

Сергей стоял в тени, почти слившись с ней. Его пальцы сжимались и разжимались, будто пробуя на ощупь невидимую силу. Он чувствовал её внутри себя — нестабильную, голодную, как зверя, которого слишком долго держали без пищи.

Она хотела выхода. Хотела жертвы.

И вот она.

Мужчина шёл медленно, оглядываясь по сторонам. Со всклоченными волосами, невысокий, сгорбленный, в потёртом плаще, который явно был ему велик. Старые ботинки скрипели при каждом шаге. На плече висела кожаная сумка, из которой торчал край папки с документами.

Сергей знал, кто он. Маг. Мелкий игрок на чёрном рынке. Торговец амулетами, которые едва работают. Ни семьи, ни друзей. Просто человек, который пытается выжить, пока система давит его со всех сторон.

— Эй, ты? — сказал мужчина, заметив в тени Львова, — Чего уставился?

Сергей сделал шаг вперёд. Его голос был спокойным, почти мягким:

— Мне нужна помощь.

— Помощь? — мужчина фыркнул, — Денег нет, сам концы с концами едва свожу. Дай пройти.

— Нет, — Сергей чуть улыбнулся, — Я говорю о помощи… другого рода.

Мужчина нахмурился. Что-то в лице юноши заставило его напрячься. Но было уже поздно.

Сергей поднял руку.

Воздух вокруг него сжался, будто невидимый кулак сжал пространство. Слабые защитные амулеты хрустнули, мигнули и перестали работать. А слабый ледяной удар Львов отбил и сам.

Мужчина закашлялся, сделав полшага назад, но его ноги подкосились. Он ударился о стену, глаза расширились.

Жертва поняла. Возможно, не полностью, но достаточно, чтобы начать бояться.

— Что… ты… такое? — прохрипел мужчина.

— Кто-то, кому нужно немного энергии, — ответил Сергей, подходя ближе.

Тёмная магия в нём ожила. Она не просила. Она требовала.

Сергей чувствовал, как она вырывается наружу, словно ледяной ветер, пронзающий плоть. Глаза стали глубже, темнее — словно в них открылись двери в другое измерение.

— Пожалуйста… — прошептал мужчина, — У меня есть деньги…

— Мне не нужны деньги, — тихо ответил Львов, — Только боль.

Он положил ладонь на лицо мужчины. Пальцы легли на веки, щёки, лоб. И тогда всё началось.

Тело мага дернулось. Он попытался закричать, но голос пропал. Его глаза внезапно стали белыми, как будто их залило молоком. Из уголков рта потекла тонкая струйка чёрной жидкости — не кровь, не слюна.

Это была энергия. Его энергия. Его страх. Его жизнь.

Сергей закрыл глаза. Он чувствовал, как переработанная, «грязная» энергия вливается в него. Как холодный огонь, который не обжигает, а согревает. Как первый глоток воды после долгой жажды. Он чувствовал, как тьма внутри него успокаивается.

Словно тварь, которую накормили, становится тише.

Мысли Сергея снова становятся ясными.

Тело мага обмякло. Оно осунулось, стало пустым. Лицо — сморщенным, как у старика. Глаза остались открытыми, но в них не было ничего. Ни света. Ни жизни. Только пустота.

Сергей отпустил его, и тело упало на землю с глухим стуком.

Львов стоял несколько секунд, дыша глубоко, размеренно. Затем посмотрел на свои руки. Они больше не дрожали.

— Наконец-то… — прошептал он, — Наконец-то!

Москва просыпалась в привычном ритме — шум мобилей, гудки, мерцающие вывески и запах утреннего кофе. Но для Львова этот день был другим. Он чувствовал это по тому, как его кожа больше не горела изнутри, по тому, как мысли стали ясными, словно после долгой метели небо наконец прояснилось.

Он пытался изучить недавно купленный пергамент в своей тайной квартире на окраине города — уже третьей, ведь Сергей менял их постоянно. Здесь никто не знал его имени, а соседи даже не пытались знакомиться. Маленькая, почти пустая комната с единственным окном, выходящим на серую стену соседнего дома — вот и всё, что представляла собой эта квартира.

Здесь он мог быть собой. Или кем-то ещё. Кем-то новым. Кем-то, кого никто не знает.

Внезапно экран смартфона загорелся.

Не от прикосновения. Не от сигнала входящего вызова. Просто так. Сам по себе.

Сергей замер.

На дисплее появилось сообщение:

«Хорошая работа. Но пришло время перестать быть одиночкой. Они долго не живут. У нас есть, что тебе предложить»

Ничего больше. Ни имени. Ни номера. Ни логотипа. Только текст.

Чёткий. Холодный. Точный.

Сердце Львова не забилось быстрее.

Он просто взял телефон и перечитал строку снова. И снова. Парень мгновенно начал анализировать произошедшее. Это не было случайностью. Не было ошибкой системы.

Это был сигнал.

От кого-то, кто знал, что он сделал. От кого-то, кто знал, что Львов выбрал путь, с которого нет возврата.

Кто-то, кто наблюдал за ним… уже давно.

Сергей, разумеется, проверил устройство. Никаких следов вторжения. Никаких данных о передаче информации. Это было невозможно. Сообщение пришло из ниоткуда.

Львов встал, медленно прошёлся по комнате. Внешне он был спокоен, но внутри всё напряглось.

Паранойя? Возможно.

Но парень слишком долго жил в мире, где ничего не происходило просто так. Если кто-то нашёл его, значит, они знали, как это сделать. А если знали, как найти — значит, они были опасны.

Или полезны.

Или… и то, и другое?

До этого он действовал один. Осторожно. Скрытно. Всё время старался остаться вне поля зрения тех, кто охотился на чернокнижников. Он не хотел быть частью какой-либо организации. Он не доверял никому. Даже самому себе не всегда доверял.

Но теперь…

Теперь он понимал, что один он ограничен. Один он может лишь скрываться. Убивать. Прятаться. Жить в постоянной тени. Но…

Кто-то уже знает о нём, это очевидно. И этот кто-то не торопится сдавать его Инквизиции…

Что если этот «кто-то» предлагает защиту? Возможность развивать силы? Работать ради чего-то большего, чем месть?

Это был призыв.

И Львов собирался ответить на него.

Глава 24

Главный вопрос

Май 2032 года. Москва

Последний месяц можно было назвать как угодно — но я про себя использовал слово «@#$%».

Почему?

Да потому, что я чувствовал себя загнанной на скачках лошадью.

Хрен с ними, с рейдами против мятежников и чернокнижников — меня, мою семью и семьи моих друзей проверили, и не обнаружили ничего подозрительного. Точнее — ничего такого, за что можно было бы отправиться в застенки Инквизиции, оказаться в тюрьме или быть казнённым.

Наш с Илоной тайник никто не отыскал. О «кровавом пакте» между мной и друзьями никто не узнал. Где настоящий Салтыков и как идёт работа над проектом «Альтер-эго» (и что он вообще существует) — никто не узнал.

Даже про деда никто не узнал — он до сих пор тусовался где-то под Мурманском.

Иногда всплывали разные мелочи — спрятанные доходы, незадекларированное имущество, нелицензированные артефакты — но всё это было мелочью, и ограничивалось разве что штрафами.

Но, несмотря на мнимую «безопасность», я и не думал расслабляться.

Во-первых — разработка МР 2.0 понеслась семимильными шагами, и требовала от меня целой прорвы времени и контроля, и большей частью я пропадал в лабораториях корпорации.

Во-вторых — учёба в «Аркануме». Словно получив пинок под зад от правительства, руководство академии стало куда требовательнее и куда жёстче с наказаниям за всякие, даже самые мелкие провинности. Так что приходилось быть примерным студентом и учиться как следует.