Иль Хариф. Страсть эмира (СИ) - Соболева Ульяна "ramzena" - Страница 37

Я упаковывала одежду, документы, фотографии детей — всё, что могло мне понадобиться. Каждый предмет, который я клала в чемодан, был напоминанием о том, ради чего я всё это делаю. Мои мысли возвращались к детям.

Когда чемодан был собран, я обвела взглядом любимую квартиру. Этот дом был моим убежищем, местом, где я пряталась от всех невзгод. Здесь были и счастливые моменты, и моменты боли. Мамин дом…Дом моего детства. Я подошла к окну и посмотрела наружу. Вспоминались все те вечера, когда я сидела здесь, думая о будущем. Как качала своих сыновей, как рассказывала им сказки и как мы были счастливы здесь. Прощание с домом было трудным. Я знала, что эта поездка может стать началом новой главы в моей жизни, но страх перед неизвестностью не отпускал. Я глубоко вздохнула, пытаясь собраться с мыслями. Может быть я сюда уже не вернусь.

Я прошлась по комнате, касаясь каждого предмета, каждого уголка. Мои пальцы задерживались на фотографиях, на полках с книгами, на игрушках, которые дети оставили разбросанными по полу.

Вечер прошёл в уже привычном для меня тревожном ожидании. Я несколько раз проверяла вещи, чтобы убедиться, что ничего не забыла. Моя тревога росла, но я старалась не думать о худшем. Я верила, что скоро увижу своих детей. Он не сможет меня прогнать, я лягу пластом у его ног и буду умолять.

Я легла на кровать, но сон не шёл. Мои мысли снова и снова возвращались к детям и Ахмаду. Я думала о том, как много времени прошло с тех пор, как я видела своих мальчиков. Их улыбки, их смех — всё это казалось таким далёким, почти нереальным. Я старалась успокоиться, думала о будущем, о том, как мы снова будем вместе. Я представляла, как они бегут ко мне, как я обнимаю их, чувствую их маленькие ручки, их тёплые объятия. Эти мысли давали мне силы дышать, но тревога не отпускала.

***

На следующий день я была готова с самого утра. Часы тянулись медленно, и каждая минута казалась вечностью. Когда настало время, я вышла на улицу и стала ждать машину. Ровно в восемь часов к дому подъехала черная машина с тонированными стеклами. Водитель вышел и открыл багажник для моего чемодана.

— Вика? — спросил он, подтверждая моё имя.

— Да, это я, — ответила я, чувствуя, как внутри всё сжимается от волнения.

— Меня зовут Абдулла, — сказал он, помогая мне загрузить вещи в машину. — Мы поедем в частный аэропорт. Пожалуйста, садитесь. Я так же хочу взять ваш загранпаспорт, чтобы он хранился у меня, вы же предъявите новые документы. Я отдам вам паспорт после прохождения таможни. Меня вряд ли будут так досматривать как вас.

— Мои новые документы у вас?

— Да, конечно. Не волнуйтесь.

Всю дорогу Абделла что-то рассказывал, смеялся. Но мне было неинтересно. Я была напряжена и все смотрела в окно, ожидая, что мы приедем в аэропорт, но вместо аэропорта мы приехали на автобусную станцию.

— Что мы здесь делаем?

— Пересаживаетесь в другую машину, — Абдулла натянуто улыбнулся.

— Разве мы это обсуждали? Хасан ничего об этом не говорил.

— Вы не одна едете в Эмираты. Едет группа. Так что, пожалуйста, не задерживайте остальных. Пересаживайтесь.

— А мой чемодан?

— Я поставлю его в бус. Идите.

Я села в бусик, чувствуя, как внутри всё сжимается от волнения. В машине уже сидели две девушки. Они выглядели так же напряжённо, как и я. Мы обменялись короткими взглядами, но ни одна из нас не осмелилась заговорить. Тишина в машине была почти осязаемой.

Помимо водителя, в бусике было ещё двое бородатых мужчин. Они сидели спереди, и их лица выражали холодное безразличие. Моё сердце забилось быстрее, когда я заметила их угрожающий вид. Я старалась не смотреть на них и сосредоточиться на дороге за окном.

Машина выехала за город, и я заметила, как пейзаж за окном становится всё более мрачным и безлюдным. Дома и улицы постепенно сменялись полями и лесами. Вокруг становилось всё темнее, и дорога казалась пустынной. Тревога внутри меня нарастала.

Вскоре наступила ночь, и дорога погрузилась во мрак. В машине стояла напряжённая тишина. Я пыталась понять, куда нас везут, но никаких ориентиров не было видно. Девушки рядом со мной тоже выглядели обеспокоенными, но никто не решался спросить, что происходит. Вместо того чтобы направиться к аэропорту, машина свернула на дорогу, ведущую к вокзалу. Моё сердце пропустило удар. Что-то было не так. Я пыталась уловить реакцию других девушек, но их лица были полны страха и недоумения.

— Почему мы едем не в аэропорт? — прошептала я, но никто не ответил. Мои слова повисли в воздухе, вызывая лишь ещё большее беспокойство.

Машина остановилась у заброшенной товарной станции на которой стоял поезд. Мои руки задрожали, когда я увидела, как мужчины выходят из машины и начинают насильно вытаскивать девушек. Я почувствовала, как внутри всё сжимается от ужаса.

— Что происходит? — закричала одна из девушек, когда её грубо схватили за руку.

Я пыталась сопротивляться, но один из мужчин сильно толкнул меня, и я почти упала. Они начали насильно загонять нас в товарный вагон. Моё сердце билось как бешеное. Это был настоящий кошмар. Я оказалась внутри первой и сразу почувствовала, как темнота и духота обволакивают меня. Паника начала охватывать все тело, и я не могла дышать. Девушки вокруг меня начали плакать и кричать.

— Пожалуйста, отпустите нас! — кричала одна из них, но её никто не слушал. Мужчины расположились в вагоне, заблокировав предварительно дверь. Поезд тронулся с места. Я обхватила себя руками, пытаясь успокоиться. Моё тело дрожало, и я чувствовала, как слёзы подступают к глазам. Всё происходящее казалось нереальным, как страшный сон.

Пытаясь собраться с мыслями, я шепотом обратилась к другим девушкам.

— Кто-нибудь знает, что происходит? — спросила я, пытаясь не поддаваться панике. — Я заключала контракт на работу в Эмиратах.

— Нет, — ответила одна из них, её голос дрожал от страха. — Меня тоже брали на работу в Эмираты. Я не понимаю, почему мы здесь.

— Я тоже, — сказала вторая девушка. — Мне страшно…Так не должно быть. Куда они нас везут?

Мы все оказались в одной и той же ужасной ситуации, и никто не знал, что делать. Тяжело дыша, я смотрела на наших конвоиров. Они курили и сидели на каких-то мешках с зерном. На нас не обращали внимание.

Моё сердце сжималось от ужаса, когда я начала понимать, что нас всех обманули. Похитители. Все эти разговоры о работе были враньем. Я почувствовала, как слёзы текут по щекам. Это была ловушка, и мы попались в неё. Я попалась. Вот они слова Мухаммада «Смотри не пожалей». Это он отомстил…Подставил меня за отказ. Боже! Какая я наивная дура! Полная идиотка! И запрет на выезд тоже дело его рук. Как я сразу не поняла. Вот почему он отказался ехать в консульство.

— Что нам делать? — спросила одна из девушек, её голос был полон отчаяния.

Я не знала ответа на этот вопрос. Моё сознание было охвачено паникой. Но я понимала, что если поддамся ей, то сойду с ума. А мне нельзя. Нельзя сходить с ума. У меня мальчики мои. Мне нужно их найти. Я права не имею с ума сходить. Думать надо. Брать себя в руки.

— Мы должны попытаться найти способ выбраться отсюда, — сказала я, пытаясь придать своему голосу уверенности. Хотя как выбраться из движущегося поезда. И куда?

Товарный вагон набирал скорость, и я ощущала как меня сжирает страх перед неизвестностью. Как он охватывает все мое существо. Темнота и духота внутри вагона заставляли панику катится потными ручейками по спине. Мы чувствовали, как нас везут в неизвестность, и это было невыносимо.

Я пыталась придумать план побега, но всё казалось безнадёжным. Мы были заперты в этом вагоне, и никакого выхода не было видно.

***

Внутри вагона было тихо, только слышались приглушённые всхлипывания и тяжёлое дыхание.

— Мы должны быть готовы к любому шансу на побег, — сказала я, обращаясь к другим девушкам почти беззвучно, оборачиваясь на двух ублюдков, которые никакого внимания на нас не обращали, а переговаривались на своем языке. — Если появится возможность, мы должны действовать быстро.