Игра Ради Любви (ЛП) - Пуччи Трилина - Страница 7

Я смотрю, как он сглатывает и медленно тянет руки через стол, словно ожидая, что я возьму его за руку.

О нет... нет нет нет нет нет нет нет.

— Эм, Гарет...

На мгновение мне кажется, что меня спасает гонг, потому что музыка в ресторане меняется, а свет приглушается. Он продолжает пялиться на меня, но я начинаю оглядываться по сторонам. Если подумать, я заметила вывеску при входе, там было что-то про развлечения, так что, надеюсь, это оно.

Но Гарет, похоже, не замечает, потому что говорит:

— Тебе не нужно нервничать. Я знаю, ты чувствовала, что между нами что-то зарождается...

Только моя тошнота.

Однажды я увидела, как он поднял руку из-под стола для переговоров и понюхал свои пальцы... Где они были, Гарет? Этот вопрос преследует меня.

— Послушай... — торопливо говорю я, но он не слушает. Вместо этого он впивается в меня взглядом и перебивает: — Я должен тебе признаться...

О боже. Из меня вырывается панический смешок. Я бы буквально предпочла услышать, что у него в подвале спрятаны трупы, чем то, что, как мне кажется, он сейчас скажет.

— Знаешь что... — быстро бросаю я. — Почему бы не оставить это при себе? Мне кажется, люди в наши дни делятся слишком многим, а говорят, что в женщине должна быть загадка. — Я тычу пальцем себе за плечо. — Я пойду в дамскую... — И реально полезу в окно. Плевать, если оно маленькое, я с радостью сломаю ребро, чтобы пролезть. Я начинаю вставать, но Гарет чуть ли не ложится на стол, чтобы схватить меня за руки.

Я визжу.

— О господи.

Он смотрит на меня снизу вверх.

Это сбивает с толку.

— Ты знала, что завтра пересекутся две кометы, и прошло четыре десятилетия с тех пор, как это случилось в первый раз?

— Нет, — выдавливаю я, пытаясь вспомнить видео из ТикТока, которое я видела в час ночи, о том, как вырваться из захвата... Кажется, там был нужен ремень, так что в данный момент это не особо помогает. Черт.

Он прочищает горло слишком громко, отчего мои брови взлетают вверх.

— Мы как эти кометы...

— Я не знала тебя сорок лет назад...

Он качает головой.

— Нам суждено быть вместе. Нет никакой загадки в том, насколько идеально мы подходим друг другу, — торопливо говорит он. — Подумай об этом. Я даже знаю, какой кофе ты пьешь...

— Ты отвечаешь за него для всего офиса... Ты знаешь предпочтения каждого.

Из колонок начинает играть «Cupid Shuffle», пока я дергаю руками, безуспешно пытаясь освободиться. Что бы я только не отдала за потные ладошки, чтобы они просто выскользнули, потому что, господи, он вцепился в меня мертвой хваткой.

Его голос становится громче.

— Я понимаю тебя, Рори... Помнишь тот раз, когда я успокоил тебя после того, как мистер Бейкер накричал на тебя?

Мои брови достигают линии роста волос.

— Ты не успокаивал меня... Он кричал на тебя.

Как будто сегодня день наоборот, и он не слышит ничего из того, что я говорю, потому что он закрывает глаза и посмеивается, повторяя мое имя несколько раз подряд.

Я оглядываюсь, надеясь, что кто-то еще видит это и спасет меня. Здесь куча женщин, мне нужна всего одна нормальная девчонка, чтобы помочь отцепить от меня этого задрота. Но вместо помощи я получаю только диско-шар, заставляющий комнату внезапно засиять.

Я снова резко оборачиваюсь.

Что происходит?

Парень, которого мне хочется назвать Джо Пеши, начинает хлопать, заводя толпу. Я снова смотрю на Гарета, надеясь, что он отпустит меня из этого кошмара, но он улыбается и делает глубокий вдох, будто это его звездный час.

Нет. Не говори этого.

— Ты мне нравишься, — орет он, словно делает какое-то заявление в ромкоме с Кейт Хадсон. — Рори... Я хочу, чтобы ты осталась в Нью-Йорке и была моей.

— Не-е-ет... — тяну я, потому что это фильм ужасов, снятый специально для меня. — Гарет. Возьми свои слова обратно... пожалуйста.

Я сглатываю, пока мы начинаем перетягивать мои руки, и женщины вокруг начинают визжать.

— Рорс... моя Рорс... — говорит он слишком романтично.

Я вскакиваю на ноги, только чтобы услышать брошенное в мой адрес «Сядь» от соседнего столика. Гарет снова облизывает губы, нацеливаясь ими на тыльную сторону моих ладоней. О боже. Слишком много блеска. Откуда у него во рту столько слюны?

Мое тело извивается, наши сцепленные руки чуть не опрокидывают стакан с водой. Так что он тоже встает, сдаваясь, но всё еще держа мои руки в заложниках.

— Ты красавица, — ревет он.

Я хочу умереть.

— Мифическое создание. Так что, пожалуйста, милашка...

Боже правый. Он декламирует стихи собственного сочинения. Всё становится только хуже. Жаль, что я не умею диссоциировать по заказу.

Я снова оглядываюсь через плечо и вижу парня в золотых коротких шортах и с крыльями ангела, который вращает бедрами к вящему восторгу толпы и Джо Пеши. Мне кажется, я схожу с ума.

Гарет дергает меня за руки, требуя внимания, и выкрикивает свою тупую поэзию поверх одобрительных возгласов.

— Давай будем вместе, во веки веков... потому что мы два самых умных...

Как мысленно вызвать саперов?

Это худший день в моей жизни. Потому что мало того, что я держусь за руки с мужчиной, в которого мне хочется кидать камни, так он еще и решил, что притащить меня на предвалентиновское стрип-шоу, чтобы признаться в любви — это выигрышный ход. Что это говорит обо мне?

Я чувствую, как начинаю потеть.

Я оглядываюсь по сторонам, гримаса на моем лице очевидна, но всё, что я получаю в ответ — это снова «Сядьте, неудачники» от той же озабоченной девицы рядом с нами.

Эта сцена останется со мной навсегда. Потому что это либо закончится самой смешной историей, которую я буду рассказывать снова и снова на каждом званом ужине... либо... это вступление к нераскрытой тайне моего убийства.

— Гарет, — говорю я строго, прерывая его поэму и наконец-то с кряхтением вырывая руки.

Но он смотрит на меня щенячьими глазами. Шутка над тобой, парень: я жалею, что у тебя нет чумки. Пожалуйста, боже, вытащи меня отсюда.

Словно в ответ на мою молитву, вокруг меня начинают сыпаться лепестки роз, заставляя мои плечи дернуться. Какого черта? Гарет пытается поймать их, но мне нет дела до подарка Стриптизера-Купидона.

— Нет. Нет, спасибо, — выпаливаю я, стряхивая их с себя и вручая обратно ему, шлепая ими в его ладонь, прежде чем повернуться к Гарету лицом и сделать жест между нами. — Этого не будет...

Гарет радостно сдувает горсть лепестков в мою сторону, добавляя воздушный поцелуй. И я срываюсь, резко поворачивая лицо к богу любви, который всё еще разбрасывает свою «ненависть», но внезапно встречаюсь с другим лицом.

Не с лицом того первого Купидона. А с полуголым призраком из прошлого.

О боже. Метр восемьдесят с лишним, чертовски горячий, голубоглазый, черноволосый красавец с идеальными губами, который выглядит точь-в-точь как Красавчик из колледжа.

Я моргаю, и восхищенный смешок сопровождает улыбку, расплывающуюся на моем лице, потому что воспоминание о моем печально известном зачете в колледже радостно всплывает в памяти.

— Ромео? — шепчу я.

Он выглядит таким же ошарашенным, как и я; ответная улыбка заставляет его глаза сиять как-то еще ярче.

— Джульетта, — отзывается он.

Мы стоим как вкопанные, просто пялясь друг на друга, пока вокруг происходит жизнь — девчонки жалуются, Гарет несет очередную чушь, а не-такой-симпатичный напарник спрашивает Оливера, что он делает. И всё же никто из нас не двигается.

Оливер проводит рукой по своим чернильно-черным волосам и ухмыляется.

— Вау. Это дико — видеть тебя... — Его стрела издает легкий звук «чпок», ударяясь о мою ногу.

— Прости, — торопливо бросает он, но я хихикаю, наблюдая, как он ее поднимает.

О боже... какая у него рельефная спина. Вкуснятина.

Он выпрямляется, теребя стрелу.

— Профессиональные риски, — дразнит он.

Я пытаюсь придумать что-нибудь умное, что-нибудь кокетливое, но он всё еще так прекрасен, что я теряю дар речи. Ровно до тех пор, пока Гарет не пользуется возможностью снова схватить меня за руку, практически дергая мое внимание и мое тело в сторону, чтобы поцеловать её.