"Фантастика 2026-31" Компиляция. Книги 1-30 (СИ) - Пинчук Алексей - Страница 790

Я сделал ещё один глоток коньяка, чувствуя, как огненная струйка растекается по желудку. Император тоже пил — и молча смотрел на меня, как и последние минуты. А я смотрел на него в ответ и думал о том, что самая грандиозная ложь — это та, которая наполовину состоит из правды.

Ур-Намму был реален. Его угроза была абсолютной. Я лишь… слегка ускорил её наступление в глазах тех, от кого зависело наше выживание. Ибо на кону — судьба мира.

Император отставил свой бокал. Золотистый коньяк колыхнулся, словно жидкое око, поймавшее отблеск моего лицемерия.

— Хорошо, Апостолов, — его голос был тихим, но в нём зазвенела сталь нетерпения, — С формальностями покончено. Ты здесь, и я тебя слушаю. Что за знания столь чудовищны, что их нельзя доверить даже коду «Валькирии»?

Я медленно выдохнул, собирая в голове тщательно выверенную компиляцию правды и лжи. Пора было закидывать сеть…

— Ур-Намму и его Совет — не просто древние маги, Государь. Они — садовники. А мы, всё человечество, с нашими Искрами, нашими Урочищами, нашей кипучей магической жизнью — мы их урожай.

Я позволил этим словам повиснуть в воздухе, дав им просочиться в сознание Александра, как яд.

— Их план не в завоевании. Он — в терпеливом ожидании. Они ждут, пока биомасса разумных магов — этот самый ценный ресурс во вселенной — достигнет критической массы. Десятки, сотни миллионов одарённых душ, накопленные за тысячелетия. Они называют это «Великой Жатвой». В определённый момент, используя мощь всех Урочищ, которые являются не аномалиями, а… своего рода антеннами, они откроют проход.

— Куда?

— Туда, откуда они пришли. В другие миры. В саму ткань мультивселенной.

— Для чего? — спросил Император, и его пальцы сомкнулись на набалдашнике трости.

— Для побега, — просто ответил я, — Этот мир для них — лишь временная колыбель, истощённая, пройденный этап. Они бежали сюда от неведомой мне угрозы, переждали момент опасности — и Земля им наскучила. Теперь они — точнее, он, самый сильный, ибо двух других я убрал — ищут новые, свежие миры, где можно начать цикл заново. Но чтобы пробить брешь такого масштаба, нужна энергия, сравнимая со взрывом галактики. Эту энергию они и получат, одномоментно сжигая души десятков, сотен миллионов магов по всей планете!

Я видел, как Император внутренне содрогнулся, но его лицо оставалось ледяной маской. Нужен был решающий козырь, ради которого я и замыслил всё это.

Можно было бы убить Императора. Не подчинить — он всё же был сильнейшим магом Империи, и не допустил бы подобного. Умер, но не сдался… А вот убить… Я мог бы. Но после пришлось бы тратить время на организацию власти, усмирение недовольных, гражданскую войну…

А у меня не было на это времени. Точнее, это был план «Б», в котором на меня свалилась бы такая прорва дел, что я бы в них утонул и потерял возможность заниматься главным — противостоянием Ур-Намму. А он бы, напротив, получил преимущество.

Так что нет — моей задачей было сделать из Государя союзника.

— Ты ведь понимаешь, как нелепо это звучит?

— После всего, что я вам показал? — я изогнул бровь, — Поверьте, Ваше Величество, то, о чём я говорю, ещё не самое страшное. Проход, который пробъёт Ур-Намму, будет всегда открыт. Зияющая, незаживающая рана в реальности. И она будет работать в обе стороны. Защитные барьеры нашего мира рухнут. И тогда… тогда к нам хлынет то, что обитает по ту сторону.

Я наклонился вперёд, и мой голос стал шепотом, полным леденящей искренности.

— Прото-божественные сущности, для которых Ур-Намму — всего лишь старый, уставший червь. Твари, для которых наши законы физики — не более чем досадная условность. Миры, где время течёт задом наперёд, а пространство состоит из чистого безумия. По сравнению с тем, что придёт, взбесившиеся Урочища Янчэна или Тарима покажутся вам детским лепетом. Это будет не война. Это будет падение в мясорубку абсолютного Хаоса.

— И как я должен тебе верить? — в голосе Императора прозвучало сомнение. Здравое, рациональное сомнение.

— Всё, что я сейчас говорю, основано не на догадках, — произнёс я, расстегивая манжет на левом запястье, — А на прямом контакте. Я покажу вам.

Я протянул ему руку через стол, обнажив запястье, где под кожей пульсировал слабый бирюзовый свет.

— Это выход моей Искра. И я, не буду врать, уже не такой маг, как вы или кто-то другой…

— Да, ты — пожиратель!

— Все древние маги были пожирателями, — я пожал плечами, — Но я не об этом. В одном из Храмов древних пожирателей я получил доступ к чему-то большему. Случайность, стечение обстоятельств во время одного из первых погружений в Урочище. Я называю это Эфиром. Первородная субстанция, праматерия, из которой соткана магия и сама реальность. Ур-Намму жаждет её, но не может подчинить. А я… я научился.

Император смотрел на мою руку с нескрываемым подозрением, смешанным с научным интересом.

— Вы можете заглянуть, — предложил я, — Та самая проверка, о которой вы просили при всех, Государь. Я… Соглашусь открыть вам доступ к своему сознанию и знаниям, которые почерпнул, пока сражался с Советом… Без магической реальности, в которой я мог бы вас обмануть, без кандалов. Я здесь, я открыт — и вы можете это почувствовать. Мы можем заключить любой дворянский договор, и я могу поклясться, что не попытаюсь вам навредить… Но вы ведь уже и так сканируете меня ментально… Вы знаете, что я не вру.

Государь медленно кивнул. Я почувствовал знакомое, тонкое прикосновение его воли к границам моего сознания. Осторожное, как прикосновение хирурга.

И в этот момент я приоткрыл «шлюзы». Всего на миллиметр.

Эффект был мгновенным. Лицо Императора, обычно непроницаемое, исказилось гримасой шока. Он отшатнулся, его пальцы впились в подлокотники кресла. Его собственная Искра, мощнейшая в Империи — одна из мощнейших в мире! — на мгновение вспыхнула в ответ, как испуганное животное.

— Что… что это? — его голос сорвался.

Он увидел это. Океан — бескрайний, бушующий океан силы, который я носил в себе. Он чувствовал его вес, его возраст, его абсолютно иную природу. Это была не просто магия. Это была сила, которая явно родилась не в этом мире. Она была древнее звёзд, холоднее межгалактической пустоты.

— Это Эфир, — повторил я мягко, — И это… доказательство. Смотрите дальше.

Я не стал ждать разрешения — выхватил из глубин своей памяти обрывки прошлой жизни — свои собственные, но «обёрнутые» в нужную упаковку. Я показал ему… И в его разум хлынул настоящий потоп…

Первая волна обрушилась оглушающим какофонией мегаполиса, чьи башни были не из стали и стекла, а из живого, светящегося кристалла, пронзающего небо с пятью лунами. По улицам-ущельям неслись бесшумные транспортные потоки, управляемые существами с кожей цвета воронёной стали и горящими, как угли, глазами. В воздухе висел гул миллиардов голосов, звучащих на гортанном, щёлкающем языке, и запах озона, смешанный с ароматом незнакомых специй. Я дал ему почувствовать масштаб — один этот город простирался на тысячи километров, и таких городов на планете были миллионы.

Затем смена.

Бескрайняя пустыня под багровым солнцем, где кочевые племя существ, похожих на разумных, шестилапых ящериц, возводили из песка с помощью хорового пения летающие города-крепости. Их магия была не в заклинаниях, а в резонансе, в управлении самой структурой материи силой коллективного разума. И он увидел их войну — не на мечах и огненных шарах, а на разломе тектонических плит, когда целый континент трещал по швам под напором их песни.

Третий мир.

Хрустальные сферы, парящие в безвоздушном пространстве туманности. Раса энергетических существ, чистого сознания, что вела тихую, безмолвную войну в эфире, переписывая законы физики на подступах к чёрной дыре. Вспышки их сражений были похожи на рождение новых звёзд, а их поражение — на тепловую смерть вселенной. Император почувствовал леденящий душу ужас от этой абсолютно чуждой, безразличной к понятиям жизни и смерти формы существования.