Глубокие воды (СИ) - Марухнич Фиона - Страница 40

Оторвавшись от её рта, я опустился ниже и обхватил её сосок, слегка сжимая его между зубами. Она выгнулась в спине, её руки запутались в моих волосах. Я вобрал её грудь в рот и стал обсасывать, словно пытаясь выпить её до дна. Это было невероятно, мне хотелось довести её до безумия, так же, как и она сводила с ума меня. Но и этого мне было мало. Мои руки переместились к её ягодицам и сжали их, притягивая её ближе к себе, давая почувствовать своё бешеное возбуждение.

Ева всхлипнула и прошептала:

— Пожалуйста… пожалуйста…

Я опустился ещё ниже, целуя её в живот, прямо над тканью трусиков, чувствуя, как её тело вздрагивает подо мной.

— Что "пожалуйста"? — прохрипел я, чувствуя её манящий запах. Запах похоти, который доводил меня до безумия.

— Пожалуйста… возьми меня, — выдохнула она и подалась мне навстречу, призывно раздвигая бёдра шире, предоставляя полный доступ к своему телу.

— Кончишь для меня? — я не узнавал свой голос, таким низким и хриплым он стал от необузданной похоти. Но мне было плевать, я хотел почувствовать её, ощутить её вкус.

— Да… — выдохнула Ева.

И я больше не сдерживался.

Приподнимаясь над ней, я сорвал с неё трусики, и увидел её… влажную… жаждущую. Её киска была покрыта соками возбуждения, которые так и хотелось попробовать, ощутить на своём языке. Возбуждение, предназначенное только для меня.

Я посмотрел ей в глаза, они были затуманены страстью, на щеках горел яркий румянец. Восхитительная. Моя.

Глава 32. Ева

Огонь в его глазах обжигал меня, проникая сквозь кожу и воспламеняя каждую клеточку моего тела. Я смотрела на Адама, не в силах отвести взгляд, и чувствовала, как возбуждение накатывает волнами, заставляя мою киску влажнеть, непозволительно влажнеть. Но мне было плевать. Все мои чувства, все мои мысли были заняты этим мужчиной, который навис надо мной, как божество, как искушение, которому невозможно сопротивляться. Он пожирал меня взглядом, как голодный волк, и в этом взгляде я видела не только похоть, но и какую-то первобытную жажду, словно он готов был разорвать меня на части, лишь бы обладать мной.

Я понимала, что моя сегодняшняя выходка – это отчаяние. Он спит с другими, меняет женщин, как перчатки, и как бы я ни хотела убедить себя, что это всего лишь спор, всего лишь месть, в глубине души я чувствовала острую боль. Боль от того, что я не единственная, от того, что я, возможно, не значу для него ничего. И если я не сделаю что-то сейчас, я потеряю этот шанс навсегда. И это желание обладать им было не только спором… я просто хотела его… хотела так, как никого в своей жизни не хотела. И к чёрту всё! К чёрту спор, к чёрту гордость, к чёрту все предостережения! Я хочу ощутить его внутри себя… хочу раствориться в нём… стать им.

Адам, словно прочитав мои мысли, медленными, плавными движениями придвинулся ко мне, и я, повинуясь инстинкту, приподнялась ему навстречу, позволяя ему рассмотреть меня, открываясь для него. Его взгляд стал ещё более горячим, ещё более голодным, когда он неотрывно уставился на меня…

Он взглядом ласкал мою грудь, мой живот… мою промежность. Я просто пылала, чувствуя, как мои щёки покрываются предательским румянцем. Я инстинктивно попыталась прикрыть себя рукой, сжаться, спрятаться от этого всепоглощающего взгляда… Но он не позволил.

— Не прячься… Я хочу видеть тебя… такой…

Его голос был хриплым, низким, пропитанным желанием, и от этих слов я окончательно расслабилась в его руках, отдаваясь во власть его похоти, его вожделению. Я ждала его дальнейших действий, затаив дыхание, готовая ко всему.

Он облизался, как голодный кот, и, приподняв мои бёдра своими сильными руками, опустил голову вниз. В этот момент я потеряла связь с реальностью. В голове не осталось ни единой мысли, только он, только его губы, только предвкушение невероятного наслаждения.

— Боже… — простонала я, когда его горячие губы коснулись моей пылающей от желания киски. Это было слишком… Слишком чувственно… Слишком… Я не могла подобрать слов, чтобы описать то, что чувствовала.

Он двигался медленно, словно смакуя меня, каждым движением языка. Я чувствовала, как он дразнит мои самые чувствительные места, проводя языком по моим складкам, и не могла сдержать громких стонов. Мои бёдра непроизвольно дёрнулись к нему навстречу, словно умоляя о большем, позволяя ему проникнуть глубже, достать до самой сути.

— Тебе нравится? — прошептал Адам отрывавшись от меня и, приподнимая голову, чтобы встретиться со мной взглядом. Его зелёные глаза пылали дикой похотью, от одного взгляда на них у меня перехватывало дыхание. В них читалось первобытное желание, которое зеркалом отражалось и в моей душе.

— Ещё… — прошептала я хрипло, не узнавая собственный голос. Этот звук вырвался из меня сам собой, как животный стон. — Больше… хочу… больше…

Он улыбнулся, и эта кошачья улыбка была слишком соблазнительной, почти опасной. Его губы были покрыты соками моего возбуждения, влажные и блестящие, и я не могла отвести от них глаз. В этот момент он казался мне воплощением греха и соблазна.

— Ты такая сладкая… безумно сладкая, — прошептал он, опуская свой взгляд на мою промежность. Его взгляд был полон обожания и похоти. — Такая… какую я себе представлял.

Его голова снова опустилась вниз, и я видела только тёмные волосы, склонившиеся надо мной. А его язык… Боже, его язык! Он проник в меня, круговыми движениями исследуя стенки влагалища, дразня и распаляя меня до безумия. Я чувствовала, как мой клитор пульсирует в предвкушении, а моё тело охватывает волна такого жара, который было невозможно описать словами. Это было похоже на пожар, охвативший меня изнутри.

Его язык стал ласкать меня с нарастающей интенсивностью, и я почувствовала, что взрываюсь изнутри. Мышцы внизу живота сократились, а он сильнее впился пальцами в мои бёдра, словно желая удержать меня от падения в бездну наслаждения. Он просто пожирал меня, отдаваясь этому моменту целиком и полностью.

— Адам… — выкрикнула я его имя, зарываясь руками в его волосы, чувствуя, как оргазм накрывает меня с головой, заставляет каждую клеточку моего тела вибрировать от непередаваемого, просто животного наслаждения. Это было так сильно, так интенсивно, что я потеряла связь с реальностью, осталась только я и он, и безумная, всепоглощающая страсть, связавшая нас воедино.

Адам оторвался от меня, и приподнялся надо мной, не отрывая от меня своего голодного взгляда, его глаза горели просто адским огнём.

— Будет немного больно… ты слишком тугая… — прошептал он, его взгляд скользнул по моему телу снизу вверх.

— Это будет приятная боль… — улыбнулась я ему, чувствуя, как остатки оргазма волной прокатываются по всему телу, всё ещё заставляя вибрировать каждую мою клеточку от его прикосновений.

Он расстегнул ремень на брюках, и этот звук заставил меня вздрогнуть, во рту пересохло. Я наблюдала за тем, как он раздевается. Он приспустил брюки, оставаясь только в боксёрах, и я видела, как его член настойчиво выпирает из-под ткани.

Новая волна возбуждения прокатилась по моему телу, настойчиво направляясь к низу живота, я чувствовала, как мои внутренние мышцы пульсируют от возбуждения, как влага пропитывает мои бёдра. Раздвинув ноги шире, я дала возможность увидеть ему всю полноту своего желания, как сильно я его хочу. Это был настоящий голод, который мог утолить только он. Адам.

Когда наконец он приспустил свои боксёры, я увидела его член. Он был… большой, очень большой, покрыт синими венами, оплетающими ствол. На головке блестела прозрачная капелька, которую мне до боли захотелось попробовать языком. Тихий стон сорвался с моих губ, дыхание стало прерывистым, а стук моего сердца был таким интенсивным, что мне показалось, что он отдаётся у меня в висках, заглушая любые звуки, доносящиеся где-то там, в зале его клуба.

« Таким членом трахать просто бесчеловечно.» — подумала я. Но мне хотелось. Мне хотелось, чтобы этим членом он трахал только меня.