Я – король Баварии 3 ((Немного богатый Людвиг)) (СИ) - Тарханов Влад - Страница 5

С самим доном Луиджи я встретился в Базеле, и мы обо всем договорились. Во всяком случае, он и его деловые партнеры свою копеечку, и не малую, с этого дела соскребут. Тут адъютант сообщил, что меня разыскивает фон Кубе. И что у него срочного? Он буквально ворвался в кабинет, явно чем-то встревоженный. Но увидел меня, сразу как-то собрался и склонился в вежливом поклоне.

— Ваше…

— Бл…! Карл! Мы не на официальном приеме…

— Простите, государь, пришло сообщение от Банкира[3]. У него всё готово. У меня тоже. Нужен только ваш приказ.

— Сколько?

— Две недели, мой король.

— Хорошо. Только работайте аккуратно. До поры, о времени никто ничего даже заподозрить не должен! Хорошо! Иди. И вызови ко мне Вилли, что-то он давно не появлялся и не отчитывался. Это неправильно!

— Людвиг, зачем ты приблизил к себе этого скользкого типа? — перешел Кубе на вполне доверительный тон: теперь разговаривали не король и его подданный, а два друга, во всяко случае, мне хотелось в это верить.

— Ты знаешь, Карл, что мне сказал как-то Штибер? Что не бывает отбросов, бывают только кадры, а умение руководителя состоит в том, чтобы их правильно использовать. Я знаю, что тебе претит работать с ворами и проститутками, но разве не они добывают значительную часть информации? Вот ты завербовал вельможу, близкого к французскому королю, знаю, что еще не смог, не суть. Так вот — представь себе во сколько он обойдется казне?

— Немало! — подтвердил мою мысль Карлуша.

— Вот! А во сколько обходятся девочки мадам Лили? А какой от них поток сплетен?

— Кроме того, надежность влиятельного источника информации тоже всегда под вопросом. Он ведь может и свои игры играть. А эти девочки старательно отрабатывают гонорар! Только и всего! Куда ни кинь — выгода!

— Нет. если тебе удастся найти хороший источник в окружении Бульдога[4] я буду только рад! И деньги выделю. А поскольку тебе это всё-таки невмоготу, я и разделил ваши со Штибером полномочия. Всей этой грязью знимается именно он. За тобой общее руководство.

— Я понял…

— Подожди, еще не всё. — Произнёс я, увидев, что фон Кубе собирается откланяться. — Вызови толковых ребят из Мюнхена. Мне не нравится состояние здоровья отца. Доктора им займутся само собой, но мне кажется, что надо по новой прошерстить его окружение. Наверное, Шультце и его помощника, Райнера.

— Будет сделано, государь!

Вилли Штибер появился за полчаса перед началом «семейного ужина». Молча положил отчет о деятельности своего начальника, фон Кубе. Да, Карл мой друг, но упускать из виду телодвижения начальника моих спецслужб я не собираюсь. Очень может быть, что Карлуша в чем-то таком Штибера и подозревал. Но эти доклады ложились только мне на стол в единственном экземпляре и тут же уничтожались. Паранойя? Нет, обычная предосторожность. После того, как доклад был прочитан (фон Кубе, как всегда, оказался чист как стеклышко) и уничтожен, Штибер положил на мой стол папку с тремя проектами. Надо было выбрать один. Я понимал, что времени у меня не так много. Но это дело мы уже рассматривали в деталях. Так что сейчас…

— Вот это — основной вариант. Это — запасной! Можешь идти. Я твоей работой доволен.

Вытащил кошель побольше.

— Это на текущие расходы.

И поменьше.

— Это твоя премия.

С Штибером и его поручениями расчет только наличностью и только в звонкой монете. Меньше следов. Документы тоже пошли в огонь, а деньги утонули в портфеле старины Вилли.

Так вот, что же я задумал? Простите, пора идти н встречу с французским диктатором, будь он неладен! Завтра все дорасскажу.

[1] В РИ Тьер кроме того, что сумел жестко подавить Парижскую коммуну, сумел быстро рассчитаться с репарациями Пруссии и перестроить французскую республику, которая пусть и не стала столь же влиятельной в Европе, но и не скатилась в отстающие государства.

[2] Министр иностранных дел Франции

[3] Псевдоним того самого Луиджи Салимбени. Подробности знакомства Людвига и банкира в первой книге цикла.

[4] Псевдоним Тьера.

Глава семьдесят восьмая. Как поделить Швейцарию без драки и без остатка

Глава семьдесят восьмая

Как поделить Швейцарию без драки и без остатка

Ватикан

22 сентября 1863 года

Что вам сказать, дамы и господа? В большой политике мне учиться еще и учиться. У кого? Не только у Бисмарка, чьими рекомендациями (творчески их перерабатывая) честно говоря, частенько пользуюсь. Главный мой учитель — отец, по совместительству император Германии Максимилиан I Виттельсбах! Вот вроде делает он глупое лицо, задает мне типичные вопросы: типа, что делать, всё пропало! А сам, на самом деле все уже решил и только смотрит, что я могу предложить. Иногда удивляется моей наивности, иногда восхищается неожиданно найденным решением, но постоянно меня учит, учит, учит… Это не какое-то глупое теоретизирование профессора с кафедры университета, это практика, это сама жизнь! И от моих рекомендаций зависит судьба империи! Тут не переиграешь, если ошибся, взад время не откатишь, это тебе не компьютерная игра с сохранением в ключевых точках.

Такой школой высокой дипломатии оказался и наш так называемый «семейный ужин» с господином Тьером в качестве главного блюда. (шучу, глупо, но всё-таки шучу, сбрасывая нервное напряжение). Еще никогда я не чувствовал себя настолько не в своей тарелке. И вроде бы ничего за обедом не было, кроме светских разговоров о погоде да перспективе на урожай. Только весь диалог, в который я почти не вмешивался, состоял из намеков, полутонов, прощупывания почвы. Как жаль, что в ЭТОМ времени нет самого обычного диктофона — сколько интересного можно было бы почерпнуть, перемотав запись и прослушав тот или иной фрагмент от начала и до конца. Но, как говориться, мы маемо тэ що маемо… Надо сказать, чтобы Штибер что-то подходящее придумал, может, чтобы кто-то тайно стенографировал разговор…

Настоящие торги начались тогда, когда мы с гостем расположились в каминном зале в креслах. На двух невысоких столиках выстроились напитки, естественно, алкогольные и курительные причиндалы. Слуга вкатил сервировочный столик с горячим кофейником и новомодным чаем — это больше для меня. Император прекрасно знал, что в вечернее время я кофе не употребляю, потакая мне в таких мелочах. Тем более, что с чаем шли мои любимые пряники в вазочке и несколько различных видов варенья. Из-за дороговизны сахара варенья в ЭТОМ времени были настоящим сокровищем, с ценой… только лишь богатым по карману. Простой люд использовал в качестве консерванта мёд, но его тоже не хватало, и он оказался дешевле сахара, но не так уж намного.

Тьер чуть ниже среднего роста коротышкой всё-таки не казался, была в его движениях некая основательность, даже сила. А еще природное упорство, позволяющее идти до конца и добиваться поставленных целей. Интересно, насколько я прав, что истинной целью этого сельского учителя (внешность весьма подходит) стала абсолютная власть? Если при наличии живого императора и бардака в виде полупарламента ему удастся этого добиться, то он, несомненно, самый гениальный политик современности! Но пока что он — главный переговорщик о судьбе уже несвободных кантонов. Тьер налил себе бордо (я с удивлением узнал, что в ЭТОМ времени Ротшильды еще не выкупили виноградники в этой провинции, не помню, в МОЕМ времени, когда это случилось[1]) и закурил кубинскую сигару. Отец выбрал белый рейнвейн, в последнее время из-за пошатнувшегося здоровья пил только легкие сухие вина и рейнское в этом отношении было вне конкуренции. Я же ограничился чаем, но выбрал сигариллу того же кубинского производства. Император же набил трубку, которую ему подарил еще его дед, первый король Баварии, тоже Максимилиан. Трубка была вересковой и весьма обгоревшей, но весьма удобной и отец курил только ее, в самых редких случаях заменяя сигарой или пахинтосой.

— Итак, Ваше Величество, — обратился Тьер к императору, — кажется, пора обсудить наши законные претензии к Рейху? Их накопилось за это время… А между соседями никаких свар и камней за пазухой быть не должно.