Тот еще тролль (СИ) - Гельт Адель - Страница 59

— Кратчайший путь, — ответил эльф. — От дормитория клана до моста плыть всего ничего — полтора изгиба реки. А там у вас и склады, и рабочая сила…

— Склады? Рабочая сила? — ненавижу ничего не понимать.

— Ну да! Тролли ваши — ребята крепкие, в мостах понимают — мое почтение, — признательно покивал Зильбербаум. — Регламент — за день вместо недели. Текущий ремонт — два дня вместо месяца.

Так. Чего я еще не знаю о своем клане и соклановцах?

Начнем с того, что знаю.

Они работают — но только тогда, когда я поблизости.

Они живут дружно — пока нет повода для ссоры и драки.

Они… А, к лешему! Да самая полезная часть клана — банда детей со своей атаманшей!

Это если не считать нас двоих — Заи Заи и меня самого.

Нихрена я о клане не знаю… И это хорошо!

— То есть, — решил подытожить я. — Клан работает, и работает дельно?

— Просто отлично, босс, — разулыбался эльф. — За что вам отдельное спасибо! Никогда так не было, а ведь я при мосте…

— Помню, — перебил я. — Сотню лет, или около того.

Ну, что сказать: пришлось делать вид, что все идет так, как было задумано мудрым мной. Я всегда так поступаю — и раньше тоже, все четыреста лет.

Вано Иотунидзе везло с личным составом — на уровне ближайшем, прямого подчинения. О тех, кто находится на нижних ступенях служебной лестницы я не задумывался — так, поигрывал иногда в демократию. В меру, чтобы помнили: вот он, суровый, но справедливый главный начальник! Не то, что эти. Которые не главные.

Кажется, везение это я принес с собой.

Ваня Йотунин думать не думал о микроуправлении — сначала было не до того, потом — снова не до того! Правильно делал, как оказалось. Стоило подобрать толковых подручных…

Что-то я задумался, а этот — который эльф — опять заговорил. Вернее, говорил уже некоторое время, а сам я, получается, машинально кивал.

— Так, значит, будет норма патронов? — закончил вопросом хитрый Зильбербаум.

— Подумать надо, — ответил вместо меня Зая Зая.

Я посмотрел на орка взглядом благодарным — но так, чтобы эльф ничего не понял.

— Думать нам нравится на свежем воздухе, — развил идею белый урук. — Это такая традиция, новая. Внутри клана.

— Понимаю, — согласился эльф, и мы с орком полезли наружу.

Встали такие на краю моста — чтобы не мешать движению. Стоим.

— Чего он хотел-то? — спросил я у братана. — Я что-то ничего не понял.

— Не «не понял», а «не слушал», — хохотнул урук. — Я тебя такого знаю: называется «Ваня задумался о вечном». Туши свет, сливай воду, при пожаре выноси первым!

— Короче, братан. Что ему надо?

— Баржу он хочет. Боевую. С пулеметом, — поделился Зая Зая. — А чо, идея же!

— Идея. Только стремная! — не люблю отвергать ничего с порога, но…

— А чего? — удивился орк. — Сам слышал! Логистика! Пулемет… Надо. Мало ли, какая хрень завелась… Точнее, много какая. Я в тот раз плыл, видел.

— Это когда Водокач? — мне стало интересно. Еще — появилась идея, уже нормальная — потому как моя. — Видишь ли, братан, пулемет — штука стремная. Кто на барже будет ходить, догадываешься?

— Чего это ходить? — удивился орк. — У ней ног нет. Она плавает. Баржа. Плавать же… Ну да. Тролли, снага.

— Вот именно. Тролли, снага, пулемет… — пояснил я для недогадливых. — А если под днищем?

В виду я имел вот что: «Если кто-то подлезет под днище баржи, пулемет будет бесполезен». Орк понял меня верно.

— Фигня затея, — кивнул он. — А если…

— Коня своего напряги, — посоветовал я. — Водяного. Который кит.

— Типа, пусть впишется? Разрулит с водяной братвой? — Зая Зая зачем-то перешел со взрослого обратно на уличный. Нормально же общались!

— Ага, — согласился я. — Водокач — самый крупный пацан на всю акваторию. Типа как на улице, только в воде.

— Крупный, — кивнул орк. — Только он такой один. Мало ли!

Тут, кстати, и эльфу надоело отсиживаться в конторе — полез наружу и встал рядом с нами.

— Ну, чего решили? — нетерпеливо (для эльфа) и торопливо (для гнома) спросил Зильбербаум.

— Баржу можно, — ответил я. — Даже две. Или три. Найдете, чем нагрузить?

— Обязательно найдем, — обрадовался эльф. — Там одного кирпича тонн… Много. И железа, и дерева… Да хоть песка!

— Дома кончатся, — посулил я. — Скорее, скоро, чем потом. Разберут быстро. Нам ведь и самим надо что-то строить, людей все больше, половина живет в палатках! Не дело, зима близко!

— И ночью, типа, темно и страшно, — подхватил урук. — А скоро будет еще и холодно.

— Эти дома кончатся — новые начнутся, — не унывал начальник бригады. — Там кликов на двадцать бывшие дачи, и ни одной живой души. Потом, вырастет что-нибудь… Да хоть дерево! И Дербоград, опять же.

Орк кивал — типа, согласен. Дербоград дербанить — милое дело, особенно, когда под лопатой и штыком такая толпа здоровых мужиков!

— Еще рыба, — эльф решил меня добить. — Она тут разная, ее тут много. Главное — прямо под мостом не ловить, травмаем пахнет.

— Во! — обрадовался орк. — Сюда кирпич и всякое строить, отсюда — рыба жрать!

Я понял: эти двое сговорились, и быть скоро тут, возле моста, центру логистики: склады, причалы, краны… Заодно придется строить рыбзавод — холодильники, разделка, фасовка готовой продукции!

А я что? Я не против. Земли свободной вон сколько, вода — государева по определению, а значит — общая. Есть, где развернуться!

— Одно «но», — я решил немного остудить трудовой энтузиазм. — Пулемета я вам не дам. Сервитут!

— А! — понял эльф. — И правда… А что тогда делать? Делать чего?

— Ща, — вдруг пообещал Зая Зая. — Уши! Уши берегите!

Орка мы поняли правильно — как смогли, слух притушили. Оба.

Все равно, блин, получилось громко и звонко!

Оглохли. Наверное, кто-то еще — поблизости.

Взволновалось синее море — за неимением последнего, волнами пошла буро-зеленая гладь реки.

Разлетелась в мелкое крошево бутылка, забытая кем-то на перилах.

— Ждем. Киту плыть недалеко. Сейчас будет, — прочитал я по губам орка. Скривился.

— Братан, — надеюсь, орал я не слишком громко. Сам-то себя пока не слышал. — У тебя в родне соловьев не было?

Сделав дела на мосту, поехали в КАПО — благо, было недалеко, и барбухайка бегала куда как исправно.

Нас уже ждали — полковник Кацман и еще какие-то подданные вида электромеханического, но официального: господа офицеры.

Думал, сначала поговорим по делу — но, как всегда, у командования свои резоны.

— Скажи мне, подданный Зая Зая, — начал киборг издалека. — Мы тебе зачем медаль давали?

— Потому, что я весь такой молодец, — подбоченился орк.

— Это ответ на вопрос «почему», — не согласился полковник. — Я же спросил — «зачем»?

— Теперь не понял, — удивился белый урук.

— Сейчас поймешь, — пообещал Кацман. — Медаль тебе дали, «чтобы носить, не снимая». Статут награды, не просто так!

— А… Она большая! — ладно, он хотя бы попытался. — Куда мне такая тарелка, на все пузо?

— Во-первых, не на пузо, а на грудь, — начал киборг. — Во-вторых, даже грудь — и то не вся. — Полковник сделал паузу, и вдруг спросил: — Чего уставился?

— Жду «в третьих», — покладисто пояснил подданный.

— В третьих… Медаль — это что? — не растерял напора опричник.

— Ну… Награда. Награда же? — сомневался орк для виду, но — так было надо. Государевы люди редко любят тех, кто излишне в себе уверен: полковник Кацман исключением не был.

— Не просто награда, — возразил киборг. — Это милость Государева, воплощенная в чарованной бронзе, стали и золоте! Или ты, — полковник сделал страшное лицо, — не уважаешь Государя?

Не то, чтобы у Кацмана получилось напугать Заю Заю — пусть мимика полковника и становилась все совершеннее с каждым днем, мой братан, так-то, орк…

— Государя всяк подданный да любит из сердца своего! — процитировал кого-то белый урук. — Конечно, уважаю! Медаль обещаюсь носить — только доеду до дому и сразу надену!