школа для чудовищ (СИ) - "Bloodlust" - Страница 46

— Не бойся меня, Амелия! Тебе будет безопасно рядом со мной, честно-честно! Джессика не допустит, чтобы чего-то такое случилось в ее группе, и кроме того, после того, что произошло с Амуной, Кинзе очень ясно объяснила, что так делать не стоит. Никто не хочет злить Нагису с Умброй, и я меньше всех! Поэтому тебе нечего меня бояться. Я даже буду отгонять других кошек, если кто-то из них тронется умом настолько, чтобы еще раз напасть на тебя.

— Кроме того, — добавила одна из фей, Фарина, — у Леоны кошачьи слух и чутье, как и ко всем кошкам, к ней практически невозможно подобраться незаметно. В этом плане ее возможности намного выше человеческих.

— Фарина, Сабина и Леона хорошо приглядывают друг за другом. Они — лучшее прикрытие, которое я могу дать тебе, Амелия. И я настаиваю, чтобы ты вступила в их четверку. Не дай боги что-то случится с тобой — я не хочу, чтобы Умбра и Нагиса пришли за мной, — сказала Джессика. Лицо вампира по-прежнему излучало дружелюбную улыбку.

Как будто Красный вампир будет бояться пару змей. Один укус и все — привет. В общении с Джессикой можно полагаться только на ее добрую волю, которую она проявит лишь в том случае, если ты в ее группе .

— Я справлюсь со своим страхом, — скромно ответила Амелия. — Возможно, присутствие Леоны даже поможет мне снова перестать бояться кошек.

— Вот и славно! — просияла Джессика. — Тогда договорились. Ну, а сейчас можно расходиться. Следующая тренировка послезавтра — пожалуйста, не опаздывай.

О, я не буду опаздывать, нет-нет! Раздражать Красную хищницу — прямой билет в загробную жизнь .

Вампир уже шла к своему шкафчику, махнув на прощание рукой, а Амелия задумчиво посмотрела ей вслед, размышляя, не выскочила ли она из огня, да в полымя.

— Эй, — Амелия вздрогнула, когда Фарина приветливо хлопнула ее по плечу. — Пойдем вместе в столовую? Познакомимся по дороге, поговорим. А уже оттуда каждая присоединится к своей учебной группе.

Там, где нас нет — горит невиданный рассвет,

Где нас нет — море и рубиновый закат,

Где нас нет — лес, как малахитовый браслет,

Где нас нет, на Лебединых островах.

Услышь меня и вытащи из омута,

Веди в мой вымышленный город, вымощенный золотом,

Во сне я вижу дали иноземные,

Где милосердие правит, где берега кисельные.

Резкая ритмичная музыка лилась из динамика наруча Шаан, пока нага сидела за столом, составляя таблицы инвентаризации для церемониального клуба. Она находилась одна в опустевшей аудитории, остальные девушки по-прежнему либо занимались своими делами, либо старательно избегали нагу.

Она не слышала текста песни, зная его наизусть. Никто кроме нее не слушал подобную музыку. Музыкальные вкусы Шаан беспокоили окружающих так же, как и ее поведение. Никто не понимал смысла этих странных песен, никто не любил необычных гнетущих чувств, которые они порой вызывали.

Музыка помогала Шаан сосредоточиться. Острие карандаша ловко бегало по листу бумаги, следуя за взглядом девушки, резко прыгавшим между строками и столбцами.

В Церемониальном клубе близилось знаковое событие — их первая настоящая церемония, которая заменит собой сдержанные и сухие прощания, проводимые по усопшим ректоратом школы. По иронии судьбы девушка, первой исчезнувшая на этой неделе, была одной из завсегдатаев клуба — Беата, сердечная подруга Шауны. Кролик-художница и эта тихая скромная эльфийка души не чаяли друг в друге. Они повсюду ходили вместе, часто отрываясь от своих обычных стаек. Возможно, именно это и стало причиной, погубившей несчастную эльфийку. Однажды после занятий она пропала, а утром ее вещи и бейджик извлекли из корзины для досрочного выпуска.

Шауна ходила, словно в воду опущенная, односложно отвечая на высказываемые соболезнования их общих подруг. Никто не видел, чтобы она плакала или как-то выражала свое горе. Зайка держалась и продолжала жить, невзирая на то, что случилось. Такова Сакура, и слезы тут ничего не изменят.

Время от времени мысли Шаан ускользали от таблиц и расчетов рентабельности, возвращаясь к Софии. Стараниями деканата их разлучили, кроме того, клубные часы Шаан отнимали значительное время, как и ее выходы в город два раза в неделю. София теперь большую часть времени была предоставлена сама себе. Но человеческая девушка набиралась опыта, сблизилась с несколькими стайками, завела подруг как в группе, так и в хоре, куда по-прежнему ходила.

Сам не тиран и не деспот, но надо знать свое место,

А ты непутевая с самого детства,

Я даю на роскошь и новшества тебе недаром,

Эта тварь из отбросов общества тебе не пара!

Песня неожиданно прервалась, сменившись трелью рингтона, который Шаан выставила специально для Софии. Нага коснулась иконки ответа на сенсорном экране.

— Да? — спокойно спросила она.

Но от услышанных в ответ слов мурашки побежали по коже.

— Шаан? Кажется, кто-то выслеживает нас!

— Где ты? — воскликнула Шаан, выскакивая из-за стола. — Что случилось?

— Я с Эрикой. Мы заметили, что позади часто мелькала одна нэко из параллельной группы, но не сильно опасались ее. Она была одна, а мы старательно держались вместе. Но теперь их уже двое! И они явно идут за нами! Мы свернули к моему хору, и они пошли по той же дорожке, а ведь никто из них точно в хор не ходит. Что нам делать, Шаан? — в голосе Софии сквозил плохо скрываемый страх, хотя девушка держала себя в руках, памятуя наставления и тренировки наги, которые они проводили через день.

— Вы уже дошли до оранжереи?

— Нет, но скоро подойдем к ней.

— Я выдвигаюсь туда прямо сейчас!

Последние слова Шаан выкрикнула уже на ходу, стрелой несясь по коридору. За месяц в Сакуре она заучила большую часть помещений и все важные коридоры, обладая возможностью попасть в любую точку корпуса и прилегающей к нему территории за считанные минуты.

Подскочив к подоконнику, Шаан распахнула окно и внутрь ворвались теплый ветер и шум листвы. Рядом с этим окном проходила пожарная лестница, ведущая на крышу. Человек был бы вынужден медленно подниматься или спускаться по ней, старательно перебирая ногами и руками перекладины, но для тренированной наги это вообще не представляло труда. Она наклонила торс вперед, обвилась вокруг лестницы и по спирали скользнула вниз, через несколько секунд оказавшись на земле. Примчавшись к оранжерее, Шаан тревожно огляделась, но, стоило Софии и Эрике показаться из-за угла, из груди наги вырвался облегченный вздох. На лицах человеческих девушек отразилась радость при виде своей защитницы, и они, сорвавшись с торопливого шага, быстро подбежали к ней.

— Хвала богам, Шаан, как я рада тебя видеть! — скороговоркой пробормотала София.

— Здравствуйте, мисс Шаан, — опасливо произнесла Эрика.

Эрика смотрела на нагу с тревогой. Это был уже второй раз, когда девушке приходилось полагаться на ее помощь, но она все еще опасалась этой хищницы. Прикроет ли ее Шаан вместе с Софией или оставит на радость нэко? Или, может быть, нападет на нее сама?

— Встаньте у меня за спиной, — отрывисто скомандовала Шаан.

Едва только это указание было выполнено, как из-за того же угла показались две девушки-нэко. Довольные и предвкушающие выражения на их лицах резко сменились беспокойством, когда они заметили крупную нагу, перегородившую тропинку между теплицами. Из-за ее спины выглядывала их добыча. Кошки нерешительно остановились, сложив два и два и осознав, что нага не позволит им и на шаг приблизиться к людям.

— А ну, кыш отсюда! — грозно зарычала Шаан.

Она хотела еще добавить щедро сдобренных матерщиной угроз и предупредить их, чтобы отстали от Софии, но не успела. Нэко рванули назад с такой скоростью, что исчезли из виду всего через пару секунд.

Проклятье! Мр-р-рази!

— Шаан? Они ушли.

Голос Софии вернул ее к реальности. Шаан заметила, что тяжело дышит от гнева, а ее кулаки сжаты до побеления. Нага уже приготовилась было к драке, но благоразумие у кошек взяло верх над голодом.