Из огня да в полымя (СИ) - Усов Серг - Страница 45

— Вода? Чай, кофа, сахар?

На тележке, которую она за собой таскает, нижняя полка заполнена перечисленным. Я уже открыл дверь, вижу, что одна бутылка воды у меня ещё не почата, да и налитую в чайник почти не расходовал.

— Не нужно. — отказываюсь.

Прежний мухинский набрал бы себе халявных пакетиков, а мне московскому даже подумать о таком смешно. Я и то, что уже в номере, не использованное оставлю. И сразу, пока не забыл, достал из паспорта пятисот рублёвку, положил на стол и прижал её край графином. Шиковать так шиковать. Хотя тот же Юрка в отелях чаевые в разы больше оставляет. Но он и не всего на сутки в них останавливался.

Закрыл дверь на замок, поставил сумку рядом с кроватью. В душ не пойду, дома помоюсь. Включил чайник и разделся, бросив джинсы и рубашку на спинку кресла, достаточно аккуратно, чтобы не помялись. До самого выезда буду валяться в кровати — на ногах и на заднице сегодня ещё успею побывать. Включил телевизор, там про адвокатов какой-то блогерши в новостях говорят. Оспаривают решение суда об аресте её активов на пятьдесят с чем-то миллиардов рублей.

Капец, это же безумие какое-то. Не миллионов, миллиардов. И дура зачем-то от налогов бегала. Жадность и тупость. Ага, дура, тупость. Только вот это она полсотни лярдов заработала, а не я, весь из себя такой умный. Впрочем, мне теперь тоже грех жаловаться. И карьера с повышением доходов намечается, и накопления почти в полтора миллиона, и в сумке три сто пятьдесят.

Переключил на двадцатый канал, там МузТВ, засыпал в стакан сразу два пакетика кофе и залил их водой на половину стакана, что-то вроде эспрессо получилось, и лёг на кровать. Пока пил, расслабился, получилось отключиться от влезших опять в голову мыслей про тётку с этой коровой Светкой, иначе бы опять завёлся и вместо отдыха получились бы одни лишь душевные терзания. А так, допив кофе, уснул, а проснулся уже в половине двенадцатого.

Что б уж до самой столицы, до дома не захотелось, навестил туалет. Опять же, не стал забирать неизрасходованные пакетики шампуня, геля для душа и мыла. И это решение оказалось абсолютно естественным, без всяких раздумий.

А ведь я реально уже состоялся как совершенно новая личность. Не лошарик-ботан, не бандит-пацан, но ведь, главное, и не серединка на половинку со смещением триггера ближе к тому или иному из своих бывших характеров, а нечто совершенно новое, непонятное пока самому. Знаю только наверняка, что этот новый я себе нравлюсь намного-намного больше обоих прежних своих личностей.

Оделся, взял драгоценную сумку, волевым усилием отказавшись ещё раз пересчитать полученное наследство, спасибо, братаны, постараюсь прожить достойно и за вас тоже, обулся и вышел из номера.

Ключи оставил на ресепшене, попрощался, пообещал парню-администратору непременно ещё раз остановиться в этом отеле, если приеду в Мухинск, и вышел на улицу.

Время обеденное, и пора бы подкрепиться. Тут совсем рядом замечательная пирожковая. В ней кроме свежей выпечки и пельмени собственной лепки отваривают. Там тётя Рита работает, наша бывшая детдомовская повариха. Её в своё время уволили и чуть не посадили, когда у нас половина сальмонеллёзом заболела, яйца не качественные поставили.

Мы за тётю Риту потом все со слезами просили, чтобы не наказывали и не увольняли. В тюрьму её не отправили, но готовить для детей запретили, уволили. Как же мы потом жалели, вспоминая, насколько при ней всё было вкусно.

У каждого повара, работающего в подобных местах, всегда есть выбор готовить некоторые блюда с душой или безопасно. Тётя Рита выбрала первое, и потому при ней мы омлеты ели, только треск за ушами стоял, а после её ухода, даже такие неизбалованные дети как мы в пережаренном блюде только ковырялись. Безопасно, но совсем есть не хотелось.

С грустью думаю в шутку, пойти что ли ещё раз рискнуть попробовать тёть Ритину стряпню? То моё тело, которое сейчас лежит в морге, могло переварить любые бациллы, меня в тот раз даже сальмонелла не взяла, а вот как бы повело себя нынешнее, трудно сказать. Впрочем, ноги уже несут туда. В «Жемчужину» идти не хочется, ждать там заказа, пока приготовят, да и вдруг захотелось на нашу любимую повариху ещё раз посмотреть, хотя и видел-то её там всего пару месяцев назад. Постарела сильно, но держится бодрячком.

В пирожковой есть всего два стола, за которыми можно сидеть на стульях, и десяток, где едят стоя. Здесь ещё странная форма оплаты — вначале идёшь к прилавку, смотришь, что есть в наличии и чего бы тебе хотелось, потом направляешься в кассу, там тебе это пробивают, и с чеком возвращаешься за покупкой. Говорят, при СССР так было везде, а сейчас я такой организации продаж больше нигде не видел.

— Два беляша и стакан томатного сока, — выбрав, чем перекусить, говорю кассирше, отстояв совсем небольшую очередь.

— Сто девяносто четыре рубля, и, если можно, без сдачи. — просит женщина за кассой.

— Картой. — показываю ей пластик.

Тётю Риту я, увы, не увидел. Наверное, у неё выходной день. Беляши оказались как всегда вкусными, а вот томатный сок, который налили из графина, явно делали здесь сами из томатной пасты и яблочного пюре — оно дешевле. Ну, так а чего я хотел за такие-то смешные деньги?

На выходе из пирожковой нос к носу сталкиваюсь с теми двумя девчонками, которые у дач заскочили после меня в автобус, тесен град Мухинск.

— Ой, извините! — пискнула одна из них.

Обе оценивающе осмотрели меня и лукаво повели глазками. Рано вам ещё на взрослых парней заглядываться, пигалицы. У вас вместо грудей пока прыщи.

Достал смартфон, открыл приложение Яндекс-такси, вбил в поисковую строку железнодорожный вокзал Владимира и хмыкнул. Эконом класс — три шестьсот двадцать, комфорт — три девятьсот восемьдесят пять. Считай, в четыре раза дороже, чем я сюда с Петькой доехал. Но идти к станциям, ждать, пока извозчик наберёт пассажиров, ехать потом с деньгами и попутчиками — не вариант. Электричкой тем более.

Ни комфорт-плюс, ни бизнес-класс тут Яндекс не предлагает, да мне и комфорта хватит. Ехать экономом на дальнее расстояние не хочется.

Подъехала КИА РИО, не новая, но вполне приличная. За рулём степенный мужик годков так пятидесяти в футболке с надписью по-английски Роллинг Стоунс. Мастодонт. У нас физрук был старый рокер, тоже всякую фигню иногда любил включать в спортзале, шум только создавал, нет бы Тимати какого-нибудь. Ну, пусть только попробует свою шнягу включить.

— Вы до Владимира? Один? — уточняет склонившись к открытому переднему окну пассажирского места.

— Да. Да. — отвечаю утвердительно на оба вопроса и сажусь сзади. — Если можно, радио шансон включите. — прошу.

Так-то мне шансон не очень, но лучше уж так, чем рок. Желание клиента — закон, и таксист спорить не стал, включив магнитолу на нужную волну. Ещё бы. Влеплю кол, в рейтинге потеряет. Правда, до сих пор не знаю, как эти рейтинги сказываются на карманах водителей, насколько снижение критично, но им этого явно никому не хочется.

Откинулся на спинку сиденья и закрыл глаза. Не потому что спать хочется, а просто даю намёк о своём нежелании вступать в разговор. Мужик всё понял правильно, и я глаза открыл, любуясь напоследок знакомыми до боли пейзажами.

Теперь надо подумать, что мне делать с деньгами. Конечно, первым делом приходит в голову положить их в банк. Сейчас такие проценты, что даже в Сбере за год пол миллиона накапают, не пито, не едено. Плохо что ли? Хорошо. Вот только стремно идти с такой суммой в банк. Тут прав Юрка насчёт изменившихся времён. Могут поинтересоваться, откуда дровишки. Или три ляма — это несерьёзно? Вон даже с полусотней ярдов только-только накрыли. Но рисковать не хочется.

Держать дома? У нас Игорёк Вовасов свою первую ходку сделал за то, что обносил квартиры, забираясь в них с крыши через балконы. Ну так у мухинских домов самый высокий этаж пятый, а у меня семнадцатый. Плюс высокий технический этаж, плюс у меня не открытый балкон, а всегда перед уходом закрытая полу-лоджия. А когда вернутся Наиль с Эльвирой, настоятельно попрошу их всё ж в конце-то концов закрывать тамбурную дверь, у них бабла и добра всяко больше, чем даже сейчас у меня. Нет, в квартире мои денежки будут в безопасности, хотя конечно же зарекаться ни о чём не стоит. Но, блин, инфляция. Получается, к тем полу-миллионам, которые я не получу в качество процентов, надо смело добавлять столько же, сколько реально потеряю в покупательной способности доставшейся суммы.