школа для чудовищ (СИ) - "Bloodlust" - Страница 235

— Так у вас еще и мальчиков трахают?! Ну, нахер! — решительно заявила Марта, бросившись обратно в ванную.

— Марта! — воскликнула Тайли, вскочив с пола и бросившись вслед за девушкой, но наткнулась только на закрытую дверь. — Давай поговорим!

— Уходи Тайли, я в бешенстве и не собираюсь с тобой разговаривать!

— И как ты это себе представляешь? Мы в одной комнате живем!

— Сегодня я буду спать в ванной!

— Ну что ты чудишь? Марта!

— Отстань, Тайли! Найди себе в гарем каких-нибудь других девочек или мальчиков, или. или. кого-нибудь еще!

Тайли отчаянно захотелось вырвать дверь с петель, но усилием воли она сдержалась. Нельзя! Марта должна согласиться добровольно. Ну, или хотя бы почти. Таково условие Венди, поставленное ее госпоже. Никакого принуждения с помощью силы, магии или шантажа!

Узнаю — рога поотшибаю, и вставлю тебе в. — вспомнила суккубочка угрозу Венди.

— Ну, Марта-а-а-а!

В ответ из-за двери послышалось только возмущенное сопение.

Тайли уперлась в дверь ладонью одной руки, а вторую просунула под юбку, сжав болезненный стояк. Не помогло, и, задрав лицо к потолку, суккуба тихонько застонала сквозь стиснутые зубы.

Шаан терпеливо слушала, как бушует Меррил, которая до сих пор отходила после встречи с матерью.

— Никто! Я для нее никто! Просто кусок мяса, который нужно выгодно продать! — девушка ходила из угла в угол, в негодовании заламывая руки.

— Мы не виделись столько времени, и весь день ее интересовали только мои оценки! И только мои шансы на выживание! Дочь, ты точно уверена, что тебя не съедят до конца обучения? Тьфу!

Шаан и София сидели на диване, провожая мечущуюся девушку взглядами. Постепенно Меррил успокоилась, и устало присела рядом с ними.

— Я сочувствую тебе, Меррил, — искренне сказала Шаан. — Неужели у вас в семье ко всем детям отношение такое? Кого-то же она любит как мать?

— Любит, — горько произнесла девушка. — В большинстве семей любят, в основном, первых пару детей, а остальные уже рассматриваются как ресурс, который можно использовать. Когда ребенок один, или их два, то их любят, за них боятся и переживают. А когда детей уже пять, шесть или больше, как у нас заведено, то на всех материнской любви перестает хватать. Такие дела.

— Твои младшие сестры в безопасности? Их не станут продавать?

— Не станут, вроде. Я дала немного денег. А с моим уходом, финансов хватает, чтобы платить за всех. С моим уходом, понимаешь?! — в отчаянии воскликнула Меррил. — Я была просто обузой, от которой не было никакого проку! Как сюда переехала жить одна, так сразу семье стало легче. Какая уж тут любовь.

— Мда. — Шаан задумчиво пожевала губу. — Послушай, я не очень многим могу помочь. Материнскую любовь в людях я вызывать не умею. Поэтому ты держись, не наделай чего глупого, хорошо?

Меррил покивала, свесив голову. Руки девушки безвольно лежали на коленях. София и Шаан смотрели на нее с жалостью.

— Если тебе плохо, если нужна помощь, и не с кем поговорить, — мягко сказала Шаан, — то ты ВСЕГДА можешь прийти ко мне. Я выслушаю, я пойму, я поддержу. Хорошо?

Меррил подняла голову, глянув на нагу влажными от слез глазами.

— Я верю тебе Шаан. Спасибо.

Нага подползла к ней ближе и обняла, погладив по голове.

— Ты среди своих, Меррил. Как София и остальные наши подопечные. Это тоже как семья. И если будет очень тяжело, то мы всегда поможем. Ты теперь одна из нас, а мы не бросаем своих.

София подсела к ним, и вдвоем они утешали Меррил некоторое время. Девушка наплакалась, погоревала, выговорилась, и постепенно успокоилась. Ее выслушали и поддержали, и нервный срыв отступил, сменившись апатией. Сейчас больше ничего нельзя было сделать, но Шаан сделала себе заметку в памяти проконсультироваться с Венди по поводу психологической помощи.

Когда Меррил отправилась спать, Шаан и София остались одни. Их кровать в углу зала уже была застелена, но подруги еще не ложились, обсуждая прошедший день и предстоящий поход в джунгли.

— Что ж, — сказала Шаан, — ты видела некоторых из моих настоящих друзей. Впечатлилась?

— О, да-а-а! — искренне ответила София. — Очень впечатлилась! Особенно впечатлила госпожа Сайтана, а также история Эйприл и Айрис.

— Эйприл и Айрис молодцы — серьезные рассудительные профессионалы своей профессии. А Сайтана. она противоречива.

— Как это?

— Ну. для многих она выглядит жутковато, ее поступки вызывают замешательство. Но она мудра и по-своему добра, насколько может быть добрым демон. Ты узнаешь ее получше и перестанешь бояться, я уверена.

— Спасибо.

— Ну, и теперь, когда ты знакома с такими странными персонажами, думаю, ты точно готова отправиться в джунгли, чтобы оказаться в нашем логове?

— Так точно! — воскликнула София, приложив ладонь к виску в шутливом салюте.

Шаан рассмеялась.

— Тогда на вечер пятницы и все выходные ничего не планируй. Ты купила то, что я говорила?

— Да!

— Показывай.

София вывалила из пакета всяко разно, что может пригодиться в походе по джунглям, от непромокаемых спичек и фаеров до различных мазей от гнуса или кровоподтеков. Помимо мелочи имелся небольшой рюкзак темно-зеленого цвета, панама, теплые носки.

Шаан взяла еще один большой куль, и вытащила из него какую-то зеленую пятнистую тряпку.

— Это что? — удивленно спросила она.

— Это. — замялась София. — Я когда покупала всяко-разно, то заскочила в один бутик и купила этот камуфляж.

— На нем написано гукки!

— Ах-ха-ха! Ну, да. Камуфляж от Гуччи — гуччифляж.

Шаан потянула гуччифляж руками в стороны, глядя, как растягивается ткань.

Святые макароны! Да это ж китайская синтетика! Как она вообще сюда попала?

Брезгливым движением нага отбросила тряпку на пол.

— Эй!

— Будешь носить тот камуфляж, что Венди тебе дала, понятно?

— Так точно.

— А этот в следующий выход в город сдашь обратно. А теперь спать.

Они выключили телевизор, залезли под одеяло и погасили свет. София уже привычно прижималась спиной к Шаан, позволяя наге обвить себя хвостом, который особенно любил тепло.

— Шаан, скажи. — неуверенно начала девушка.

— Что?

— А то, что Венди и Анна говорили про отставку. Это правда, что они все погибнут? Что никто не доживет до того времени, когда можно будет оставить все и пойти домой?

Шаан немного помолчала, обдумывая ответ.

— Они. преувеличивают, София. Не все идут так до конца. Простые солдаты служат несколько лет, потом уходят. Даже на войне никто не может воевать вечно. А Венди и остальные. Их судьба тяжелее, чем у обычных солдат. Наше подразделение элита, которая идет до самого конца. Они не обязательно погибнут. Венди, Анна и остальные наши бойцы — сильные и опытные воины. У них больше шансов победить врага, чем погибнуть. А если даже окончательная победа и отстоит от нас на десятилетия, то все равно в войне реально однажды добиться ситуации, когда она будет казаться почти миром. Когда враг будет слаб и отброшен достаточно далеко, Венди и Анна смогут уйти, передав ответственность следующему поколению воинов.

— Мне стало легче.

— Рада помочь, — ухмыльнулась нага. — А теперь спи.

Глава 45. Серебристая

Это уже просто смешно , — подумала про себя Моника, серебристый кролик породы лапина.

Она успела только представиться своим однокурсницам из школы Сакура, куда перевелась на этой неделе, и сразу же заметила, как на нее смотрит сидящая в первых рядах нага. Не то, чтобы она не была к этому привычна — на нее пялились и пускали слюни, сколько Моника себя помнила. Когда Монике исполнилось четырнадцать, ее семье начали предлагать за нее безумные суммы денег, и чем дальше, тем больше.

Она долго не понимала почему, пока не начала посещать школу Ирис, и первая же нага рассказала ей. Серебристые кролики — редчайший деликатес, с запахом, от которого текут слюни, и с незабываемым вкусом. Они крайне редко рождались у обычных родителей, так же редко, как альбиносы среди людей. Согласно легенде, когда-то их разводили и подавали на стол только древним королям-драконам. И когда короли Драконов пали, серебристых лапин съели практически всех до последней — лишь нескольким удалось убежать и прожить достаточно долго, чтобы оставить потомство с дикими кроликами. От такого потомства часто избавлялись, ибо они привлекали хищников, и представляли опасность для стаек. Монике повезло родиться в одной из деревень кроликов вокруг Датиана. Она никогда раньше не покидала деревню, ведь ее родители хорошо понимали, чем это может кончиться.