Ворона на взводе (СИ) - Вран Карина - Страница 16

Когда я вышла из раскладной палатки, устроенной под походную гардеробную, Ли Танзин уже вещал о бескрайних рядах борозд в песке, образующих квадраты. Как на огромной доске для вэйци.

Ага, это ему ещё долго разглагольствовать.

— Дядя Бу, я готова к записи, — помахала рукой оператору. — Шу, идем.

Нужно отойти от говорящих. Там и вид интереснее.

У моей «воспитательницы» второй рабочий день. И я то и дело ловлю удивленно-оценивающие взгляды от нее. Ха, то ли ещё будет!

— Всем привет, — машу я вскоре с серебристого самолета. — Это Мэй-Мэй и канал Байсэ.

— Как вам вид за моей спиной? — приспускаю очки от Нового взгляда — отрабатываю контракт по полной. — Впечатляет? Это одно из тех мест, откуда в столицу иногда приходит Желтый дракон. В том году мы целую неделю не занимались на улице из-за сильной песчаной бури.

Песчаная буря — это и есть «Желтый дракон». Мои соотечественники любят давать громкие названия всему в Поднебесной. Впрочем, некоторые — особо мощные — бури того заслуживают.

Прошлогодняя не только нас «пропесочила», она до Ниппон дошла.

Китайцы любят новые — особенные — впечатления. Поглазеть из безопасности на маленькую девочку в недружелюбной пустыне — это что пощекотать легонечко нервишки. В хорошем смысле — вид должен будоражить.

У дяди Бу превосходное оборудование, так что картинка получится насыщенной. Качественнее, чем на фото в обзорах.

— Самолет уже нагрелся, — сообщаю доверительно. — Тут жарко. Брат Синь, помоги спуститься!

Это удачный момент пропиарить старшего коллегу. Тоже успевшего переодеться и нацепить очки. Сотрудницы проинструктировали.

— Как мы здесь оказались? — спрашиваю, когда Жуй на ручках снимает меня с корпуса нелетучего (там даже двигателя нет, уже разузнала) средства. — Попробуйте угадать. Тут у нас — самолет. Там — внедорожники. Мне обещали, что я смогу покататься по песчаным дюнам. Хотелось бы сказать: за рулем, но без прав я могу рулить только вот такусенькой машинкой.

Показываю «на пальцах» размеры наших электромобилей. Ещё одна околорекламная вставка. Надеюсь, «Колесники» оценят.

— Сейчас мы устроим песчаный заезд, — вскидываю рученьки. — Я непременно возьму вас с собой. Болейте за мою с братом Синем команду!

Дядя Бу подает знак: записано.

— Ты, — хлопает он помощника по плечу. — Доверяю тебе. Не справишься — год не встанешь за камеру.

Суровые у него, конечно, методы. Улыбаюсь парню ободряюще, мол: я в тебя верю, не оплошай.

— Представляю звезд экстремального вождения в песках, — немножечко преувеличиваю я. — Ян Хоу, режиссер, обладатель премий и просто удивительная личность. Бу Сунлинь, оператор, мастер вождения и добрейшей души человек. Жуй Синь, актер, певец и принц-бездельник. И я, но пассажиры не считаются.

Щегол тоже решил поучаствовать в развлечении. Несвойственно для него, но эта ворона только за. Соревнование из двух «бибик» было бы слишком предсказуемым.

Фаворит заезда — Бу Сунлинь, это вообще не обсуждается. Но мне-то важна не победа, а участие. И шоу!

Канал Байсэ должен радовать зрителей интересным и разнообразным контентом.

— Что у нас общего? — хитренько щурюсь, сняв очки. — Мы все — растущая семья Бай Хэ. Поздравьте нас!

Улыбаюсь так широко, что щеки начинают побаливать.

В это сложно поверить, но Бу-Ян теперь с нами. Ян Хоу связался с Мэйхуа после того, как его друг «продался за еду».

— Поехали! — даю отмашку рассаживаться по машинам.

Их заранее подогнали на стартовую линию. Верещу на виражах: мы гоним вдоль гор, а финиш почти у вод водохранилища. Подпрыгиваю на сиденье, трагично заламываю руки, когда нас обходит внедорожник оператора Бу.

Компактная камера в салоне установлена заранее. А дядя Бу обещал заняться монтажом. Общие кадры заезда с крупными из кабины.

Мы финишируем последними. Победитель встречает безмятежной улыбкой.

— Ты меня подрезал! — возмущается «второе место».

— Эй! Пустыня не такая маленькая, чтобы жаться ко мне, — отвергает обвинения Ян Хоу.

Вот уж от кого не ожидала. Хотя… Апельсинка?

— Т-ц, вечно твои отговорки, — вздергивает нос Бу Сунлинь.

— Вы оба — монстры вождения, — качает головой мой «напарник». — Спасибо за урок, старшие.

Мы продули, но это совсем не обидно. Пора записать последний кусочек видеоролика.

— Мы пока не победили. Повод расти над собой, — тянусь вверх на носочках. — Ай, ничего. Главное, что было весело. А какой тут вид! Вода, песок и горы.

Здесь по плану пойдут фирменные панорамные съемки дяди Бу. В коих он — мастер.

— Подарков я сегодня не приготовила, — верчусь, показывая, что у платья нет кармашков. — Не песок же из пустыни черпать? И, знаете, что я думаю? Здесь необычно. Даже красиво. Но ещё лучше был бы зеленый берег. С травой, кустарниками и деревьями. Я верю, что однажды так и будет. Желтые драконы перестанут прилетать в города. Пески покроются зеленью. Если кто-то на такое способен — это мы с вами.

Эта ворона подготовилась к выезду в пустыню. Крепко и по многим направлениям.

Мамочку очень пугала пустыня. До еле заметной дрожи и прокушенных губ. А ведь Лин Мэйхуа — человек с превосходной выдержкой, держать лицо, как она, не каждый сумеет.

«Так дело не пойдет», — думала эта ворона, видя бурые ранки на нижней губе моей замечательной.

И тогда я решила попытаться побороть этот страх. Что пугает сильнее всего?

Правильно, неизвестность.

Эта ворона попросила родительницу показать ей картинки и — если найдутся — статьи о пустыне Тяньмо. В ключе: хочу подготовиться к предстоящей работе.

На интернет-пространство Срединного государства ещё не опустился «Золотой щит». Так что гугл у нас в наличии. Однако наш, местный поисковик байду (Baidu) уже есть и потихоньку набирает популярность. Немного жаль, это ведь тоже «бай», которое я могла бы присвоить. Но не всё вороне сырный день.

Нашим, родненьким байду мы и «побайдили» близлежащую пустыню. Стоит похвалить китайцев: несколько информационных страничек (и даже с фото) нашлись мгновенно. На них мне бросились в глаза: горы и… палки. В смысле, некое подобие леса, только голое. Сухое. Мертвое.

— Мамочка, а что это такое? — любознательность изображать не пришлось. — До деревьев дошел песок, и они высохли?

— Не совсем, — покачала головой родительница. — Эти тополя высадили в песок, чтобы они остановили пустыню.

— Кажется, не очень получилось, — ворона опустила клюв… уголки губ. — Не удивительно: тополя те ещё водохлебы.

Мэйхуа окатила меня молчаливым удивлением.

Я сказала что-то, что не списать на уроки естествознания? Уже пора бы и привыкнуть.

— Считается, что тополя неприхотливые и быстрорастущие деревья, — проговорила мамочка.

Со вторым — вопросов нет. А что до неприхотливости — вон, серые стволы ответят про выживаемость. Да, они стойкие, но не неубиваемые. Может, если им обеспечить полив…

Так-то крохотная (по меркам тех же Гоби или Такла-Макан) Тяньмо интересно расположена. У подножья горы Янь с одной стороны. А с другой вплотную подходит к водохранилищу Гуантин.

В Период Воюющих царств (Чжаньго шидай) — это с пятого века до нашей эры и до объединения государства первым императором Цинь Шихуанди — здесь был участок Великой стены. Сигнальные башни у подножья горы до сих пор сохранились.

Но про полив этих молчаливых свидетелей неудачной лесопосадки говорить поздно. И про воюющие царства совсем поздно, они давно свое отвоевали.