Ворона на взлете (СИ) - Вран Карина - Страница 11

Пока я озиралась и размышляла о взаимодействии, вторая Чу получила инструкции от мамочки. Кратко излагая: ничего не обещать Зеленому лимону. Никаких неосторожных обязательств.

Да, предложение они сделали щедрое.

Пожалуй, даже слишком щедрое. Хорошо: мы учитываем, что роль технически — главная. И контракт предусматривает разовую оплату, а не двойной платеж. Где одна, фиксированная, часть — за участие, а вторая — за выработку часов (относительно плавающая, там же всякие коэффициенты за ночные съемки, усложненные и прочие нюансы).

То бишь, говоря по-простому, Лимон отвалит нам полтора лимона за всё про всё. Да, гонорар звездного артиста был бы ещё выше. Актерские гонорары исполнителям главных ролей могли составлять четверть бюджета. И в дальнейшем (снова небольшой инсайд) доля актерских отчислений будет только расти.

Чем выше статус, тем больше требования. И планку не стоит понижать, это могут истолковать превратно.

Да, бюджеты у кинофильмов для большого экрана обычно существенные. Доля расходов на промоушен выше, чем у телесериалов.

Даже на молодежный фильм с минимумом декораций и без спецэффектов закладывают десятки миллионов юаней — это и на производство, и на продвижение. И актерские гонорары входят в общую сумму. Конечно, речь сейчас не о низкосортных поделках, которые в принципе не имеют шансов попасть в прокат.

Причем есть такая фишка, рассказанная Чу-два: если студии удается привлечь популярных актеров, обычно происходит небольшой слив информации. До начала съемок или в самом их начале. Тогда кроме заранее подписанных спонсоров легко могут появиться дополнительные.

На рекламе — скрытой или не очень — студия может отбить затраты на производство до выхода фильма в кинотеатрах. Однако, скрытая реклама — признак низкосортности фильма. Грамотные продюсеры ухитряются сохранить баланс и не выпячивать пиар.

И всё равно — предложение настораживающе щедро. А бесплатный сыр чаще всего встречается в мышеловках.

— Спасибо, Баочжэн, — не оставила инициативу сотрудницы без похвалы мамочка. — Мы предусмотрим этот момент, если дойдет до подписания контракта.

Чу-два поклонилась.

Из-за уплотнения внутри офисной комнатушки места стало совсем мало. Кланяясь, ей приходилось втягивать шею, чтобы ненароком не приложиться обо что-нибудь головой.

Выглядело, скажу прямо, так себе. Будто раненая черепашка прячет голову в панцирь.

— Киностудия просит назвать дату переговоров, — сказала она, не поднимая головы. — Кажется, они настроены очень серьезно.

— Пока сценарий не изучен, — повторила Мэйхуа. — Никаких дат. То, что каст к фильму уже почти собран, мне известно. Им не терпится приступить к съемкам, понимаю. Они заинтересованы в таланте моей доченьки, ясно и это. Но всё вместе это — не повод пренебрегать деталями. Запомни, ничто не должно бросить тень на А-Ли. Деньги не главное. Важнее всего — репутация и защищенность моей драгоценной доченьки.

— Да, госпожа, — согнулась в «закорюку» Чу-два. — Поняла, госпожа.

И это современный мир! Вон там, напротив офиса — блестящий небоскреб, а в умах людей, если так вдуматься, до сих пор какое-то замшелое средневековье. Поклоны, «да, госпожа»… Мрак!

— Выпрямись, — тепло сказала мать моя, продвинутая женщина. — И не делай так больше.

Строгие требования, но мягкие, как шелк, манеры. За такой госпожой (уверена, обе Чу мысленно только так и называют маму, иначе не забывались бы так часто при обращении) хочется следовать. Не из-под палки, а по велению сердца.

Узнать бы, нет ли в родословной Лин Мэйхуа глубоких аристократических корней?

Чудесная моя шагнула к бледной помощнице, помогла ей выпрямить спину. Взяла за руки. Хотя они примерно одного роста, со стороны казалось, что мама на голову выше.

— Мэйли такое не нравится, — поддакнула эта ворона.

— Мы можем говорить на равных, — еще мягче добавила Мэйхуа, глядя в глаза Баочжэн. — Вот, так куда лучше. Пока мы читаем сценарий, поручаю вам с Суцзу разузнать побольше об этой студии. И о режиссере Чжао.

Режиссер для кинокартины уже утвержден. Да и не только он, Зеленый лимон там в полной боевой готовности. Фрукт практически созрел, так сказать.

Не хватает только одного кусочка, чтобы пазл сошелся.

Меня.

Тем временем Мэйхуа посчитала разговор оконченным. С улыбкой протянула Чу-два конверт. При виде запакованных «подъемных» темные глаза бледной моли заблестели.

Вот только потоков слез нам не хватало!

— А кактус там что, цвести собирается? — поспешила я отвлечь сотрудницу. — Вчера на нем были только колючки. А сегодня на верхушке бутончик.

Вообще, кактусы в период цветения нежелательно переставлять. Могут скинуть бутоны. Но я почему-то убеждена, что этот зеленый малыш стойко перенесет жизненные перипетии.

Как знак, что наше начинание с Бай Хэ будет успешным. Кактус не лотос, но цветок обещает быть белым с желтым.

Причислим к знакам от Мироздания.

Уважаемое Мироздание, ты же не в обиде?

— Моя ты наблюдательная, — потрепала меня по волосам Мэйхуа. — Полюбуемся цветком в следующий раз. Сейчас нам пора.

Так как эта ворона стремительно вытягивается в росте, из одежек вырастает только так. С обувью та же история. Основная закупка вещей планируется ближе к началу учебного года. Но и до него надо в чем-то ходить.

Маме тоже нужно прикупить обновок. Обычно этими делами Мэйхуа занималась сама. Но раз уж в плотном графике этой вороны образовалось небольшое окно (больше смахивающее на форточку), мы с моей замечательной договорились скататься в центр вместе.

Самая известная столичная торговая улица — Ванфуцзин. Это вам любой блогер, прибывающий в Китай, скажет. Там и торговые центры, и множество магазинов… Наш путь лежал на близлежащую Серебряную улицу (Иньцзе). Именно там сосредоточились бутики западных брендов.

Там мы намерены подобрать мамуле кое-что из новой экипировки. Она же госпожа директор. На всяческие переговоры не может приходить в одном и том же. (Если что, это я настояла, мне приятно ее радовать).

А вещицами на быстрорастущую ворону закупимся в торговом центре. Там, конечно, тоже ценники не отличаются скромностью, зато проще и быстрее найти одежду и обувь из качественных материалов. Их мамуля даже не на ощупь определяет, на глаз.

Качество и нормальный пошив, остальное не так существенно. Всё равно почти вся «экипировка» (кроме обуви) проходит доработку. Мамина вышивка не обязательно красочная, зачастую она добавляет изящные, едва заметные узоры в тон ткани.

А чтобы Мэй-Мэй забесплатно кого-то «именитого» рекламировала? Не дождутся.

Бутики — это дорого. И пыль в глаза в виде стильных оформлений. Честно, никогда не понимала разницы между кожаной сумкой за три сотни вечнозеленых американских и за тридцать три тысячи их же валютой. И там, и там — прошитая кожа, но на второй модная бирка. Ну или еще какой-то знак принадлежности к бренду.

Но взрослые из мира бизнеса — понимают, значит, купим ту, что дороже. Сумочку по цене еще одного рисового поля, а то и двух. Несколько пар туфель (каждая пара — годовая зарплата дяди Ченя на тяжелогрузе).

Я-прошлая краем уха слышала, что вот так зайти в брендовый магазин и закупиться предметами из лимитированных коллекций — не на каждого ходока квест. Сначала вы должны создать историю покупок на общедоступных товарах. Вроде как стать «другом» (за деньги — да) бренда.

Не готова утверждать, так ли это работает в моей текущей реальности.

Но факт в том, что сочетания: «Лин Мэйхуа», — хватало, чтобы улыбки сотрудниц бутиков становились елейнее некуда. Семейная история покупок, вроде как, тоже идет в зачет «дружбы». Запись в лист ожидания это, правда, не отменяет, но может «продвинуть» в очереди.

В люксовом бутике, где планировалось купить несколько блузок, нас — впервые за этот вояж — завернули.