Жена с условиями, или Спасённое свадебное платье (СИ) - Обская Ольга - Страница 16

— Лизельда, позволь представить — месье Бельфуа, фотограф, — произнёс Поль. — Он хотел бы сделать несколько снимков для выставки. Прошу оказать ему всяческое содействие.

Лизельда улыбнулась безупречной улыбкой:

— Разумеется. С радостью покажу всё, что может представлять интерес…

— Ох, какой красавец! — неожиданно воскликнул Бельфуа.

Поль проследил за направлением его взгляда и понял, о ком речь. Роскошный белый кот, старый знакомый, вальяжно вышагивал по кирпичной кромке клумбы. Заметив всеобщий интерес к себе, он недовольно выгнул спину и подошёл к Лизельде.

Поль понял, что это её кот. Они с Натали удивлённо переглянулись, ведь до этого считали, что это белое облако с хвостом — питомец Огюстена.

— Какая грация, какое выражение морды! — продолжал восхищаться Бельфуа. — Как его зовут?

— Арчибальд, — ответила Лизельда.

— Мадмуазель, можно ли рассчитывать на его участие в фотосъёмке?

— Если нам удастся его уговорить, — усмехнулась она.

Арчибальд тут же отвернулся, демонстрируя полное презрение к восхищённому фотографу и его желанию сотворить очередной фотошедевр. Поль понял, что работа над снимком будет непростой и небыстрой, и, наклонившись к Натали, шепнул:

— Оставим их наедине. Судя по всему, убедить кота позировать — будет посложнее, чем изобразить печных дел мастера.

Они тихо вышли из оранжереи.

Однако не успели отойти и десяти шагов, как с одной из веток неожиданно слетел Лорд Мортимер и опустился прямо перед ними.

— Морти, — ласково окликнула его Натали.

Он повёл себя очень странно: весь взъерошился, посмотрел в оба глаза и… подпрыгнул. Потом снова опустился. Потом опять — лёгкий взлёт, резкий разворот и шаг вперёд.

Поль прищурился.

— Милая супруга, вы хорошо знакомы с повадками многоуважаемого Лорда. Что это с ним?

— Привлекает наше внимание, — предположила она таким голосом, что Поль догадался — раньше Мортимер так себя не вёл.

— И для чего он привлекает наше внимание?

— Я думаю, хочет нам что-то показать, — с воодушевлением сказала Натали.

— Полагаете, наша гипотеза верна? Лорд Мортимер нашёл фамильный тайник ван-Эльстов и готов вывести к нему?

— Возможно. И тогда, выходит, мы зря дежурили ночью. Ночью он почему-то не хотел лететь к тайнику, а сейчас, похоже, совсем не против.

Поль усмехнулся, вспоминая ночное приключение — звёзды, прохладная трава и тот момент, когда “дежурство” стало вдруг гораздо приятнее, чем изначально планировалось.

— Ночь была… в любом случае не зря, — заметил он. — Но как бы то ни было, сейчас нам точно лучше за ним проследить.

Лорд Мортимер уже поднялся в воздух и взял курс к старому фонтану, что стоял в самой запущенной части сада. Поль и Натали поспешили за ним. Ворон кружил над статуей грифона, садился, взлетал, снова садился.

— Там? — спросила Натали, переводя взгляд с фонтанной чаши на ворона.

Поль кивнул. Уже в тот момент в его голове мелькнула мысль, что в Вальмонте несколько статуй грифонов. Одна украшает этот неработающий фонтан, другая — малый павильон оранжереи. И есть ещё парочка. Но сейчас всё его внимание сосредоточилось на конкретно этой фонтанной птичке с телом льва. Где-то там, в её каменном нутре, скрывалось нечто важное.

А может быть — очень важное…

ГЛАВА 20. Мадмуазель инкогнито, или Сестра по духу

Натали была заинтригована поведением Морти до такой степени, что даже кончики пальцев пощипывало от нетерпения. Они с Полем уже собирались обследовать каменного грифона на парапете фонтана, как вдруг раздались торопливые шаги, которые заставили их обернуться. Слуга, молодой добродушный Камиль, почти бегом подскочил к ним и, хватая ртом воздух, выпалил:

— Сударь! В поместье прибыла мадемуазель. Верхом на лошади. Имени не назвала, но просит срочной встречи с вами!

Заметно было, как Поль удивился. Что уж говорить о Натали — она, тем более, не имела ни малейшего понятия, о ком речь.

— Хорошо, проводи её в гостиную, — кивнул Поль. — Мы примем её там.

Слуга умчался выполнять распоряжение, а Натали мысленно отметила, что хоть таинственная незнакомка просила встречи только с Полем, его ответ подразумевал, что беседовать с ней они будут вместе. Складывалось впечатление, что он не хочет иметь от Натали секретов. И это было неожиданно приятно, хоть и не понятно почему.

Когда они вошли в гостиную, там их уже ждала барышня, совсем юная, лет восемнадцати, с милым задорным лицом и растрёпанными от ветра белокурыми кудрями. Платье на ней было пыльным, подол в пятнышках от дорожной грязи. Завидев хозяина, она вскрикнула:

— Поль!

И прежде чем Натали успела хоть что-то понять, с радостным писком повисла у него на шее. Он рассмеялся, обнял её в ответ, чуть приподняв в воздухе:

— Изабель!

Натали оставалось только удивлённо моргать.

Через минуту Поль мягко отстранился и, сделав шаг в сторону Натали, представил:

— Моя кузина — Изабель. Торнадо с кудряшками. Никогда не знаешь, что она сделает в следующую минуту.

— А вы супруга этого месье, что вечно пахнет лавандой и упрямством? — она подскочила к Натали с широкой искренней улыбкой, — мечтала с вами познакомиться с того дня, как узнала о его женитьбе.

Они тоже обнялись. Это вышло совершенно естественно. Бывают такие люди, в которых сразу чувствуется родственная душа.

— Как тебя сюда занесло, в такую глушь? — спросил Поль, когда с приветствиями было покончено.

— Я сбежала от отца, — заявила Изабель с гордым прищуром. — И собираюсь прятаться здесь. Под чужим именем. Никому ни слова!

— Изабель, даже для тебя это слишком, — только и смог выдать оторопевший Поль.

— А что мне оставалось делать?! — горячо выпалила она. — Отец хочет срочно выдать меня замуж!

— За кого?

— За Себастьяна ван-Модеста!

— Ван-Модест? — Поль озадаченно потёр подбородок. – Вот уж не думал, что какая-нибудь из барышень может захотеть сбежать от него. Насколько знаю, Себастьяна считают милейшим месье. Достаточно молод, образован, далеко не беден, и даже, говорят, сносно играет на фортепиано.

— Возможно, — согласилась Изабель. — Но я не собираюсь выходить замуж. Никогда. Ни за кого. Мужчины — это катастрофа!

Натали едва не рассмеялась. Разве не то же самое она говорила тётушке сотню раз? Не зря почувствовала в Изабель родственную душу.

Поль улыбнулся одним уголком губ:

— Любопытно. Мужчины — ужасные создания. А почему же тогда ты ищешь спасение у одного из них?

— Потому что ты — не как все, братец. Ты — исключение. Всегда был. Ты единственный мужчина, которому я доверяю.

Она посмотрела на Натали и с озорным выражением лица добавила:

— Вам очень повезло. Второго такого надёжного, как он, не существует.

Натали опустила взгляд. Да уж. С этим мнением можно было бы поспорить. Изабель не догадывается, каким коварным может быть её “идеальный” кузен, особенно когда дело доходит до поцелуев.

Гостья продолжила:

— Я хочу поселиться в крыле для прислуги. Буду притворяться горничной. Никто не догадается. Так безопаснее.

— Изабель, — Поль усмехнулся и покачал головой. — Ни одна другая горничная не поверит, что ты тоже горничная. Да и спектакль в любом случае отменяется. Я должен отвезти тебя домой, пока у твоих родителей не случился сердечный приступ.

— О нет! — воскликнула она трагическим голосом. — Я скакала к тебе почти два дня! Почти без отдыха! Не верю, что ты настолько безжалостен. Разве я не твоя любимая кузина?

— Любимая, — согласился он, — потому что из всех моих кузин на такое безумие способна только ты.

Она улыбнулась, восприняв слова как комплимент.

— И кстати, не волнуйся о родителях. Сердечный приступ им не грозит. Я оставила записку. Написала, что со мной всё хорошо и что я отправилась в кругосветное путешествие.

Похоже “кругосветное путешествие” окончательно добило Поля. Он закрыл глаза, как будто надеялся, что если откроет их снова, то проблема исчезнет сама собой.