Где моя башня, барон?! Том 4 (СИ) - Харченко Сергей - Страница 23

Хоть я и ловил на себе недоверчивые взгляды, но охотники немного оживились. Даже повеселели. Главное, я дал им надежду, что всё образуется.

— Саня, не говори ничего Гвоздеву, — Виталик умоляюще взглянул на Шишакова. — Откуда мне было знать?..

— Балбес ты, Виталя, — пробормотал Шиша. — Думаешь, что Гвоздеву никто не мог позвонить из лазарета? Я ведь оставлял контакты заведующему.

— Вот же блин… блин, — схватился за голову Виталик. — И какого хрена я полез?

— Кое-что в голову ударило! — заржал один из охотников, с перебинтованной ступнёй. — Девица-то очень даже. Я бы и сам с такой погулял.

— С твоей ногой только гулять, — иронично заметил я. — Лучше расскажите, как сражались доблестные хищники.

— Про это дело на сухую не рассказывают, — улыбнулся Шишаков, выставляя пару бутылок с прозрачной жидкостью.

Где он успел купить горячительное, оставалось лишь догадываться. Точно не перроне. Значит, за время моего отсутствия нашёл-таки частника.

Все оживились, потянулись к столику. Затем присоединились ещё несколько охотников. На столе появились пирожки, купленные в привокзальном ларьке, чебуреки, затем Васян всех удивил, доставая копчёную курицу.

Я поддержал, вливая в себя одну порцию. Это самогон, причём первач. Горло обожгло знатно, и я сразу потянулся к закуске. Схватил ещё тёплый чебурек, то, что первое пришлось под руку. Вгрызся в его сочную сердцевину, похрустывая румяной корочкой и наслаждаясь вкусом. А неплохо!

— Первая улетела, вторую крылом позвала, — заметил Шишаков и быстрым движением разлил следующую порцию по пластиковым стаканчикам.

Но я решил остановиться. Дел ещё по горло. Все попрутся в СОХ, отсыпаться, а мне нужно дела делать важные. Так что я налил себе кваса, приобретённого с рук привокзального торгаша.

— Ого! Мужчины, а у нас нельзя распивать напитки, — раздался строгий голос рядом. — Я пожалуюсь начальнику поезда. Штраф за распитие — сто писят рублей, между прочим.

Над нами стояла, поставив руки в боки, дородная проводница средних годков. И если по стройности она уступала предыдущей своей коллеге, то на лицо очень даже симпатичная.

— Красавица, подожжи. А чо прям так сразу? Никому жаловаться не надо, — распушил перья Виталик. Этот ловелас поднялся, подошёл к ней и хитро подмигнул. — Может тебе, о свет очей моих, компенсировать своей компанией?

Проводница резко покраснела, затем её глазки заблестели, улыбка промелькнула, и её на смену пришло угрожающее выражение лица. Потому что Виталик прижал её к плацкартному поручню. А затем раздался треск молнии. Здоровяк вскрикнул и подался назад.

— Ещё раз, и накручу мощность на полную, — процедила проводница. — Ишь ты… свет очей моих.

Она вновь улыбнулась, но Виталику было не до этого. Полученный заряд сбил весь его романтический запал. Теперь он почёсывал плечо, куда попала микро-молния.

— Ладно, только тихо чтоб мне, — предупредила проводница, погрозив пальцем и хмуро изогнув брови домиком. — Услышу что горланите — точно пожалуюсь.

— Конечно, красавица, — проблеял Виталик, повернувшись к нам и вздрогнул.

— Свет очей моих… Их-хи-хи! — засмеялась проводница. — Ой, не могу…

Она ушла, а здоровяк медленно сел на своё место, озадаченно оглядел нас.

— Хлопнула меня, прикиньте?.. По заду… — пробормотал он.

— Жди приглашения, — подмигнул ему Шишаков, довольно улыбаясь.

— Да зачем она мне? Мне не нравятся полные. Я же просто хотел… ну вы поняли, — вздохнул Виталик. — Отвлечь. Но точно не эт самое…

— Нравится не нравится, терпи моя красавица, — ответил ему рядом сидящий Васян. — Придётся отрабатывать, ах-ха-ха!

— Да пошёл ты, Васька! — зарычал здоровяк, пихнув его в бок. Да так, что тот сморщился, схватившись за рёбра.

— Ты дурак, что ли, Виталя⁈ — округлил он глаза. — Чуть рёбра не сломал!

— Будешь каркать — и голову сломаю, — прошипел Виталик, показывая кулак размерами с набалдашник кувалды.

— Не отвлекаемся, — предупредил всех Шишаков, разливая по стаканчикам огненную воду. — Виталик, тебе в два раза больше. Обезболивающее. Баба она крупная, так что будь готов…

— Саня, и ты туда же⁈ — заскрипел зубами здоровяк.

— Так он о тебе беспокоится, — ухмыльнулся я.

— Ещё услышу от кого-нибудь… хоть даже намёк… — начал Виталик.

— Мне нужна помощь, мужчины, — услышали мы вновь голос проводницы. — Краник в бойлере сломался, надо починить. Кто у вас самый рукастый?

Полная женщина пристально оглядела нас, и её взгляд остановился на Виталике. Она плотоядно улыбнулась.

— Поможешь? — многозначительно оглядела она здоровяка оценивающим взглядом.

— Конечно, поможет, — произнёс я. — Он у нас и есть самый рукастый! Руки на месте, как и остальные органы.

— Я это запомню, — процедил Виталик, сверкнув глазами в мою сторону. И поднялся. — Пойдёмте, посмотрим на ваш бойлер.

Напоследок он окинул хихикавшую толпу охотников ненавистным взглядом, и убыл в направлении логова проводницы.

— Итак, друзья, — поднял стаканчик Шишаков. — Чтобы нашему Виталику удалось починить краник в бойлере.

— Главное, чтобы краник Виталика не подкачал, — засмеялся Васян. — А то ведь точно оштрафуют.

— За всех отдувается. Красавец, — оценил его отважный поступок Шиша. — Ну, за настоящих охотников! За стаю!

— За стаю! — поддержали его остальные.

В этот момент по вагону разнёсся глухой звук, удар в стену и женский возглас вроде «Ого!»

— Начали ремонтировать, — загоготал Шишаков. — Ну, давайте, братцы! Вздрогнем!

Виталик пришёл спустя пару часов, когда в компании уже все окосели, а Васян поведал совсем неправдивую историю, как он отважно сражался против десятка ящеров.

Здоровяк растерянно улыбался, но на расспросы отмахнулся, покраснел и завалился спать.

Шишаков уже успел накидаться, добавил своей святой водицей из фляжки. И у меня получилось выведать адрес проживания его массажистки, по которой он так вздыхает. Оказывается, Марьяна ему отправляла открытку, вроде «Скучаю, не могу. Москва чудесна, бла-бла-бла». И на открытке этой был указан адрес.

Как окажусь в Москве, к ней и наведаюсь. Передам от Шиши любовный привет, и узнаю о причине столь скорого отъезда.

Москва, улица Новослободская, участок № 3, в это же время

— Я уже подписал эту чёртову бумагу! — зарычал в телефон агент тайной полиции Дорохов.

— Юрий Львович, нужно более подробно описать характеристики существа, — пробормотал в ответ начальник лаборатории. — У нас государственное учреждение.

— Да я не знаю всех его навыков! Как вы не поймёте! — резко ответил агент. — Поэтому и надо его исследовать!

— Я говорю про общие… общие характеристики, — проблеял его собеседник. — Вы указали лишь десять процентов от требуемого. Поэтому надо заполнить бланк ещё раз. Вот тогда мы запишем существо в реестр, отправим доклад в имперскую канцелярию, существо получит именной код, и мы…

Дорохов не выдержал, нажал на «завершить звонок» и откинул телефон от себя.

Всю ночь эта чёртова тварь провела в камере. Да, эта камера была специально оборудованной и сдерживала существо. Но он прекрасно помнил как на них напал его хозяин. Такой скорости он давно не видел. И Якуб поделился с ним, как только очутился в Москве, схваткой с незнакомцем.

Неожиданно этот тип уделал мастера магии. Кто бы мог подумать!

Что удивительно после лёгкого сотрясения Якуб не мог вспомнить лица парня. То у него нос картошкой, то глаза раскосые. А недавно он признался, что тот двигался на ускорении, и лицо было размыто.

Учитывая угрозу — а было понятно, что хозяин карлика обязательно придёт за ним — Дорохов распорядился, чтобы в лаборатории пошевелились и хотя бы передали то, что есть. Антимагическое зелье, которое бы ослабляло существо.

Ни в коем случае нельзя им потерять такой ценный экземпляр. Ни в коем случае! Да к тому же Борщов признался, что как только зелёная тварь очутится в лаборатории, Дорохова повысят в звании и выплатят сто тысяч премии. Это лишний раз подстёгивало агента.