Арсенал Регрессора. Трилогия (СИ) - Ло Оливер - Страница 21

— Каким следам?

— Двое прошли мимо пещеры. Поднялись по склону. Мы идем за ними.

— Но ты сам сказал, первый компонент внутри!

— И вместе с ним смерть, — Аристарх повернулся к группе. — Мой талант показывает опасность. Кто войдет, уже вряд ли сможет выйти. Или выйдет, но калекой.

— Откуда ты знаешь?

— Потому что я чувствую. Это мой талант, идиот. Я охотник. Я вижу следы, намерения, важность путей. И те двое нашли безопасный маршрут. Этот путь важнее, чем если мы пойдем в пещеру!

Группа переглянулась. Некоторые кивнули. Другие смотрели на пещеру с жадностью.

— Кто хочет рискнуть, валите внутрь, — Аристарх махнул рукой. — Остальные за мной.

Трое отделились, пошли в пещеру. Остальные остались с Аристархом.

Он повел их по следам. Талант высвечивал путь, показывал каждый шаг впереди идущих. Они поднимались по тропе, карабкались по скользким камням.

— Куда они вообще идут? — проворчал кто-то сзади.

— Узнаем, когда догоним.

Тропа вела наверх. Аристарх чувствовал, как важность следа растет. Что-то там, наверху. Что-то ценное.

Его губы растянулись в улыбке.

Охота началась.

Глава 8

Плата за знания

Тропа вывела нас к водопаду через два часа. Вернее, к тому, что когда-то было водопадом. Вода застыла на полпути, превратившись в гигантский ледяной занавес. Струи замерли в падении. Высота метров тридцать, может больше. Свет преломлялся в толще льда, окрашивая все вокруг в голубоватые оттенки.

У подножия водопада, где должна была образоваться замерзшая заводь, сидела старуха, которая что-то плела.

Пальцы, покрытые морщинами глубокими как трещины в древнем камне, ловко управлялись с нитью. Только нить была странной, полупрозрачной, сотканной из инея и холодного света. Она тянулась прямо из водопада.

Старуха подняла голову. Ее глаза были белыми, без зрачков, и явно слепыми.

Но при этом она смотрела прямо на нас.

— Я ждала вас, — голос прозвучал как скрип льда под тяжестью. — Одни ищут то, чего нет. Другой принес то, что было утеряно.

Ее слепой взгляд скользнул ниже, остановился на цепочке в моей руке.

— Тебе нужны компоненты для Глейпнира, так? Хочешь задать этот вопрос?

Тали напряглась рядом со мной. Я же спокойно обошел старуху стороной, направляясь к замерзшей воде. Там, прямо над ледяной поверхностью, рос цветок. Ледяная роза с лепестками из чистого кристалла. Она пульсировала слабым светом, словно у нее было сердце.

— Нет, — ответил я, присев на корточки. — Я и сам прекрасно знаю, как их достать.

Я медленно приложил цепочку ко льду рядом с цветком. Не касаясь самого растения, держал на расстоянии ладони. Второе звено вспыхнуло, руны заструились холодным синим светом. Магия потекла из цветка в металл, окрашивая серебро в нежно-розовый оттенок.

Тали шагнула ближе, протянула руку к цветку.

Я схватил ее за запястье, дернул назад, девушка вскрикнула от неожиданности.

— Не трогай, если жить хочешь.

— Что? Но цветок же прямо тут!

— И он убьет тебя за три секунды, если дотронешься. Видишь иней на лепестках?

Она присмотрелась. Тонкий узор инея покрывал каждый лепесток, образуя странный узор.

— Это не просто цветок. Это та самая Борода Женщины, второй компонент. Растение впитало в себя суть невозможности за века роста в замерзшем водопаде. Женщины не носят бороды, но иней на этом цветке по форме напоминает бороду. Девушка — цветок, иней — борода. Символизм и все такое.

— И что будет, если я дотронусь?

— Твое тело мгновенно превратится в лед. Изнутри наружу. Сначала кровь замерзнет, потом органы, потом кожа. Ты даже крикнуть не успеешь, но будет больно.

Тали отдернула руку, будто цветок внезапно стал ядовитой змеей.

— Вот спасибо за предупреждение! Мог бы и раньше сказать!

— Ты должна сама соображать. Если что-то выглядит слишком просто в Искажении, значит это ловушка.

Второе звено перестало светиться. Зарядка завершена. Я убрал цепочку обратно в карман куртки.

Старуха улыбнулась. Зубов не хватало, те, что остались, были желтыми как старая кость.

— Умный, — прошелестела она. — Редко встречаю таких. Большинство хватают цветок, не думая. Их тела до сих пор лежат подо льдом, видишь?

Я посмотрел вниз. Под толщей замерзшей заводи действительно виднелись силуэты. Десятки, может сотни. Все застыли в позах агонии. Всегда задавался вопросом, откуда, если мы первые в этом искажении.

— Предпочту не заглядывать к ним на вечеринку, — пробормотал я.

— У каждого места свои правила, — старуха вернулась к плетению. — Так каков твой вопрос, умный юноша? Норны не часто встречают гостей. Задай свой вопрос, и получишь ответ.

Тали дернула меня за рукав.

— Кто такая Норна? — прошептала она.

— Женщина, что видит судьбу. Это из скандинавской мифологии, — так же тихо ответил я. — Их трое. Но тут лишь одна. Урд плетет нить прошлого.

— И она может ответить на любой вопрос?

— Ответить-то ответит, но не просто так.

Я подошел ближе к старухе. Она продолжала плести, не поднимая головы. Нить текла между пальцев, бесконечная.

— Где мне найти Хранителя Снов?

Руки Урд замерли. Нить повисла в воздухе, дрожа.

— Хранителя? — она медленно подняла слепые глаза. — Зачем тебе Эйктюрнир?

— Это уже мое дело.

Старуха долго молчала. Нить между ее пальцами вдруг стала видна четче, узоры на ней складывались в картины. Я видел лица, события, места. Все размыто, но различимо.

— Эйктюрнир приходит туда, где Корни Гор, — наконец произнесла она. — К концу первого дня он спускается к подножию, чтобы испить из источника мудрости. Найдешь гору, похожую на дерево. В ее сердце обитает Хранитель. Но если хочешь успеть, идти нужно уже сейчас.

— Спасибо.

Я достал из внутреннего кармана амулет. Тот самый египетский скарабей, подделку, что купил в первый день. Вздохнул. Жалко, планировал использовать его для другого реликта. Но выбора не было.

Положил амулет у ног старухи.

— Дань за знание.

Урд улыбнулась шире.

— Щедрый. Редкое сочетание ума и щедрости. Иди, юноша. Твой путь долог, но ты уже знаешь, куда ведет он.

Мы развернулись, чтобы уйти. Тали шла молча, явно что-то обдумывая. Когда мы отошли достаточно далеко, она не выдержала.

— Зачем ты оставил амулет? Еще и скривился так, словно он стоил целое состояние!

— Каждый вопрос, заданный Норне, требует жертвы.

— А если не оставить?

— Тогда Норна заберет то, что посчитает равноценным. Обычно это жизнь того, кто задал вопрос. Или жизни его спутников. Или воспоминания. Или будущее. Норны не любят, когда ты не платишь справедливую цену за знание.

— То есть ты заранее знал, что придется отдать амулет, — протянула она. — Ты знал, что встретим ее.

— Угу.

— И знал, какой вопрос зададим.

— Тоже угу.

— И то, что нужно оставить дань.

— Три угу подряд, поздравляю, ты начинаешь соображать.

Она ткнула меня локтем в бок. Несильно, скорее дружески.

— Однажды ты мне расскажешь, откуда у тебя вся эта информация.

— Да, я все знал, — выдохнул наконец я. — Но ничего подходящего кроме амулета за этот вопрос предложить не мог, потому и отдал его.

— Тогда лучше мне не знать насколько дорогой он был.

Я усмехнулся. Тали менялась. Неделю назад она была обычной охранницей музея, чьи самые большие проблемы ограничивались безбилетниками и сломанными турникетами. Теперь она шла через мифологический мир, сражалась с великанами и не паниковала при встрече с существом, плетущим судьбы.

Небо начало темнеть. Не постепенно, как обычный закат, а резко. Словно кто-то прикрутил яркость на минимум. Серые тучи сгустились, заслонив то слабое подобие солнца, что освещало Йотунхейм.

— Темнеет, — Тали огляделась. — Нам нужно найти укрытие.

— У меня все схвачено.

— Серьезно? У тебя есть теплое укрытие без монстров?