Измена. Ты выбрал не меня (СИ) - Кир Хелен - Страница 14

Прячусь в номере. Надеюсь, Иван не обидится. Успокаиваю себя тем, что мы ничем друг другу не обязаны. Вряд ли он заскучает при таком внимании дам, переключится на кого-нибудь. Ничего страшного не случилось, сама себя в этом убеждаю.

Рассеянно стаскиваю вещи. Вешать в шкаф не хочется. Бросаю на стул и тащусь в душ. Смываю с себя косметику и долго-долго стою под струями. На фиг! Нужно налаживать свою жизнь. Отпустить ситуацию и вся недолга.

Вот прямо сейчас начать нужно.

Сгребаю листы и погружаюсь в увлекательное изучение по профилю. Копаюсь, сопоставляю, выношу за поля пометки. И мне сразу немножечко легче. Наконец, чуть-чуть отпускает. Мое лекарство работает. Профориентация в действии. Облегченно выдыхаю и вновь с упоением читаю материал.

Стук в дверь.

Иван, наверное, пришел. Больше некому. Нужно извиниться и выпроводить. Сбежала, как ребенок, поступила по-детски, не спорю. Поэтому поговорю пару минут и попрощаюсь. Представлять его удивление некогда, потому что к двери подхожу быстро.

- Иван, - с ходу начинаю, – извини. Я не хотела сбегать, но …

- Иван?

- Ты что здесь делаешь?

В предобморочном состоянии дергаю дверь назад. Хочу закрыть. Судорожно дергаю ручку, но без вариантов. На меня буром прет злой, растрепанный Демидов.

- Откуда ты взялся?

- Сказал же, – бьет плечом в наличник, – поговорить нужно.

- Уходи.

- Отойди лучше.

- Я сейчас охрану вызову.

- И что они мне сделают?

- Демидов!

Стас сминает меня и пролазит в номер, как загулявший медведь. Он взъерошен, глаза горят как у безумного. С размаху хлопает створкой, а я пячусь назад.

- Что ты хотел? Что тебе еще от меня нужно? Оставишь ты меня в покое или нет?!

- Подойди, – манит пальцами.

- Нормальный?

- Лучше сама…

- Нет.

- Да пойди сказал! Лен, я должен объяснить.

- Что?

- То прерывание.

- Заткнись!

Боль обрушивается с новой силой. Придурок он или где? Зачем расковыривает снова чуть подсохшую кожуру? Я сейчас убью его. Огрею чем-нибудь тяжелым, чтобы не слышать.

- Ты не понимаешь. Я не виноват. Точнее, виноват, но ты должна знать правду и обстоятельства поступка.

- Замолчи! Ничто не оправдает. Ничто! Ты почти лишил меня возможности стать матерью. Знаешь через что я прошла?

- Да выслушай! Хватит орать!

Стас бросается ко мне с перекошенным лицом. А я плачу навзрыд.

В дикой вакханалии купаюсь, тону. Он же прижимает меня к себе, шепчет сумбур из успокаивающих требовательных слов. Бью его по лицу, рукам, хлещу не глядя.

Заламывает и прижимает своим крепким телом к стене. Накрывает собой, отгораживает от остального, оставляя барахтаться в малюсеньком пространстве нашей боли, трагедии и разрушенной жизни.

- Лен, Лена-а-а! Остановись. Иначе мы, блядь, никогда не свернем с пути саморазрушения! Успокойся. Дай мне рассказать, прошу тебя. Я тоже больше не могу носить в себе это.

Раскаленными губами к уху прижимается. Его шепот громче крика. Надорванный и почти сломленный. А я не хочу! Мне не нужна его дурацкая правда.

- Ш-ш-ш, – против воли обнимает. Стирает большим пальцем бегущие жгучие слезы, задевает уголок губ. Прерывистое дыхание, волнение, всхлипы – все смешивается. – Тише.

Реву. Машу головой и выгоняю. Не хочу ничего слушать. Не готова ни к чему подобному. Просто хочу, чтобы он ушел.

- Нет.

- Да. Да! … Я поступил так … потому что ты … моя сестра...

Глава 18

Я не понимаю, что значат эти слова. Он шутит?

Нет. Не-е-ет!

В голове плывет, никак не могу уловить сути слов, настолько дикой чушью они мне кажутся. Если да, то как вывезти то, что с нами произошло? Боюсь, что остаться в здравой памяти невозможно. Это … ужас. Стыд и падение в бездну поражающего смятения.

Я любила брата. Своего собственного брата. Нет… Пожалуйста, нет.

И была беременна от него…

Пожалуйста. Пусть я упаду в обморок и ничего не буду помнить.

На ногах держит только требовательный стук в дверь. Он врезается в мозг, ввинчивается, гася остальные звуки.

Голос Ивана словно ледокол врывается в тяжелую атмосферу номера. Отлепляюсь от Стаса, быстро вытираю лицо, думаю, как мне избавиться от них обоих. Попросту боюсь, что, когда дойдет в полной мере сказанное, сорваться.

Обезуметь можно от такого. А это случится. И за свои действия я тогда не отвечаю. Какой же стыд…

- Ты кто такой? – озверевший голос Демидова уносится в потолок. – Дерни на хер отсюда, пока цел.

- Попутал?

Злой оскал на лице Ивана вмиг делает из добряка ужасного оборотня. По-другому не назвать. Только что шерсть на загривке дыбом не встала, а так копия. Демидов не лучше выглядит. От него расходится удушливым облаком возмущение и ярость. У меня есть ровно минута, чтобы растащить их в разные стороны иначе всем конец.

Забываю о словах, что уронил Стас. Блокирую их. Не даю себе их прочувствовать всеобъемлюще.

- Хватит, – ору, позабыв о своих слезах. – Немедленно прекратите.

- Не здесь, – цедит Стас, кивая на выход Ивану.

Взрываюсь.

Что делят? Первый раз же друг друга видят. Врезаюсь между кипящими вулканами и толкаю в грудь с двух рук. Меня ужасно раздражает ситуация. Мало того, что по лезвию собственных опасений брожу, так еще и эти звери творят черт знает что.

- И не там! Прекратите! Иван, – выбираю из двух зол меньшее. Вот насколько оно меньшее, даже не представляю. Но от Стаса я хотя бы понимаю, что дальше ждать, а вот от Ивана нет. – Поговорим позже. Я наберу, как освобожусь. Это ненадолго, – даю понять, что Демидов здесь долго не задержится. У Стаса ноздри сейчас порвутся от гнева, но мне наплевать. Как в забытьи принимаю визитку с номером и закрываю дверь. – Говори и уходи.

- Кто он?

- Тебе какое дело?

- Я спрашиваю, кто он?

В бешенстве трясу руками и шиплю ругательства. Настоящие. Прям матом шиплю. Сил нет сдерживаться. Потому что по краю уже. По шею! Терпеть нет сил. Ну нет их!!!

- Знакомый.

- И давно? Что отворачиваешься? Давно?

И тут накрывает удушливым покрывалом. Плевать на все.

- Пошел ты, Демидов, на хер! Понял! Достал, – швыряю в тумбы вазу, журналы и прочую дребедень. – Я увольняюсь! Чтобы больше тебя не видеть! – бахаю обувной ложкой по пуфу. – Не слышать! – луплю по стене. – Идите вы все в жопу со своими бонусами в вашем долбаном передовом бизнесе! И со своей правдой тоже катись! Она мне не нужна! Братец! Зачем я тебя встретила? За что ты мне? Где я провинилась перед создателем!

- Все, – выдирает гнутую поломанную палку. – Все, Лен, – чувствую, как сильно колотится его сердце. Не хочу я слушать. Он бессердечный. Это просто так кажется, что там что-то стучит. – Тихо. Тихо, – сильнее скручивает и прижимает. Я все еще содрогаюсь в диких конвульсиях. Проживаю остаточное явление с угасающей размазанной яркостью. Уникальное ненавистное тепло окутывает мое обмякшее тело. – Крылья сломаешь, бабочка.

И все.

Это все.

Грудь сворачивает от безумного кислородного голодания. Будто одним разом воздух вытягивается. Табуированное слово из прошлого сжигает весь воздух. Мне разрывает легкие. Размыкаю губы, пытаюсь вдохнуть и бесполезно. Липкий пот струится по спине, мне очень-очень плохо.

Сестра … Не может быть. Не может быть! Я не верю!

Стас берет мое лицо в свои ладони и на короткий миг кажется, что я вижу глаза того самого Стаса, которого я когда-то до умопомрачения любила. Ну что это такое? Бегу ведь изо всех сил, скрываюсь, блокирую, а стоит Демидову появиться так он все коды отпирает без секретного ключа. И что мне теперь делать? Называть его милым родственником, когда нас через гребаный ад протащило?

По все логике, по всей женской сути должна сейчас взять нож и полоснуть по горлу. Он предал меня. Предал! Такое никто не прощает! Он должен был мне сказать тогда … Должен. Боже мой, за что мне все это?