"Фантастика 2026-31" Компиляция. Книги 1-30 (СИ) - Пинчук Алексей - Страница 671

И тень.

Тень позора, который принёс ему собственный сын.

— Граф Львов! — раздался бархатный голос Артёма Иловайского, младшего брата министра иностранных дел, приближающегося с бокалом вина в руке, — Поздравляю с таким… оживлённым собранием.

Леонид повернулся, слегка склонив голову, но не позволил ни единой морщине выдать напряжение.

— Всегда рад гостям, дорогой Артём Петрович. Особенно тем, кто ценит старые связи.

Иловайский усмехнулся, едва заметно сузив глаза.

— Связи, говорите? Интересно, сколько из присутствующих сегодня действительно вернут вам доверие после того… неловкого инцидента с дуэлью?

Удар был точен. Дуэль. Больше полугода это слово висело над родом Львовых, как проклятие. Весь высший свет знал, как Сергей позорно проиграл Апостолову, как его родовой лев был разгромлен какой-то склизкой жабой, и как Леониду пришлось унижаться, затыкая рты золотом и угрозами.

— Подобные вещи забываются, — тихо, но чётко ответил граф, — А интересы — нет.

Он сделал шаг вперёд, слегка наклонившись к Иловайскому, и добавил уже шёпотом:

— Кстати, насчёт тех акций в сибирских рудниках… Я слышал, у вас внезапно возникли сложности с лицензиями. Странное совпадение, не правда ли?

Иловайский замер, и в его взгляде мелькнуло что-то, отдалённо напоминающее страх.

Леонид отступил, снова надевая маску гостеприимного хозяина.

— Но не будем о грустном. Сегодня не время для бизнеса! Прошу, наслаждайтесь вечером.

Он двинулся дальше, оставляя Иловайского с недопитым бокалом.

Народу было много. Члены Дворянской думы, магнаты, послы — даже пара осторожных представителей Императорского двора. Все они наблюдали, оценивали, взвешивали: стоит ли ещё иметь дело с Львовыми?

И Леонид знал, что один неверный шаг — и его род окончательно скатится в глазах общества до уровня неудачников.

Внезапно его взгляд упал на дальний угол зала, где стояла Варвара Долгорукая, бывшая невеста Сергея. Она была ослепительна в платье цвета ночи, но её холодные глаза скользнули по Леониду с таким презрением, что у того сжались кулаки.

Она тоже здесь. Чтобы напомнить всем, что Львовы потеряли.

Но граф лишь поднял бокал в её сторону, как ни в чём не бывало.

— Дорогие гости! — его голос раскатился по залу, заставив умолкнуть даже оркестр, — Благодарю вас за честь, оказанную нашему дому. Пусть этот вечер станет началом новых союзов… и возрождения старых.

Слушая это, Сергей Львов стоял у массивного камина, затянутого в строгий черно-серебряный фрак. Его пальцы сжимали бокал так крепко, что хрусталь мог треснуть в любую секунду.

«Улыбайся. Кивай. Будь примерным сыном».

Голос Киры и сказанные ей накануне слова звучали у него в голове чётче, чем болтовня окружающих.

— Сергей! — к парню подошла пожилая графиня Орлова, вся в жемчугах и искрящейся бриллиантами накидке, — Как приятно видеть вас таким… собранным. После всех этих… неприятностей.

Сергей заставил уголки губ дрогнуть в подобии улыбки.

— Благодарю, ваше сиятельство. Времена меняются.

— И слава богу! — она фамильярно похлопала его по руке, — Ваш отец так старается вернуть семье доброе имя. И вам, конечно, стоит его поддержать.

«Поддержать».

Сергей почувствовал, как что-то тёмное и острое шевелится у него под рёбрами.

Голод.

— Разумеется, — он сделал глоток вина, ощущая, как алкоголь обжигает горло, — Семья прежде всего.

— Серёжа! — чей-то хлопок по плечу заставил его обернуться.

Перед ним стоял Никита Калинин — один из многочисленных наследников ещё одного влиятельного рода. Бывший дружок, с которым Сергей в своё время «отжигал» по всей столице.

Теперь эти воспоминания казались Львову чем-то бессмысленным.

— Ты выглядишь… бледным, — Никита ехидно оглядел его, — Небось, отец заставил играть в приличного человека?

Сергей медленно выдохнул.

— А тебя что сюда привело? Кроме желания поязвить?

— Любопытство, — Никита ухмыльнулся, — Хотел посмотреть, как вы будете выкручиваться. Ведь после того, как твой папаша потерял контракт с Казаченко…

— Если тебе нужны сплетни, иди к фрейлинам, Никитос. Мне это неинтересно.

Возле одного из покерных столов ему преградил путь отец, и на мгновение они стояли, глядя друг на друга тяжёлыми взглядами. Отец первым нарушил молчание:

— Ты хотя бы попытаешься не опозорить меня сегодня?

Сергей ощутил, как за его спиной сгущаются тени.

— Я здесь, не так ли? И веду себя прилично.

— Да. И пока это единственное, за что я могу тебя похвалить. Надеюсь, ты продолжишь в том же духе.

Сергей кивнул, глядя, как Варвара Долгорукая смеётся с кем-то из гостей. В голове парня снова пронеслись воспоминания о вчерашнем разговоре с Кирой.

— Что я должен делать?

— Танцуй. Общайся. Будь очарователен. Пусть все думают, что ты исправился. Пусть видят в тебе льва…

— Хорошо.

Два месяца.

Всего два месяца с тех пор, как он впервые услышал голос Киры. И за это время он успел сделать многое…

Взгляд Львова заволокло очередным воспоминанием.

Темнота. Запах ржавого металла и озона после недавнего разряда магии. Под ногами хрустело разбитое стекло.

— Ты уверен, что здесь никого нет? — Сергей ощутил, как холодный ветер бьёт в лицо через разбитые окна цеха.

Кира лишь усмехнулась, поправляя перчатки.

— Рабочие ушли. Охрана… перегружена.

Она кивнула на тёмный угол, где лежали два тела в униформе. Их лица были покрыты инеем — результат её работы.

— Нам нужны чертежи из сейфа директора, — сказала она, протягивая ему амулет с тёмным камнем, — Это отключит защитные руны. Но только на три минуты.

Сергей сжал артефакт в кулаке, почувствовав, как по руке пробежали мурашки.

— А если сработает сигнализация?

— Тогда у нас будет пять минут, чтобы скрыться. Или… — она посмотрела на него с вызовом, — Ты можешь повеселиться.

Через десять минут они уже выходили из здания, а в кармане Киры лежали не только чертежи новых магических реакторов, но и кристалл с записью последнего совещания руководства.

А в цеху остались двое охранников с пустыми, застывшими глазами — и вытянутыми из тел душами.

Ещё воспоминание.

Дождь. Лужи, в которых отражались тусклые фонари. Сергей стоял под крышей заброшенного склада, наблюдая, как по улице идёт мужчина в дорогом плаще.

— Это он? — спросил он у тени за спиной.

— Да, — ответил голос Киры, — Магистр Терновский. Тот, кто передаёт отчёты Инквизиции о наших операциях в районе.

Сергей почувствовал, как в груди зашевелилось что-то тёмное.

— И что мне с ним сделать?

— Просто убедись, что он больше никому ничего не передаст.

Терновский свернул в переулок. Сергей последовал за ним, не спеша, как будто просто гулял.

Магистр заметил его слишком поздно.

— Ты… — его глаза расширились. Он узнал Львова.

Сергей не стал говорить. Просто прикоснулся к его груди — и выпустил ту самую нить тьмы, которую освоил за последние недели.

Терновский даже не успел закричать. Его зрачки сузились, рот открылся — но вместо звука вырвался лишь чёрный пар.

Через три секунды он рухнул на землю.

Кира вышла из тени, осматривая тело.

— Быстро… Что скажут целители, когда он попадёт к ним на стол?

— Инсульт.

Она одобрительно кивнула.

— Хорошая работа.

Чей-то смех вырвал Сергея из воспоминаний. Он вздрогнул.

«Хорошая работа».

Теперь эти слова звучали в его голове как приговор.

Каждое задание связывало его с мятежниками крепче. Каждое убийство, каждая кража оставляли след — не в мире, а в нём самом.

И теперь, глядя на гостей, смеющихся и пьющих вино его отца, он понимал: назад дороги нет.

Мысли Сергея упрямо возвращались к ней.

Интересно, где она?

Кира исчезла сразу после их коротких встреч. Обычно она появлялась как тень — внезапно, без предупреждения, оставляя после себя лишь шепот обещаний и запах черной амбры. Но сейчас её не было.