Долг человечества. Том 2 (СИ) - Попов Михаил Михайлович - Страница 4

— Я думаю, нужно его оставить. — Голосует Борис.

— Понимаю. — Кивнул я, а остальные выбор нашего здоровяка поддержали. Не конкретно выбор, а сам факт того, что он был сделан.

Пятый камень в третий кружок поступил от кинжальщицы.

— Почему, Кать? — Спросила девушку Женя.

— Он нас бабами обозвал, и вообще он какой-то мутный. А как сказал Марк — отпускать его нельзя, и я с этим согласна. — Объяснилась девушка.

Еще минуту все сидели молча и без движения. Наконец, Варя обратилась ко мне.

— Марк, могу тебя попросить? Мне тяжело тянуться.

— За что голосуешь? — Принял я у нее камешек.

— Отпустить его. Кто знает, на что он способен, вдруг пока мы спим перережет нас всех. — На выдохе сказала она.

— Ну а если этого не допустить? — Обратилась к Варе Катя. — Известным методом.

— А кто исполнит приговор?.. — Многозначительно спросила волшебница.

Ответом ей была тишина.

— Дим, — окликнул латника Антон, — твой выбор будет решающим.

— В бездну все. — Выругался он. — Давайте обсуждать! Я не могу просто так справиться с этим решением.

Собственно, каждый еще раз высказал свою позицию. Объяснил, почему сделал такой выбор, и предположил, к чему приведут другие.

— Никто не против, если я поговорю с этим парнем с глазу на глаз? — Спросил разрешения Дима. — Не потому, что он там что-то про деньги ляпнул, или еще что-то. Хочу как человека его понять. В его байки я все равно не верю.

— Не вижу преград. — Пожал я плечами. — Но учти, сейчас он наплетет тебе что угодно, ведь понимает, в какой он ситуации.

— Я не забыл. — Сказал воин и поднялся, а после уверенной поступью направился к сторожевой башне.

— Мда уж… — Огласила общее состояние Варя.

Под треск костра каждый закопался в своих мыслях. На лагерь упала кромешная темнота, разрываемая только сполохами большого лагерного огня, и подкралась тишина. Такая, при которой слышно собственное сердцебиение.

Я огляделся по сторонам — минуло меньше недели, мы повстречали первого человека из наших, землян, и сейчас гадаем, как с ним поступить. Какие времена — такие и решения, но мне было решительно невыносимо думать об этом. А сделав свой выбор самым первым, я избавил себя сейчас от мук, какие переживает Дима.

— Когда мы на охоту отправимся? — Ловкачка решила не сидеть в тишине. — Кстати, чай будете?

— Будем. — Нестройно, но почти единогласно согласились присутствующие. Лишь Варя покачала головой.

— Что, — ухмыльнулась Катя, набрала в легкие воздуха, а вместе с ним и яда, — мои напитки тебе не нравятся?

— Не в этом дело, — удрученно покачала головой Варя, — просто подумала, что вы и над моим раненым телом так же голосовали.

Повисла тишина.

— Умеешь ты пилюлю подсластить. — Несколькими мгновениями позже все же ответила Катя. — Так что насчет моего вопроса?

— Я думаю, завтра нужно будет собирать новую экспедицию. Подготовиться основательно, взять припасов, оружия, побольше людей, и выдвигаться. Меня тревожат слова этого, — я вскинул голову в сторону прикованного Леонида, — нужно понять, в действительности ли у нас под боком орудует толпа греллинов.

— Наконец-то! — Просияла Катя. — Что-то я засиделась тут.

— Я бы не назвал грядущие события радостными. — Ответил я, голосом мрачным. — Наши вылазки редко проходят без происшествий.

Антон отвел взгляд.

— Но ты же говорил, что будем ждать, когда все поправятся? — Вступил в разговор Боря.

— Было, да. Но ситуация изменилась, ведь если то, что сказал Леонид подтвердится, нам придется сильно менять стратегию.

— А она у нас есть? — Спросила Варя.

— По крайней мере, была. — Ответил я уклончиво.

— В чем она состоит, Марк? Мы делаем в основном то, что ты говоришь, потому что на собственной шкуре уяснили, что спорить с тобой… ну, опасно? — Внезапно огорошила меня Катя.

— Как это? — Опешил я.

— Это насчет Вари. Да, тогда все шло через задницу, но ты никого не желал слушать, даже подрался с Антоном из-за разницы мнений. — Пояснила она свою позицию.

— А что, у тебя еще свербит, что я выжила, змеюка ты подколодная⁈ — Вступила в разговор Варя. — Ну, раз уж на то пошло, то может еще разок проголосуете, демократы хреновы?

— Да успокойся ты, я не для того этот разговор завела! — Рявкнула в ответ кинжальщица.

— А для чего? — Спросил я с нажимом, потому что мне очень не нравилось то, что я сейчас слышал.

— Сказала же. Хочу понять наш план. Хочу принимать решения, понимая их последствия, чтобы не наломать дров. Как Варя когда-то.

Та уже раскрыла рот, чтобы вставить что-то едкое, но я вскинул руку и попросил ее придержать пока комментарии.

— Кать, выражайся прямо. Для чего ты сейчас задела Варю?

— Да боже, к слову пришлось. — Закатила она глаза и сложила руки на груди. — Мой вопрос все тот же, какой у нас план? Ты сам себе на уме, делаешь какие-то штуки, выдаешь невообразимые идеи про воздушные, мать его, шары, потом приходишь с копьем наперевес, которое камни в порошок стирает. Ты пойми, Марк… Мы ничего о тебе толком не знаем.

— Та-а-ак… — Мои глаза полезли на лоб. — Есть кому что добавить?

В ответ молчание. Только Катя взяла слово:

— Я уже который день твержу, что нам нужно выбираться из лагеря хотя бы поблизости. Строить ловушки, добывать очки обучения для прокачки и достижений, чтобы не делать инструменты из говна и палок, а реально покупать годные вещи. Стать кем-то, кто внушает страх и трепет, чтоб вот такие как этот, — кивнула она в сторону Леонида, — не шастали вокруг. Нам нужно стать сильными! А я постоянно вижу, что мы только строим всякую фигню и почти не развиваемся. Только ты, Марк, качаешься.

— Погоди-ка. — Остановил я ее поток. — Мы укрепились здесь, чтобы на нас не нападали? Укрепились. Важные вещи, чтобы выживать, построили? Построили. Я делаю все для того, чтобы повысить общие шансы дожить до конца этого испытания. Ты же предлагаешь авантюру, которая эти шансы снижает.

— Так вот, в чем твоя стратегия. Давай тогда завтра не в экспедицию отправимся, а выкопаем тут огромный бункер? С твоей новой способностью труда это не составит! Забьемся в угол, как мыши, и переждем. А ты подумал, что дальше будет, когда остальные разовьются, получат кучу уровней и навыков? Уже над нами будет такой же суд! — Катя распалилась, вскочила, активно жестикулируя руками.

— Так, Кать, правильно ли я понял, что ты недовольна тем, что я делаю? — Спросил я ее тоном спокойным и сдержанным, но внутри все бурлило.

— Верно. — Согласилась она и села на бревно обратно, приняв еще более закрытую позу, чем раньше. — Я считаю это проявлением слабости.

— Кать, не говори так. Мы живы до сих пор только благодаря Марку… — Слабо встала на мою защиту Женя.

— Нет, Жень, благодаря тебе. Это ты лечишь наши раны. — Фыркнула Катя.

— Вновь повторюсь — есть ли еще недовольные тем, что я делаю? — Окинул я взглядом присутствующих.

Возможно, таковые и были, но только Кате хватило смелости поставить мои планы под сомнения. Потому я сказал:

— Я с самого начала старался вести себя тихо и незаметно. Не вспоминайте, что я когда-то, в прошлой жизни, был руководителем. Вся моя работа состояла в том, чтобы продажи не падали. Я нихрена не знаю об этом изменившемся мире, и точно так же, как и вы, иду вперед вслепую, не понимая, что меня ждет. Но я открыт к диалогу, и напомню — мы договаривались спорные моменты обсуждать вслух и принимать решения исходя из общих интересов. Но я, почему-то, считал, что главным образом все хотят выжить. Если кому-то не сидится на месте, скажите, я удерживаю кого-то?

— Нет, но… — Катя замялась.

— Что «но»? Прокачка, сила? Мы выбрались с Антоном на разведку, видели чудовищ, против которых нам не выстоять. Едва не погибли сами, хотя в принципе не планировали вступать в битву с кем-либо. Или ты забыла, что такое кровь и смерть? — Я старался говорить сдержанно, но под конец немного отпустил ситуацию и позволил себе звучать иначе.