Из огня да в полымя (СИ) - Усов Серг - Страница 20

Точно, мне ведь тоже нужно покопаться в интернете. Вчера увлёкся книгой и не посмотрел того, что намеревался выяснить для выработки легенды, которая бы прикрыла наличие у меня необычных способностей.

На дорожке от автобусной остановки до метро меня поджидала небольшая неприятность, типичная для Москвы. Вроде бы совсем недавно уложенную тротуарную плитку опять начали менять, а место ремонта обнесли лентой, пришлось идти в обход скверика в плотном утреннем потоке людей по деревянным мосткам.

— Вчера вечером ещё всё нормально было, — говорила подруге идущая впереди девушка в летнем сарафане. — Когда уж успели начать-то? Ночью?

— А когда ещё? — раздражённо ответила спутница. — Понаехавшим всё равно, день ли, ночь, лишь бы деньги платили. А у нас не знают, куда их девать.

Я вот тоже возвращаясь с работы вчера тут не заметил ремонта. Да не было его, точно. Ругаться нет смысла. Не делают что-то — плохо, делают — тоже плохо. Но с постоянным перекладыванием плитки в столице ведь на самом деле перебор.

Время в мегаполисе значит очень много, потому мы все так часто и торопимся. Из-за обхода ремонтируемого участка вроде и потерял-то не больше пяти минут, однако в поезде людей оказалось уже заметно больше, чем я привык. И потом на следующих станциях была такая же картина, так что, к первой пересадке ехал в тесноте, что не помешало мне найти в интернете нужную информацию.

Память меня не подвела, мне действительно попадались в ворохе информации сведения о такой научно-обоснованной дисциплине, как профайлинг. Есть и люди, которые осваивают профессию профайлеров — умения по мимике, жестам, взглядам, реакциям организма вроде повышенных покраснения, или наоборот бледности, или потовыделения определять чувства человека, видеть говорит он правду или врёт.

Не знаю, как это на самом деле работает, может обычное шарлатанство, но мне подойдёт в качестве ширмы моих реальных способностей. Для данной профессии правда помимо повышенной эмоциональной чувствительности необходимо образование психолога, но кто мне мог запретить заниматься самообразованием?

Решено, я профайлер-самоучка, об эффективности которого смогут понять исходя из конкретных результатов моей работы. То есть, теперь у меня имеется не только инструменты — эмпатия и ментал, но и обоснование для их использования.

Я сделал нужные закладки в браузере, в свободное время буду читать о принципах профайлинга, чтобы, случись разговор с настоящими специалистами в этой области знаний, я сумел бы говорить с ними на одном языке, знать терминологию и не выглядеть дилетантом-самозванцем.

Со своими размышлениями едва не пропустил пересадку, но всё хорошо, что хорошо кончается, и в офис я приехал вовремя, пусть и чуть позже обычного.

— Всем привет! — улыбаюсь, будто у нас в коллективе прекрасная атмосфера.

Коллеги моё приветствие не игнорируют, но отвечают весьма хмуро, ещё до официального начала рабочего дня спеша включать компьютеры и найти нужные рабочие материалы. Ну, да, вторая половина июня — это конец квартала, а значит пришла пора расплаты за всё недоделанное, отложенное на потом, требующее переделки и прочее. То, что в первые недели июля настанет расслабон и можно будет опять в потолок поплёвывать, сейчас не утешает, у начальства уже наточен топор для нерадивых, а плаха в Инвест-гамме никогда от крови мучеников, оставшихся без поощрительного денежного вознаграждения, никогда не просыхает.

— О, Алексей, привет! — одна только Олечка Ветренко мне и рада.

Что ж, такое отношение достойно поощрения.

— Оль, — ставлю портфель на край её стола. — Как-то так получается, что ты меня всё время угощаешь, я же словно жмот, никогда ничего в ответ. — Вот, угощайся. — извлекаю пакет с выпечкой. — Можешь к чаю, можешь в обед в микроволновке разогреть. Свежие. — кладу перед ещё шире заулыбавшейся коллегой пироги. — Эти вот с луком и яйцом, эти с дырочками — с капустой, эти с картошкой, а эти кругленькие сладкие, с черешней, точнее с вареньем из черешни. Знаю, ты же любишь сладкое. Обязательно всё попробуй. Это моя подруга испекла, она любит печь. — приписываю бросившей меня Ленке напрочь у той отсутствующие кулинарные таланты.

Радостное выражение на лице нашего бумажного червячка мгновенно исчезает. Я активирую свой ментал и слышу в голове её голос: «Сволочь ты, Платов. Решил сообщением о своей девушки от меня отвязаться? — легко разгадала она мой хитрый план. — Нет у тебя никого. Была, да сплыла. Я такое хорошо чувствую. Вот ведь козёл какой. Ну, не хочешь выстраивать со мной отношения, так и не надо. Думаешь, не найду другого? А ты потом ещё приползёшь, сиротка несчастный. Да кому ты нужен?»

Да уж, логику девушек я и со своими сверх способностями не пойму. Кстати, насчёт сверхспособностей. Похоже, женщины на тропе охоты за мужчинами ими тоже в какой-то степени обладают. Вон же вычислила, как-то почувствовала, что меня бросили. Удивительно. Удивительное рядом.

— Спасибо, Платов. — сочла нужным поблагодарить. — Мы в обед, кто в столовую не идёт, попробуем. Только я, пожалуй, обойдусь одним пирожком.

Интересно, сегодня мне пирожное достанется? Подозреваю, нет. Увы, я лишился последнего доброжелательного члена нашего коллектива. Теперь на меня злы все.

С этими мыслями иду к своему столу. Кондиционер уже работает, хотя я бы лучше его выключил, а окна открыл. На улице сегодня комфортно, а приток свежего воздуха в нашу душную моральную атмосферу бы не помешал. Увы, моего мнения тут никто спрашивать не будет.

Если вчера ещё у нас было относительно спокойно, то сегодня в дополнение к напряжённой для всех кроме меня и Олечки работы добавилось и то, что наша группа превратилась в проходной двор. Виктор Николаевич, отправившись в командировку и временно передав бразды правления отделом в ухоженные ручки Анны Николаевны, свой кабинет ей не предоставил.

Вот и потянулись сюда ходоки из других групп, отделов, департаментов, а ещё всякие посыльные-рассыльные, и всем надо согласовать, подписать, спросить, уточнить. Устроили в коридоре перед дверями нашего помещения целое столпотворение, дожидаясь своей очереди, минуя наше рабочее пространство, постучаться к госпоже Каспаровой.

И ладно бы молча там стояли. Так ведь делятся новостями, сплетничают, даже смеются иногда. Хорошо хоть, что рыданий не слышим. Но мои коллеги, которым сейчас и так нелегко — это я отмечаю безо всякого сочувствия к ним — помаленьку начинают звереть. Но то ли им это не мешает, то ли наоборот ещё больше стимулирует сорвать на ком-нибудь злость, в общем, прочитав четырежды мысли своих коллег, выясняю, что они готовят мне подставу, и даже — спасибо Серёге Райко за столь подробное обдумывание гадкого дела — знаю какую именно подставу. Они придумали свой план в чайной комнате, куда заходили попить кофе — и, самки собаки, с подаренными мною пирожками — а осуществить диверсию, или саботаж, я не знаю, чем это между собой отличается, взялся Игорь Филиппов, мой единственный в компании друг, он же когда-то лучший и единственный.

Как мало, оказывается, нужно, чтобы превратить друга во врага. Да был ли Игорёк мне другом? Нет, теперь понимаю, не был. Вот Сашка Урюк за меня мухинского вписался в поножовщину, когда я получил перо под ребро. Влетел на всех парах в схватку с четверыми пацанами Клопа. Получил крепко, ему самому и руку, и живот подрезали, но ведь отбил меня, уволок и доставил в больничку. А потом ещё ментам на уши лапши навешал. Вот это был действительно настоящий друг. Жаль потом подсел и умер от передоза. Валька-сметана ему палево подсунула, её потом всей бригадой метелили.

Что же касается Игорька, то дам-ка я ему осуществить их подленький замысел. Точнее, они будут думать, что у них всё удалось. На самом деле, я скопирую нужные данные, оставив сами файлы в папке открытой публикации. Путь удалят и радуются. Я же получу замечательный повод поговорить с бывшим дружком по-пацански, как я-мухинский умею. Без синяков, но доходчиво.

Перед обедом поток ходоков к начальнице наконец иссяк, и та ушла из кабинета, никому ничего не сказав, но окинув всех сотрудников строгим взором, выделив меня намёком на кивок. В столовую я не пошёл сегодня, переборщил с завтраком, поэтому решил ограничиться чаем с печеньями, которые купил в буфете, спускавшись на первый этаж. Там сбоку от холла продавали всякую всячину для сотрудников, кто предпочитает горячему питанию сухомятку. Вот и я к таковым временно примкнул.