Деньги правят миром (СИ) - Мазай-Красовская Яна - Страница 81

— Все зло от женщин, — шепнул ему на ухо Блэк.

Снейп сверкнул глазами, и… вздохнул, вспоминая, как Сириусу буквально полчаса назад досталось точно так же от супруги. Взаимопонимание с Блэком, подумать только, до чего он дошел!

Питер, конечно, дождался отбытия директора. Сторожевой хомяк, которого периодически сменяла сторожевая дроздиха, принесли новость вместе — Дамблдор ушел как раз во время «пересменки». Нет, говорить они, конечно, не могли, но запечатлеть картинку исчезающего в зеленом пламени камина фиолетового в шальных звездочках халата их вполне хватило.

За столами в Большом зале волнами пробегал шепоток. Сразу после ужина, стоило только подняться из-за своих столов хозяевам фамильяров, за ними двинулись самые нетерпеливые. А кто в этом возрасте терпелив? На лестнице на восьмой этаж собралась изрядная толпа. Даже те, до кого слух не дошел, двинулись вслед за остальными.

Народ встречали все по очереди: лестницу-то надо было еще и «пилотировать», по крайней мере, нажать, куда надо.

— Ну, все, кто не успел, тот опоздал, — сказал Мальсибер, провожая последних желающих. — У меня уже в глазах рябит, кажется, что вся школа собралась. А вдруг все не влезут?

Он оказался прав — собрались все, кто был на ужине. Но аудитория не подвела — первое общегохвартское собрание началось…

Когда Пит объявил тему, то не забыл и цену вопроса: подписку о неразглашении — раз и одно заклинание или один рецепт, которых нет в учебной программе — два.

— А если нечем расплатиться?

— То есть? В книгах порыться слабо?

— А если все принесут одинаковое?

— Вот листок. На нем клятва. Подписываете, а когда приготовите оплату, просто пишете тут же, рядом, все отобразится рядом с вашей подписью. Такие листы будут у каждого.

— Протеевы чары… И столько разом! Сильны.

— А влезет?

— А вы постарайтесь.

— То есть, мы все будем знать, у кого что получилось?

— Только одно.

— Это же со всей школы какая будет…

— И что вам не нравится?

— Чтобы другие знали мои преимущества?

— Пиши что попроще, бытовые, но фамильные вполне подойдут.

— Ой, вам надо бабушкино заклинание от мозолей?

— Сгодится.

— Что-то вы такие… добрые.

— А у всех вас будут питомцы, понимающие вас с полуслова, и если вы будете очень четко формулировать, даже мысли. Вы ими еще и управлять сможете, видели, как мы им даем задания?

— А жить они смогут, сколько и вы сами, — добавил Люпин.

— Ого! Я согласна! Дайте мне листок, пожалуйста! — воскликнула светловолосая девочка с Когтеврана.

— И я!

— Сюда тоже!

Свитки разлетелись мгновенно.

«Если бы не Кори, фигушки бы мы справились, — подумала Сивилла. — Вернусь, куплю ей что-нибудь вкусненькое». Перья скрипели, ребята перешептывались так, что Петру казалось, будто он слышит прибой.

— Кто не подписал, до свидания.

— А что, такие есть?

— Дураков нет. Давай, рассказывай уже!

— Погодите, проверим подписи.

Шум усилился, но стих, как только Петтигрю занял место за кафедрой.

Сама лекция, в отличие от предварительных разговоров, заняла всего каких-то пятнадцать минут. Копии рисунка, последовательность ритуала… перья скрипели, а вопросов, как ни странно, не было. Кажется, все просто мотали на ус. А, вот…

— А первокурсники смогут? — взлетела рука в дальних рядах.

— Не знаю, не думаю. Надо, по крайней мере, чтобы кто-то проверил, что вы нарисуете и правильно ли вы читаете…

— А можно вы нам поможете?

«Вот так уже и ножки свесить норовят… — подумал Питер. — Но вообще-то это даже на руку — всех и вербанем».

— По индивидуальной договоренности. Думаю, никто из нас вам не откажет. Но пока ведь у вас никого нет.

— Как нет? — подскочила девочка, которая первой на все согласилась. — У меня с собой мой старенький сэр Томас! Я так хочу, чтобы мой котик прожил, сколько я…

— Давай завтра после ужина подойдешь?

— Да, обязательно! Конечно! Спасибо!

— А я?

— А у меня жаба…

— А у меня низзл!

— А у меня ворона!

— А сову, а сову почтовую можно?

— Не верю, что все закончилось, — пробормотал Петр, падая на диван в библиотеке Выручайки. — Думал, там и сдохну.

— Не переживай, Эванс со Снейпом всех уже в очередь построили. По выходным, два раза, да нас девять… Ты Браун научил уже? Десять.

— Наши старшие готовы помочь, им тоже интересно ритуал отработать.

— О, старшекурсники-вороны, это ценно. Спасибо, Сивилла.

— Вы слышали, барсучата уговорили Хагрида сводить их на экскурсию в лес! — раздался громкий шепот в кабинете зельеварения, пока Слизнорт ходил куда-то в кладовую.

— Когда?

— В субботу днем!

— Во сколько днем? После обеда?

— Мы тоже пойдем!

В выходные в Хогсмиде было непривычно пусто. Ни одного студента…

— Ни одного, Карл! — Аберфорт Дамблдор был не на шутку встревожен. Ворон-фамильяр прикрыл глаза. — Что-то в школе случилось, а Альбус, придурок старый, опять непонятно где шляется. Вот что делать прикажешь?

— Кра-а, — покачала головой птица.

— Думаешь, ничего? Ладно, схожу прогуляюсь до Хагрида, что ли.

— Карк.

— Ну давай вместе.

Старый маг подставил птице плечо, и они двинулись по направлению к школе.

Глядя на все непрекращающийся ручеек идущих в направлении его хижины детей, Хагрид молча сел прямо на землю.

33. Зверьё моё

— А говорили-то, говорили! Опа-а-асности! Да тут вообще никого! — разочарованные старшекурсники-гриффиндорцы не выдержали первыми. Они уже облазили все кусты, нахватали колючек во все возможные и невозможные места и продираться дальше не хотели.

Может, потому, что колючки оказались особо вредными: чесалось, причем все сильнее и сильнее.

А может быть, потому, что наконец кто-то услышал и передал другим бубнеж Хагрида насчет того, что если кто-то действительно хочет увидеть зверя, то должен долго и неподвижно сидеть в укрытии.

В укрытии — это, конечно, здорово, тут есть что для него приспособить, но вот долго и неподвижно — это не про Гриффиндор.

Когтевранцы, стоявшие ближе к леснику, услышали это первыми и подумали, что они-то как раз могли бы и посидеть, но осмотрелись и трезво оценили, что укрытий на такую толпу точно не хватит. Нет, в библиотеке определенно лучше, не говоря уже о собственной гостиной.

— Ни одной души звериной! — поддержали они гриффиндорцев. — Хотя от такой толпы…

Но продолжать почему-то не стали.

Два фестрала на кончиках копыт пробирались за кустами, стараясь не потревожить лишней травинки и дышать как можно тише. Ох, и зададут они своему непослушному потомку… Ишь, на людей он посмотреть захотел!

Увидев грозные родительские морды, высунувшиеся из-за громадного ствола, за которым он прятался, жеребенок тихо вздохнул, взмахнул хвостом и исчез в густом подлеске по направлению к их домашней поляне. Он и сам бы ушел, люди — это, конечно, любопытно, но слишком уж шумно. Родители на всякий случай прикрывали его отход сзади собственными костлявыми крупами.

— Пус-сто! Тоже мне, Запретный лес, — слизеринцы, наверное, впервые за много лет поддержали другие факультеты.

«Пусто, конечно, пусто. Если мы такую толпу заготовим, хватит до конца жизни моего внука, да вот беда, в пещеру не влезет столько, — думал Арагог, сливаясь с кроной старого вяза. — Да и паутины не хватит, секрет желез-то не бесконечный! Продукт испортится. Нет, детки, нет тут никого, никого нет… Потом по одному-двое приходите, будем рады».

— Тоска… Пошли уже отсюда, что ли? Кажется, дождик собирается, а до школы еще топать минимум полчаса. И зонтик тут только у лесника, он им вряд ли поделится.

Практичные пуффендуйцы повернули первыми, а за ними потянулись остальные.