Говорящая с лесом. Дилогия (СИ) - Снежная Марина - Страница 88

— И он так просто вам все рассказал? — недоверчиво спросила я.

— Конечно же, не просто. Но есть прекрасный способ развязывать языки самым несговорчивым. Одна магическая штучка, которую иногда используют дознаватели. Правда, официально она под запретом из-за того, что может повредить мозг. Наш король Аласар слишком уж чувствительный, — она презрительно фыркнула. — И подобные вещи считает неприемлемыми. Но разумеется, это не мешает использовать такие вещи тайком. Крепишь подобную вещицу к виску, и при попытке сказать неправду или не ответить на вопрос мозг словно молнией прошибает. Крайне неприятно, насколько я слышала. Кристану пришлось в этом убедиться на собственной шкуре. Но сопротивлялся он долго, я даже успела подустать, — она театрально зевнула. — Только когда пригрозила, что еще пару раз, и его мозг превратится в кашу, до него начало доходить, что я и правда намерена довести дело до конца. Так что раскололся, как миленький. Правда, пообещал, что я об этом еще пожалею, — Ардалия весело расхохоталась. — Наивный, полагал, что я не посмею убить его!

Я поежилась.

— До сих пор помню, как сильно удивился, когда я проткнула его все тем же кинжальчиком, каким он порешил бедолаг Атлия и Клотильду. Ну, а дальнейшее, дело техники. Мне, как магу, не составило труда убрать следы, которые могли выдать ненужное.

— Почему вы просто не убили меня, раз уж я так вам мешала? — с горечью задала я вопрос. — Зачем подставлять?

— Нет, ну ты и правда глупая? Чем ты вообще слушала? — в некотором раздражении откликнулась Ардалия. — Убить тебя я не могу — ты связана с Бедмаром магической связью. И именно поэтому я помешала Кристану совершить задуманное. Если бы поняла, что он и правда хотел сделать все так, как наговорил Катрине, возможно, и оставила бы все, как есть. Подставила тебя с убийством Атлия, и дело с концом. Но Кристан бы тебя в живых не оставил. Уж слишком важно ему было настроить твоего отца против Бедмара. Так что пришлось и самой замарать руки. Ну что, теперь ты свое любопытство удовлетворила и можем поговорить о том, что важно на данный момент? Собственно, о том, зачем я пришла к тебе и все выложила.

— Да, хотелось бы знать, — собравшись с силами, холодно сказала я.

— Я не учла один маленький момент. Вернее, не придала ему значения. А порой всего один камушек способен разрушить самое прочное здание. — Она поморщилась. — Катрина, проходя мимо меня в тот вечер, оказалась слишком близко, и уловила запах. К счастью, она тогда слишком спешила убраться и не придала значения. Но я четко помню, как она вздрогнула и втянула носом воздух. Тогда я поспешила отпрянуть на достаточное расстояние, и девица, видать, решила, что ей почудилось. Да и вряд ли она знала о подобных редких магических штучках. Они тоже находятся под запретом и применять их мало кто рискует. Да и в изготовлении крайне сложны и немногие маги потянут сделать подобное. Пришлось изрядно потрудиться, чтобы найти поставщика. О том же, что Катрина узнает, кому именно принадлежит запах, можно было не переживать. Мы с ней не сталкивались достаточно близко, да и я взяла себе за обыкновение постоянно маскировать запах. Уже давно. Предосторожность никогда не бывает излишней. Только вот в этот раз в дело вмешался случай. Вчера днем мы столкнулись с Катриной на улице. Совершенно случайно. Кто мог предположить, что ей взбредет в голову блажь гулять пешком по городу и зайти в парфюмерную лавку в то же время, что и я. Ее смятение трудно было не почувствовать. Девчонке сильно не по себе после всего, что случилось. Не может понять до конца, что же произошло в том доме. Кто убил Кристана. И если не дура, чужой запах, который почувствовала, мог ее навести на подозрения. Она узнала мой запах. Я это поняла сразу, хотя она и попыталась скрыть. Только вот я никак не ожидала, что Катрина вместо того, чтобы забиться в норку и дать понять, что не представляет угрозы, пойдет со своими подозрениями к Бедмару и все выложит. Видимо, опасалась, что иначе с дороги устранят и ее, и решила, что правильно преподнесенное признание поможет ей выпутаться из всего этого. Хорошо еще, что я не сняла с нее наблюдения, и мои люди доложили об этом. Я смогла вовремя отреагировать, собрать все необходимое и скрыться в подготовленном на такой случай месте. Бедмар установил охрану возле дома Катрины и моего. Разумеется, я попыталась встретиться с ним и все объяснить. Амулеты помогли подобраться к нему незамеченной. Только вот он не понял моих мотивов, — ее лицо исказилось. — Ты настолько запудрила ему мозги своей магией, что он воспринял вред, нанесенный тебе, как предательство по отношению к нему самому. Попросил признаться во всем, пообещал сделать все, чтобы наказание было как можно мягче.

— Вы не согласились, — констатировала я.

— Разумеется. Остановить же он меня не смог. Хотя воздействовать на него парализующим амулетом было неприятно. А еще видеть его взгляд. Впервые он смотрел на меня так… Словно на чужую, — ее лицо опять исказилось от боли. — Теперь мне придется уехать, бросить все, — ее голос звенел от неприязни. — Из-за тебя придется бросить тех, кого я люблю, оставить свое дело!

— Осмелюсь напомнить, что не из-за меня, а из-за ваших личных амбиций, — возразила я сухо.

— Возможно, — она забарабанила пальцами по подлокотникам. — Но уезжая, я должна знать, что главное дело моей жизни не будет разрушено из-за никчемной помехи. Мой сын должен остаться гатаном, упрочить свою власть. Иначе все это будет зря. Все те жертвы, на какие я пошла ради него.

— Полагаете, я не хочу того же? — удивленно приподняла брови. — Того, чтобы Бедмару больше ничто не угрожало?

— Хочешь. Поэтому я и пришла к тебе и веду весь этот долгий разговор. — Ее лицо смягчилось. — Ты любишь его, и я об этом знаю. Но наверное, сама не понимаешь, что именно твое присутствие рядом может его погубить.

— Каким образом? — глухо спросила я, хотя не была уверена, что хочу это слышать.

— Связь между вами лишает его разума. Магия слишком сильна, она мешает ему мыслить здраво. Так, как он делал это раньше. Теперь во всем в первую очередь он руководствуется твоими интересами. Если встанет выбор: ты или трон, он даже колебаться не будет. Ради тебя откажется от власти, своего положения. Вспомни, как осуждала меня за то, что я приворожила отца Бедмара. Так чем поступаешь лучше ты? По сути, ты точно так же привязала к себе мужчину. Попросту не оставила ему выбора. А зная тебя, могу не сомневаться, что счастливой от этого не станешь. Всегда будешь мучиться угрызениями совести из-за этого и понимать, что сложись все иначе, между вами давно бы уже все закончилось. Хватит ли у тебя совести принять правильное решение? Или и дальше оставишь Бедмара своей безвольной игрушкой?

— Это не так, он не… — в горле стоял ком, и дальнейшие слова попросту застряли, не в силах протолкнуться сквозь преграду.

Неужели все на самом деле так, как говорит эта женщина? И я ничем не лучше нее. Эгоистично радуюсь счастью, полученному обманом, и с каждым днем упрочиваю связь между нами. Неправильную, обманчивую, иллюзорную, но такую сильную, что с ней невозможно бороться.

— Я предлагаю тебе сделку, — выждав паузу, проговорила Ардалия. — Здесь признание моей вины в убийстве, за которое тебя осудили, — она вытащила из потайного кармана плаща несколько страниц, свернутых в свиток, но отдавать не спешила. — Разумеется, истинную причину моих действий я не указала. Пусть считают, что я подставила тебя из ревности за то, что увела моего любовника. Плевать мне на то, что подумает толпа. Лишь бы это не отразилось плохо на Бедмаре. С тебя снимут все обвинения, освободят, и ты перестанешь считаться заклейменной. Сможешь начать новую жизнь. Конечно, после всего случившегося здесь тебе вряд ли захочется оставаться. Смотреть в глаза людям, которые жаждали твоей смерти. Но перед тобой открыты все дороги. Томиан прекрасно поймет и сам, что лучше будет отправить тебя куда-то подальше от гатана и всего, что связано с не самыми приятными воспоминаниями. Быть может, твоя мечта о том, чтобы открыть свою лавку, вполне даже удачно осуществится. В любом случае, ты снова обретешь честное имя и подобающий статус. Можешь даже замуж выйти за достойного человека.