Спорим? (СИ) - Форс Элен - Страница 2

Спина покрылась липкой испариной после таких слов. Уши сворачиваются в трубочку от пошлой грубости. В таком контексте Ярый никогда не говорил со мной. Раньше мы были детьми, бригадой, между нами не было половых различий. Просто друзья. Никакого пошлого подтекста. А теперь он хотел поиметь меня в рот. Сюрприз удался. Что сказать!

Прижимаюсь к Сергею сильнее. В мои планы не входил такой поворот событий. Наверное, я не буду против, если он решит защитить мою честь.

– Сейчас ты обслужить… – Сводный брат не договаривает, потому что к нам подходят мама и отчим. Всем приходится принять благопристойный вид, чтобы не показать конфликт. Глаза мамы горят счастливым блеском. Она воспринимает ситуацию по-своему, как бы ей хотелось.

– Добрый вечер, молодёжь! – приветствует нас отчим. – Как проводите время?

– Прекрасный вечер. Спасибо! – благодарит вежливо Антон, он с детства брал все разговоры со старшими на себя. Самый воспитанный из нас. Спокойный. – Организовано всё, как всегда, на высшем уровне, Светлана Ивановна.

– Приятно слышать, Тош. – касается мама плеча друга. – Рада видеть Вас всех вместе. Не ссоритесь, общаетесь! Василис, ну ты, когда поприветствуешь гостей, как хозяйка дома? Сил уже нет молчать, что ты вернулась!

Все застывают. Медленно поворачиваются ко мне с каменными лицами и дружно ахают. Антон открывает напугано рот. Степан шумно сглатывает и выпивает два бокала шампанского залпом.  У Серёжи начинается дёргаться правый глаз, а Ярослав смотрит на меня как на восставшую из мёртвых.

Ну, сюрприз, ребятки! Да, это я! Ваша Вася!

(1)   Джеб – один из основных видов ударов в боксе.

Глава 1.

Детство.

Вместо тепла зелень стекла,

Вместо огня дым.

Из сетки календаря выхвачен день.

Красное солнце сгорает дотла,

День догорает с ним.

На пылающий город падает тень.

Перемен требуют наши сердца,

Перемен требуют наши глаза,

В нашем смехе и в наших слезах,

И в пульсации вен

Перемен!

Мы ждем перемен.

Делаю музыку громче. Выкручиваю колесо на максимум. Колонки трещат от такой нагрузки на динамики, а я качаю головой в такт музыке и пою до хрипоты. Обожаю эту песню. Готова заслушать её до дыр. Кайф.

Ветер развивает мои волосы, спутывая их. Жалею, что не собрала их в хвост. Вообще, давно мечтаю подстричься короче, но родители не дают. Говорят, что девчонки должны ходить с длинными волосами. Еле согласились на каре. Стереотипы душат личность.

– Вась! А, Вась! Ты огнище, конечно. Как ты вообще Серегу уговорила дать тебе на машине погонять? А? – взревел Степан, мой лучший друг. Он напоминал халка, мы иногда его так и называли между собой. Степан был очень высоким, широкоплечим и сильным. Он брился налысо, потому что верил, что так похож на Вин Дизеля в фильме три икса. Лично я думала, что он круче любого Дизеля.

– Я разве сказала, что Серега разрешил? М? – смеюсь, ударяя рукой несколько раз по рулю. Парни замолкают, они жутко боятся моего сводного брата. Умел он жути навести. Козёл драный. Весь в своего отца. Ненавижу. У нас с ним отношения сразу как-то не заладились. С самой первой нашей встречи.

Наши родители сошлись, когда Сереге было тринадцать, а мне десять. Мама привезла нас в дом отчима на своём маленьком Купере, окуная меня в обитель брата, где царили его правила. По его мнению, я должна была по ним жить. Подчиняться. Пресмыкаться. Хрен ему! Пусть выкусит!

Сегодня утром хмырь решил, что может выбросить мою колонку. Якобы ему не нравится музыка, что я слушаю. И я решила, что если не могу послушать любимую группу дома, то сделаю это в машине. Его машине. Так будет даже лучше.

У меня не было ещё прав. К сожалению, в шестнадцать их не дают, но водить я умела, меня Ярослав научил. Сейчас я намеренно его не позвала, Годзилла бы точно обломал нашу авантюру и запретил ехать по третьему транспортному кольцу. Любил он бросаться запретами, хотя сам всегда нарушал правила.

– Вась, блин! – взвизгнул Антон, задрот и младший брат Годзиллы. Любил он приблудить рукой, за что мы называли его в шутку Реслером. – Нам же влетит всем из-за тебя!

– Да ладно. Валите всё на меня. – Я разгоняюсь ещё быстрее, надеясь, что сотру шины. Хочу распидарасить машину так, чтобы Серёга рыдал над ней. Так и вижу его личико в слезах. – Скажите, что не в курсе были вообще, что я его машину взяла без спросу.

– Чушь не неси. – Степан остался спокойным в отличие от Антона. – Друзья своих не бросают.

– Ага. – соглашаюсь с ним. – Но друзья, накладывающие в штанишки, могут не брать огонь на себя!

Антон обижено чертыхается, откидывается на сиденье. Удивительно, что они с Ярославов родные братья. Такие разные внешне и по характеру. Его старшего брата называли все Ярым из-за скверного характера. Поговаривали, что он занимается криминалом, но я не замечала ничего подозрительного. Про себя я дала Ярику прозвище Годзилла, парень был огромный и дикий, воспламенялся по щелчку пальцев.

– Вась! Дай порулить, а? Я тоже хочу. Ни разу за рулём не сидел. – просит меня Степан и я тут же соглашаюсь. Пусть друг учится. Серёгину тачку не жалко. Как по мне, так автомобиль, так и требует обкатки.

Останавливаюсь, чтобы поменяться с другом местами. Открываю дверь и перестаю дышать. Вижу боковым зрением, как спортивная тачка красного цвета летит прямо на нас. Она несётся на скорости больше двухсот километров в час.

– Из машины! – реву я как раненый медведь, понимая, что нас сейчас протаранят. Водитель не сбрасывает скорость и не успеет остановиться, а я просто не успею уже сдвинуться с места. Парни вылетают вместе со мной и падают на землю в тот момент как красная смерть влетает в машину моего сводного брата и превращает её в груду металла.

Я смотрю на всё со стороны и от прилива бешеного адреналина начинаю кричать. Вихрь эмоций сносит мне крышу. Мне радостно, что мы живы. Хорошо так от того, что машину Серёги рахреначили. Он заслужил это. И страшно, что водитель, кажется, умер…

ХХХ

– Василиса, зачем Вы угнали машину Вашего брата? – психолог смотрит на меня с напускной дружелюбностью, мол «я твой друг», расскажи мне всё. Такой бред. И ослу понятно, что её работа разводить детей на признания, за которые они потом отхватят.

В кабинете у психолога вместе со мной собралась вся семья: мама с отчимом и любимый братишка. Серёга – злющий волк, зубами скрепит от ненависти так, что кажется вот-вот сломает клыки себе. Видимо, в полиции не знают, что психологи должны хранить тайну исповеди.

Отчим хмурится. Смотрит на меня из-под густых бровей осуждающе. «Дядя Боря», как я называла его, старался не лезть в моё воспитание на людях, чтобы потом не быть виноватым, но сегодня его терпение трещало по швам.

Виновником ДТП был водитель BMW, он остался жив после аварии. В алкоголе не нашли крови, он был в стельку пьяный и не контролировал ситуацию. Мы чудом остались живы.