школа для чудовищ (СИ) - "Bloodlust" - Страница 269

Из полезных приобретений у него теперь было несколько армейских пайков, чтобы меньше времени тратить на охоту и собирательство, наконечники для стрел, которые он нацепит на дротики, карта, компас, и всякое такое.

Карта у крипсов имела вид книги с квадратными страницами. Крипсы не просто читали карту, а делали это чуть ли не буквальным образом. Каждая страница показывала часть местности, на ней давались расстояния, обозначения, ориентиры и примечательности, описывались существовавшие поселения и особенности местности. К самому рисунку, на котором метки указывали расположение объектов наглядно, прилагалась обширная легенда с описанием всего. Координат не было, вместо них маршруты через ориентиры, с указанием направления по компасу и расстояния, которое нужно пройти — обычная ориентировка по азимуту, только здесь этим навыком владел, возведя его в ранг исскуства, целый лесной народец, для которого путешествия через непролазные джунгли являлись смыслом существования.

Понятное дело, караванщик не отдал Умгалу столь ценную книгу — он просто перерисовал схемы сектора, в котором они находились и, на всякий случай, нескольких соседних, переписал к ним легенды, и позволил Умгалу сравнить результат с оригиналом. Все детали совпадали до мелочей, и довольный рейнджер тронулся в путь с новыми силами, уверенный, что заблудиться ему не грозит.

Запах сводил Умгала с ума. Чистый, вкусный, божественный аромат свежего живого тела Добычи бил в ноздри с силой молота. Это кролик, даже издалека рейнджер мог определить принадлежность аппетитного жителя Диких Земель. Все существо волка бесновалось, желудок урчал и скручивался болезненными спазмами, нос безостановочно вдыхал воздух, вбирая аромат. Инстинкт пробудился. Он бился и выл внутри оболочки из цивилизованного существа, и Умгал был не в силах его унять. Еще бы — последний раз желудок оборотня знакомился с добычей, когда отряд выходил из замка Таронна, и прошло уже несколько недель. Рейнджер знал, что сопротивляться своему естеству бесполезно, что дальше будет только хуже. С каждым новым днем тело будет требовать своего, давая знать о себе мучительными спазмами, несуществующими запахами, беспокойными снами, наполненными погонями и пожираниями.

Вздохнув, волк бросил мешок, припрятав его среди корней крупного дерева. Провизия, и большая часть снаряжения будут дожидаться у этого заметного издали ориентира, пока рейнджер не вернется с охоты за ними, проследовав обратно по запаху собственных следов, или найдя дерево визуально. На охоту следовало ходить налегке, и Умгал оставил только все ту же поясную сумку, которая удобно пристегивалась на бок за ремень штанов. Из оружия все по-прежнему короткий меч, на случай, если придется вступить в схватку.

Подобно человеку, которому очень хочется в туалет, волк едва вытерпел необходимость проводить приготовления. С каждой секундой становилось все хуже, запах будоражил все сильнее, и едва только с оборудованием тайника для снаряжения было покончено, Умгал сорвался с места и побежал в ту сторону, откуда запах исходил.

Он несся некоторое время, практически полностью выпав из реальности. Запах становился сильнее, но вместе с тем Умгалу удалось взять себя в руки, контролировать Голод стало легче. Инстинкт больше не спешил, добыча теперь близко и никуда не уйдет, хозяин идет за ней, и скоро начнется праздник живота.

Вернулись, казалось бы, забытые охотничьи навыки, как врожденные, так и приобретенные. Умгал прильнул к земле, чтобы скрыться в траве, осторожно крался, стараясь не шуметь, чтобы кролик его не услышал. Ветер дул от добычи к охотнику, и значить учуять угрозу будущая еда не сможет. При мысли о еде, трепыхающейся живой еде, барабанящей руками и ногами в стенки желудка, извивающейся, напрасно пытаясь выбраться или, хотя бы, увернуться от жгучей кислоты, желудок снова призывно заурчал.

Все так же крадучись, Умгал тихонько обернулся в верформу. Картинка мира вокруг сильно изменилась, он стал видеть и слышать по-другому, запахи усилились многократно. Бесшумно перебирать лапами стало легче, кости изменились таким образом, что оборотень больше походил на огромного волка, чем на антропоморфа. Охота началась.

И длилась она недолго. Буквально через полсотни шагов трава резко ушла вниз, открыв перед Умгалом небольшую низину, по дну которой бежал ручеек. В земле оставалось много влаги, и берега ручейка поросли различными травами и растениями. Среди них сидела на корточках девушка-кролик, одетая в простую грубую одежду дикарей, сотканную из растительных волокон. Ее длинные уши настороженно торчали, но Умгала она не заметила, сосредоточенно продолжая выдергивать за стебли какие-то корешки.

Умгалу захотелось нервно хихикнуть. Она собирает свою еду, а он соберет свою. Рейнджер сдержался, теперь уже полностью контролируя свое тело — решив провести эту охоту, он достиг согласия со своим внутренним естеством, и оно больше не бунтовало.

Следовало скрываться до последнего момента. Умгал тихо спустился в низину, надеясь, что журчание ручья скроет его приближение. Пока все шло по плану, до жертвы оставалось менее тридцати метров! Умгалу казалось, что он слышит, как девушка напевает что-то себе под нос, продолжая деловито укладывать корешки в небольшой льняной мешок, лежавший на земле. Впрочем, время от времени она прерывалась, шевеля ушами, прислушиваясь и оглядываясь, не забывая, где находится. В такие моменты Умгал замирал и старался даже не дышать. Затем кролик возобновляла свое занятие, снова дергая корешки, отряхивая с них землю и засовывая в мешок. У нее за спиной уже образовался чистый пятачок метров пятнадцать в поперечнике, там, где она уже повыдергивала большую часть свободных корнеплодов. И через это чистое пространство, проглядывая меж стеблей, ее спину сверлил голодный взгляд хищника.

В какой-то момент кролик почувствовала неладное. Возможно, ее собственный инстинкт жертвы подсказал ей, что она превратилась в добычу, что ее выслеживают и собираются съесть. Может быть, она услышала что-то за журчанием ручья — шелест травы или тихое дыхание. Девушка не стала тратить время на то, чтобы оглядываться, ведь это — первейшая ошибка любой добычи, дающая охотнику целую секунду, чтобы понять, что его заметили, и отреагировать первым. Вместо этого, зайка доверилась своим инстинктам, научившим ее бежать без оглядки, даже если ей просто ПОКАЖЕТСЯ, что за спиной кто-то есть. Кролик сорвалась с места на бег буквально одним прыжком, мощные задние ноги-лапки распрямились, бросая ее вперед!

Умгал чертыхнулся и ринулся следом. Приглушенное ругательство, шаги и тяжелое дыхание подсказали кролику, что она не ошиблась — за спиной действительно был хищник! Зайка взвизгнула так, что слышал, наверное, весь окружающий лес, и припустила вдоль ручья еще быстрее.

В верформе рейнджер мог бежать куда быстрее человека, и быстрее себя самого в обычном антропоморфном образе. Но множество животных предков, с которыми кроликам доводилось скрещиваться чаще, чем с людьми или антропоморфами, оставили зайке хорошее наследие — строение ее ног напоминало одновременно ноги обычного кролика и человека. Ниже колен начинались покрытые шерстью крепкие лапы, приспособленные для сильных толчков и быстрого бега. Зайка неслась через заросли, не сбавляя темп. В одних местах она отталкивалась лапками, словно обычный кролик, в других — бежала как человек. Умгал едва поспевал за ней даже в более мощной форме, приспособленной для сражений и погонь. У девушки был шанс сбежать, если бы имелось достаточное расстояние, но расселина уже заканчивалась, впереди виднелся склон, из которого бил ключ, ставший истоком ручья, в сезон дождей превращавшегося в небольшую речку.

Девушка приложила отчаянное усилие, чтобы взобраться по склону. Она прыгнула вверх, покрыв почти треть расстояния, затем принялась торопливо карабкаться наверх. Отталкиваться от рыхлой земли, осыпавшейся под ногами, больше не получалось, и потому приходилось двигаться только так. Этого, конечно, было недостаточно, чтобы обогнать нагонявшего ее оборотня. Умгал несколькими мощными прыжками покрыл расстояние, которое зайка успела преодолеть, и нагнал ее. Рейнджер со спины сгреб завизжавшую девушку в охапку руками и ногами. Охотник и жертва покатились вниз по склону, вновь оказавшись на дне балки.