Горячее сердце Дракона Книга первая: Между Добром и Злом (СИ) - Мустажапова Марина - Страница 66

В положенный срок, девушка разрешилась лёгкими родами, и на свет появился красивый мальчик: крупный и черноволосый, как его отец. Ядвига была счастлива. С первых дней, она взяла на себя всю заботу о внуке и забрала того домой. Яна же следовать за ними отказалась. Она приходила только для того, чтобы покормить сына и снова пряталась в своём сарае. А через несколько дней в полнолуние пропала и Яна.

Ребёнок надрывался истошным криком, а мать так и не подошла к нему. Ядвига кинулась, было, звать и искать её, но зайдя в сарай поняла — всё бесполезно. Все стены с потолка до пола были увешаны гобеленами, и рассмотрев, что на них выткано, у женщины подкосились ноги. Она упала на устланный соломой пол сарая и с воем каталась по нему, пока не потеряла голос.

Яна была из семьи оборотней. Укравший её, богач знал об этом. Он сразу же посадил девку на цепь и несколько долгих лет насиловал её и издевался. Чтобы она не могла кричать в человеческом обличье и выть в волчьем, нелюдь отрезал девушке язык. Всё это продолжалось до тех пор, пока, однажды, она не смогла снять цепь. Освободившись, Яна превратилась в волчицу, убила своего мучителя и только после этого убежала.

Скитаясь по лесу, она нечаянно набрела на домик Ядвиги и осталась там. Сначала всё шло хорошо: её приютили, относились, как к родной, и она была очень благодарна новой семье. Чтобы уберечь их от своей второй, опасной сущности девушка поселилась в сарае и каждый раз в полнолуние ночью сама себя приковывала к стене.

Ядвига и раньше замечала, что раз в месяц в определённые дни, девушка была бледной и неживой, но списывала это на обыкновенное женское недомогание. Теперь же появилось новое объяснение такому её состоянию. Внимательно всё осмотрев, женщина нашла за печкой крепкую кованую цепь с прочным ошейником.

Через время Яна поняла, что полюбила молодого сына хозяйки, и судя по его отношению к ней, это чувство было взаимно. И вроде бы, вот оно — счастье: бери и радуйся. Но всё испортила ночь любви, неосторожно проведённая в лесу. Парню фатально не повезло в том, что увлёкшись любовными переживаниями, его избранница напрочь забыла о подкравшемся полнолунии. После бурного соития, она превратилась в волчицу и загрызла перепуганного любовника.

От осознания того, что она натворила, Яна собиралась наложить на себя руки, но, внезапно, поняла, что беременна. Тогда она отложила собственную казнь до дня, когда ребёнок достаточно окрепнет после родов.

Сейчас, когда сыну исполнился месяц, Яна вновь слышит зов полной луны. Но она не позволит себе жить и бесчинствовать дальше, когда кровь любимого всё ещё на её руках.

Яна ушла. Ядвига пыталась её найти. Она хотела сказать ей, что всё понимает и попытается простить. Но тщетно. Девушка, как сквозь землю провалилась. Никогда она больше не видела Яну и не знает жива ли она и смогла ли осуществить задуманное.

У Ядвиги осталась единственная отрада: её маленький внук — Рекс. Всё шло хорошо, мальчик рос и крепчал, пока одной ясной, лунной ночью женщина не услышала звонкий щенячий лай из его колыбельки.

Отшельница поняла — случилась страшное. Она хотела взять грех на душу и свернуть слабую шейку волчонка, раз и навсегда избавив внука от мучений. Но не смогла. Любовь к нему оказалась сильнее здравого смысла.

Теперь крест Ядвиги — оберегать Рекса и следить за тем, чтобы он не натворил бед. Каждое полнолуние она сажает его на цепь, оставшуюся от матери. Так и было в тот раз, когда кто-то учинил кровавую бойню на охоте. Тогда Рекс всю ночь просидел прикованным к стене. А вчера про полнолуние бабка забыла — старая стала, память уже не та.

Глава 7: Нож в спину

Когда старушка замолчала, Сварт и Брунгильда ещё долго сидели, молча, уставившись друг на друга. С одной стороны они ожидали услышать нечто подобное, но с другой, эта история повергла их в шок. Несомненно, Рекс — оборотень. Если Яна не обманывала, у неё было десять братьев и сестёр. И кто-то из них, или она сама, вполне могли дожить до этих дней. Выходит, в лесу может скрываться целое семейство оборотней.

Баба Ядвига отвела молодых людей в сарай, и показала там прочную цепь, на которой её внук сидел каждое полнолуние. После вытащила сотканные Яной гобелены. Там тоже всё было изображено в точности так, как и описывала старушка. Дракон и валькирия переглянулись: повода не верить ей у них пока не было.

Притихшие и разбитые, они побрели назад к дому. Дракону было жаль всех, но больше всего — Ядвигу. Размеренная жизнь бедной отшельницы стала адом после того, как она приютила обездоленную девочку. Может быть, правы те, кто говорят: не делай добра, и не получишь зла.

Сигурд, сославшись на слабое здоровье, сразу же поспешил в избу. Да и во время старушкиных откровений, он сидел с бесстрастным, словно восковая маска, лицом. И тогда в голову Дракона закралось подозрение: неужели Сигурд давно в курсе того, о чём им только что рассказали?

— Ты всё знал! Признавайся! — Сварт припёр к стенке ещё не до конца окрепшего товарища.

— Это долгий разговор, — пытался юлить драконоборец.

Но Брунгильда уже догадалась, в чём дело. Она подошла к Сигурду вплотную, и схватив за лацканы сюртука, уже не образно, а вполне конкретно, припечатала драконоубийцу к стене.

— Ах ты, мразь! Мерзкий шантажист! Сейчас я выверну наружу всю твою гнилую душонку, — прошипела девушка ему в лицо.

— Мы уже были здесь, — она отпустила побледневшего "героя", и тот облегчённо сполз по стенке прямо на деревянную скамью.

«Воистину! Сегодня день откровений!» — подумал Дракон.

Он тоже присел на скамейку и приготовился слушать ещё одну историю.

Брунгильда тоже перенесла их в далёкое прошлое, когда Сигурд изменил ей и обманом вынудил выйти замуж за другого. Она поклялась отомстить, а у валькирий слова никогда расходятся с делом. Подговорив братьев помочь, она решила заманить предателя к себе и соблазнить. Когда же изменник расслабится и заснёт, она хотела вонзить нож ему под левую лопатку.

Но всё пошло не не по плану: Сигурд проснулся раньше и умолял их не убивать его. Он просил прощения, каялся и клялся, что любит только Брунгильду, что когда-то ошибся и теперь жалеет об этом.

Брунгильда поверила ему…

Ещё один, последний раз…

Брунгильда придумала новый план. Она предложила бросить семьи, созданные по ошибке, и бежать. Сигурд согласился. Искренне или нет — девушка не знала, но хотела верить, что он тоже любит только её и всем сердцем желает быть с ней. Теперь, они должны были навсегда остаться вместе. Но если что-то пойдёт не так — беглецы погибнут, несмотря на своё бессмертие.

Подделать убийство Сигурда не составило труда. Брунгильда была безутешна. Она неустанно плакала, рвала на себе одежду и волосы. Строить постамент для ритуального сожжения вызвались её братья, горевшие желанием искупить свой грех. Они сделали помост достойный героя: он возвышался над самыми высокими деревьями и имел люк и лестницу, через которые можно было спуститься внутрь, а также потайную дверь, ведущую прямо к морю.

Когда зажгли погребальный костёр и огонь окружил Сигурда, рыдающая Брунгильда бросилась к нему, чтобы "погибнуть вместе с любимым". Но когда огонь разгорелся, герой "ожил". Скрывшись за завесой дыма и пламени, они вместе благополучно спустились вниз. Там предусмотрительные строители оставили ёмкость с водой, и беглецы поливали из ковшей друг друга, чтобы на самом деле не загореться.

Когда пламя усилилось, и уже ничего не было видно из-за огненных всполохов, дыма и копоти, Сигурд и Брунгильда вылезли через горящую дверь и сразу спрыгнули в море. Им повезло: никто не заметил их побега. Все присутствующие были уверены — они оба погибли в погребальном пламени.

Проплыв около километра, "сгоревшие" выбрались на безлюдный берег и благополучно скрылись в чаще леса. Теперь они могли начать жизнь с чистого листа. Но не всё прошло так удачно, как было запланированно. Пламя сильно опалило беглецов. Они с трудом передвигались, и из последних сил поддерживали друг друга. Но им снова повезло: плутая по лесу, они наткнулись на домик Ядвиги, которая спасла их от настоящей смерти, а также от голода, холода и ожогов.