Жена с условиями, или Спасённое свадебное платье (СИ) - Обская Ольга - Страница 10

— Где-то между вашим коленом и веткой, которая, надеюсь, не распорола мою штанину, — пробормотал Поль, улыбаясь. — И, смею заметить, ваше второе колено, расположилось… кхм… несколько опасно.

— Ой! — вскрикнула она виновато и поменяла позу так резко, что потеряла равновесие.

Они снова смеялись и барахтались…

Долго, недолго?

И тут время будто остановилось.

Она была так близко. Неприлично близко. Он вдруг почувствовал не вес её тела, не смущение, а что-то другое — едва уловимое тепло, форму её талии, округлость бедра, нежное дыхание у своего лица. И даже сквозь брезентовую ткань он почувствовал… женственность. Удивительную, живую, упрямую и настоящую.

Она вдруг резко перестала смеяться. Смотрела на него. Глаза — широко распахнутые. Щёки — румяные. Губы — чуть приоткрытые. Как на той фотографии…

Мир исчез. Остались только они двое, сбитые с ног нелепой погоней за вороном, наедине с ночным садом, с внезапной тишиной и этим странным, почти магическим притяжением.

Поцелуй просился сам собой. Не требовал слов, поводов или оправданий. Был просто единственным логичным продолжением этой безумной ночи. Это был он — тот момент, который Поль так долго ждал, чтобы показать ей, что такое настоящий поцелуй.

— Я заплачу штраф… — прошептал он и потянулся к её губам. — Пять штрафов. Поскольку то, что сейчас произойдёт, заслуживает пяти…

Могли ли в тот момент он или она видеть, что творится вокруг? А между прочим, вокруг происходило нечто крайне интересное…

ГЛАВА 12. Сторож с крыльями и фуражка раздора

Ночное приключение, которое Сигизмунд ждал с предвкушением, должно было вот-вот начаться. До ворот Вальмонта оставалось несколько сот метров.

— Останови здесь, — скомандовала мадам Боше, постучав костяшками пальцев по крыше экипажа. — Дальше не едем.

Сигизмунд с видом заговорщика помог ей выбраться наружу. Она величественно ступила на землю, как императрица на ковер перед троном, и одарила кучера небрежным взглядом.

— Жди нас здесь, сколько потребуется.

Пыльная дорога к Вальмонту тянулась вперед, освещённая лишь бледным светом луны. Они собирались преодолеть оставшееся расстояние пешком, чтобы не привлекать внимание. Сигизмунд посмотрел на поместье — величественное, старинное, полное секретов, потом перевёл взгляд на мадам Боше.

— Ах, — вырвалось у него. — Какая ночь. Какое дело. Какая вы.

Настроение было прекрасным. Пусть биноклей им не удалось раздобыть, зато у них было кое-что получше — ключ от ворот Вальмонта. Его продала им Гризельда, когда узнала, что поездка в “Лавку Охотника” оказалась для её постояльцев не очень удачной.

Гризельда поведала целую историю, откуда у неё ключ. Его якобы случайно обронил Фабриций — сбежавший управляющий. Из-за пагубной привычки перебрать лишнего он постоянно терял ключи от поместья. Приходилось делать новые, пока он не придумал, вместо того, чтобы носить их с собой, вешать на сук дерева, растущего у ворот.

Сигизмунд допускал, что Гризельда могла не столько найти потерянные ключи, сколько стянуть их у подвыпившего Фабриция, но это не имело значения. Главное, что они с мадам Боше могут теперь беспрепятственно в любой момент проникнуть в поместье. Что они и собирались сделать. Найти какое-то укромное местечко в саду и понаблюдать, что происходит в поместье по вечерам.

Единственным препятствием для их авантюры мог стать только ночной сторож, который, по словам Гризельды, появился в Вальмонте. Как выяснилось, сторожем она назвала чёрного ворона, питомца Натали. Хозяйка таверны толком не объяснила, почему нужно опасаться какой-то птицы.

— Интересно, — кашлянул Сигизмунд, — Почему Гризельда такого высокого мнения о вороне?

— Потому что в такой глуши ворон — это уже интеллект, — процедила мадам Боше. — Иной раз — единственный.

Когда ворота оказались в пределах видимости, Сигизмунд прищурился.

— А вот и ворон, — указал он. — На воротах. Сидит. То ли спит, то ли думает.

— Возьмём паузу, — скомандовала мадам Боше. — Понаблюдаем.

Сигизмунд был не против. Он получал удовольствие от этого вечера, и чем дольше он продлится, тем лучше.

— Мадам, позвольте предложить вам стул, — учтиво наклонил он голову, заметив чуть в стороне от дороги — там, где росли деревья — пень.

Боше воспользовалась предложением и опустилась на пенёк с таким величием, будто это, и правда, изысканный резной стул из гарнитура последней коллекции “Deritour”.

Они принялись наблюдать за вороном, но тот продолжал сидеть неподвижно. Впрочем, Сигизмунда не так удивляла неподвижность птицы, как неподвижность мадам Боше. Дело в том, что как только они свернули с дороги, над ними начали кружиться стаи комаров, распевая свои противные писклявые арии прямо в уши. Он отчаянно шлёпал себя то по шее, то по руке, восхищаясь мадам Боше, которая ещё даже ни разу не моргнула. Хотя будь он комаром, не осмелился бы укусить такую женщину.

— Пора воспользоваться советом Гризельды, — скомандовала она холодно через некоторое время.

Совет ведьмы из “Последней Ложки” был весьма сомнительный. Она обмолвилась, что ворона можно отвлечь блестящей вещицей. Только он хитёр и не стронется с места, если вещь будет ничего не стоящей безделушкой. Его интересуют лишь драгоценные камни или благородный металл.

Сигизмунд уже даже привык, что каждый день приключений стоит ему перстня. Но в обмен на захватывающую ночную авантюру... пожалуй, жертва достойная.

Он подошёл поближе, убедился, что ворон смотрит в его сторону, замахнулся и метнул перстень, как можно дальше. Тот звякнул где-то в кустах. Ворон расправил крылья и сорвался с ворот.

— Работает, — с удовлетворением произнесла мадам Боше.

Они воспользовались ключом и прошмыгнули сквозь ворота, тихо как могли. Кусты, тень, луна и азарт ночного шпионажа — всё было, как надо. Почти.

Через несколько шагов Сигизмунд остановился, уставившись вперёд:

— Вы это видите?

Две фигуры промелькнули между деревьев. В брезентовых комбинезонах, похожих на те, что продавались в “Лавке Охотника”.

— Поль и его “супруга”! — ахнул он.

— Тише, — цыкнула на него мадам Боше. — За ними! Теперь мы, наконец, узнаем, зачем им охотничья экипировка.

И буквально через пару минут они узнали. Оказывается, экипировка была нужна, чтобы…

…Сигизмунд и мадам Боше, совершенно ошарашенные, наблюдали из-за кустов, как “охотники” упали в траву и, вдоволь насмеявшись, вдруг начали целоваться. С таким упоением, что Сигизмунд не выдержал и крякнул с гордостью:

— Ох, племянничек... ух, наша ван-Эльстовская горячая кровь!

— Тише! — снова шикнула мадам Боше и потянула его назад. — Нам здесь больше делать нечего.

Они вышли за ворота и быстро заперли их. Откуда-то снова налетели стаи комаров. Пришлось идти к экипажу быстрым шагом.

— А может, у Поля всё же не фиктивный, а настоящий брак? — осторожно выдвинул предположение Сигизмунд. — Доказательства, как говорится, на лицо.

— Как раз наоборот, — отрезала мадам Боше. — Настоящие супруги целуются в спальне, а не устраивают ночные забеги по саду в костюмах охотников.

— Но что это тогда было?

— Всё, как в дешёвом романчике, — фыркнула она. — "Жена по контракту завоёвывает сердце мужа". Натали оказалась хитрее, чем мы думали. Решила соблазнить своего фиктивного супруга. Не хочет выпускать такую выгодную партию из рук. Но я не собираюсь сдаваться. Мы ей помешаем.

— Как?

— Скандалы, ссоры, раздоры, склоки — моя сильная сторона, — зловредно усмехнулась мадам Боше. — Для начала пустим в ход фуражку с омолаживающим эффектом.

— Мы же купили её для вас, — напомнил Сигизмунд, сбитый с толку.

— Вы всерьёз поверили в это? — она усмехнулась. — Нет, эта фуражка сыграет роль фуражки раздора.

— Мадам... — только и смог вымолвить он, — вы бесподобны.

Сигизмунд пока не понимал, в чём будет заключаться интрига, но не сомневался, что это нечто волнующе хитроумное. А что ещё можно ожидать от такой роскошной женщины? Но, надо признать, и племянник сегодня впечатлил.