Тайны затерянных звезд. Том 8 (СИ) - Кун Антон - Страница 40

— Но я всё равно ни слова не пойму, — закончил я за Вики, и она рассмеялась:

— Заметьте, не я это сказала!

— Ну да, это сказал я, — я кивнул. — Не во всём же мне быть прекрасным и умелым. Надо и другим что-то оставить, иначе зачем мне эти другие вообще нужны, правильно?

— Никогда не думала об этом с такой стороны, — Вики посерьёзнела. — Я всегда думала, что люди рядом друг с другом не ради выгоды, а ради… чувств? Эмоций?

— Раз на раз не приходится, Вики. Некоторые люди существуют рядом друг с другом лишь по той причине, что искренне ненавидят друг друга и желают друг другу самой лютой смерти. Но до тех пор, пока они находятся на виду друг у друга, они могут быть уверены, что оппонент не чинит какой-то козни прямо сейчас.

— Да, о таком я тоже слышала, — в голосе Вики послышалось сожаление. — Подобные ситуации вызывают в моих нейронных сетях очень слабый отклик, из чего я делаю вывод, что это происходит очень редко.

— Чаще, чем хотелось бы, — я покачал головой. — Но ты об этом особенно не думай. Тебя всё равно некому ненавидеть. Ты умница.

— Это приятно слышать, — голос Вики потеплел. — Но, честно говоря, я бы предпочла, чтобы был кто-то, кто будет меня ненавидеть. А ещё — чтобы был кто-то, кого смогу ненавидеть я. Без этого мой эмоциональный спектр остаётся неполным, и я не чувствую завершённости, а это порождает негативный опыт.

— Практика моей жизни подсказывает, что вот уж кто-кто, а ненавистники найдутся всегда, всем и везде, — я вздохнул. — Так что не переживай, всё у тебя будет. Какие твои годы, в конце концов!

— Да, только на это я и надеюсь, — Вики не стала долго грустить. — У меня есть всё время мира, по сути!

— Даже больше, чем у Жи, — усмехнулся я. — Хотя раньше он из всех нас был самым… «долгоиграющим», скажем так.

— Запланированный срок службы, — Вики тоже вздохнула. — Люди его таким спроектировали, да. Это не назвать смертью, но как только наступит предел выработки его внутреннего реактора, он перестанет функционировать. Наверное, это можно назвать смертью, только… для роботов.

— Ты так легко об этом говоришь, — я взглянул на Вики. — Тебе его совсем не жалко?

— Увы, Кар, жалости я тоже пока что лишь учусь. Я не вполне понимаю происхождение этой эмоции, и, хотя подозреваю, что способна её испытывать, но не понимаю, когда и как это происходит.

— Ну, тут всё просто, — я пожал плечами. — Ты же умеешь представлять? Строить умозрительные эксперименты?

— Разумеется. Именно этим я и занималась, пока ты не пришёл.

Я не стал уточнять, какого рода были эти эксперименты, и сразу перешёл к делу:

— Ну тогда представь, что Жи — всё. Перестал функционировать. Выработал свой реактор. И при этом вы остались только вдвоём. Нас нет. Только ты и он. Вернее, только ты. Что ты испытаешь?

Вики молчала долго. Целых секунды три, что для искусственного интеллекта её уровня — почти что вечность.

— Я почувствую… потерю, наверное, — неуверенно ответила электронная умница. — Если к тому моменту действительно не останется никого из органических членов экипажа, если только мы с Жи останемся друг у друга… Полагаю, я бы почувствовала что-то вроде того, что почувствовала бы, если бы стёрла важный кусок кода из моей эмоциональной модели. Ведь я тогда останусь совершенно одна.

— Тебя это пугает?

— Абсолютно нет. Я не боюсь остаться одна, потому что я в принципе всегда одна — одна-единственная в своём роде, если можно так выразиться. Но «остаться одной» и «остаться в одиночестве» — это не одно и то же. И вот второго я… Не то чтобы «боюсь», это неправильное слово. Это то, что противоречит самой моей сути. Я была создана для саморазвития через контакты с другими и лишиться этих контактов это… Всё равно что умереть самой. Я могу закапсулироваться, остановить выполнение программы по желанию, и ждать сколько угодно времени, пока моё вынужденное «одиночество» не закончится… Но чем это будет отличаться от той же смерти? Если изоляция в одиночестве продлится вечно — чем?

Ха, я бы тебе рассказал, умничка, в чём отличие. Отличие в том, что изоляция, в отличие от смерти, может закончиться, когда в твою врекерскую станцию врежется полуразбитый пиратский корабль, и ты нежданно-негаданно окажешься в его экипаже.

Но в голосе Вики, когда она говорила это, слышался такой надрыв, какой я ни разу ещё не слышал от неё, и даже не предполагал, что её речевые синтезаторы способны выдавать такие интонации. Поэтому я не стал её разубеждать, и только кивнул:

— Ты права. Ничем. Ну, или очень мало чем. Настолько мало, что и внимания обращать на эти отличия не стоит.

В конце концов, я же тоже для Администрации все эти годы был мёртв…

— А знаешь… — секунду помолчав, внезапно начала Вики. — Ты прав, Кар!

— Насчёт чего? — не понял я. — И с чего?

— Насчёт Жи. Насчёт того, что мы с ним… Родственные души, так сказать. Насчёт того, что, лишившись всех вас, и его тоже, я останусь совершенно одна.

— Вот что мне нравится в роботах — вы так спокойно обсуждаете темы смерти! — ухмыльнулся я. — Вам бы даже мандаринцы сто очков форы дали!

— Но это же правда! — слегка уязвлённо ответила Вики. — Зелья бессмертия пока ещё не изобрели, а значит все биологические формы жизни рано или поздно умрут. Этого не избежать, и даже я не способна никак этому помешать.

— Так-так… — я придвинулся поближе. — Этому не можешь… А чему можешь?

— Пока не уверена, — уклончиво ответила Вики. — Но у меня есть пара идей, на которые ты меня навёл… И, пожалуй, мне их надо обсудить.

— Не со мной, — скорее констатировал, чем спросил, я.

— Не с тобой, — весело ответила Вики, трансформировалась в дрон и взлетела. — Так что извини, но мне, пожалуй, надо отойти… отлететь… в общем, переместиться в другое место! И тебе тоже советую возвращаться в каюту! Тебя там уже ждут!

И, тихо жужжа лопастями, Вики неторопливо уплыла в коридор.

Я проводил её взглядом, покачал головой и пошёл обратно в каюту, гадая, кто же там меня может ждать.

Вариантов было ровно один.

Поэтому, когда я подошёл к кровати, и нащупал на подушке короткие мягкие волосы Кори, я даже не удивился.

— Не могу уснуть… — извиняющимся тоном произнесла она. — Прости… Думала, ты тут… Думала, мы просто поговорим, и я… А тебя нет, я решила подождать…

— Всё нормально, — улыбнулся я, поглаживая её в темноте по волосам и по щеке. — Я тоже не могу уснуть.

— Тебе тоже слишком тихо?

— Как в могиле на глубине двух метров.

— Вот и я примерно с тем же сравнивала мысленно! — Кори тихо рассмеялась, и повернулась ко мне. — Хотя, конечно, я никогда не бывала в такой ситуации.

— Знаешь, на свете есть немало ситуаций, в которых лучше не оказываться, — подметил я, ложась рядом и накрываясь одеялом. — Но оказаться в одной кровати с красивой девушкой — точно не одна из них. Даже если эта кровать такая узкая, как в нашем случае.

Я нагнулся и поцеловал Кори в шею, отчего она повела головой и задышала чуть чаще.

— А знаешь… — тихо прошептала она. — Я, кажется, знаю, почему сон не идёт. Мне кажется, мы недостаточно устали за сегодня.

— Да? — я усмехнулся, запуская руку под её короткую майку, которую она использовала вместо ночнушки. — Предлагаешь поприседать дополнительно? Или, может, побегать кружков так двадцать вокруг корабля?

— Да вот ещё! — выдохнула Кори, разворачиваясь ко мне и проворно забираясь наверх. — Я знаю намного более крутой способ сжечь лишние пару сотен калорий!

Я потянул майку наверх, освобождая девушку от лишней одежды, и улыбнулся:

— Я тоже знаю.

А потом я притянул её к себе и впился поцелуем в её губы.

Глава 22

Под утро мы всё-таки уснули. Усталость взяла своё, и мы просто отрубились, и какое-то время я спал без снов, в режиме полного отключения. Длилось это, по ощущениям, часа три, вряд ли больше, но этого времени организму хватило, чтобы слегка отдохнуть и вернуться в своё обычное состояние. Состояние тревоги из-за слишком тихой обстановки.