Где моя башня, барон?! Том 6 (СИ) - Харченко Сергей - Страница 40

Мне всегда нравился серьёзный подход к сделкам. И мне повезло, что таким качеством обладал и этот старик. Мы зашли внутрь, а нотариус нас застал, когда мы заказали кофе.

Расселись по центру кафе, как короли мира. Никого вокруг, лишь бармен маячил у стойки, лениво протирая бокалы.

— Что ж, приступим, — почесал ладоши Шульман и открыл папку с бумагами, обращаясь к очкастому лысеющему мужичку. — Тимур Самуилович, вы уже знаете, что нужно делать. Я вам отправлял сообщение.

— Да-да, Измаил Венедиктович, — затараторил, явно волнуясь очкастый мужичок, подвигая к себе бумаги. — Ага… договор… сейчас проверим…

Он углубился в изучение, а Шульман вздохнул, глотнул кофе и посмотрел поверх очков на меня.

— Владимир, это ваш знакомый, который и будет вести дела, насколько я понимаю, — произнёс торговец.

— Именно так, Алексей Сергеевич подкован в таких делах, — сообщил я. — Он уже в курсе всех дел.

— Приятно познакомиться, — учтиво кивнул Сергеич. — Сколько вам нужно людей? И на какой предположительно срок?

— На долгий, и договор с пролонгированием, — сообщил Шульман. — Но обстоятельства… Внезапно я получил возможность открыть ещё десять ломбардов, на Сахалине и в Красноярске. Вы представляете логистический размах, верно?

— Транспорт, люди, коммуникация между отделами… — начал перечислять Сергеич.

— Только люди, хорошие работоспособные и главное честные, — улыбнулся ему Шульман. — Остальное — мои заботы. Нужно полторы тысячи человек. Грузов будет много, и график иногда будет ненормированным.

— Это как раз не проблема. Вопрос только в уровне заработных плат, — произнёс я. — Отсюда и мотивация наших людей.

— Поверьте, они будут рады войти в мою компанию, — вновь улыбнулся Шульман. — И премии тоже будут. Тут уже зависит от ценности груза. И срочность доставки. Срочные грузы оплачиваются по повышенной ставке…

Шульман с Сергеичем продолжили разговор. О надбавках за работу в праздничные дни, о переработках, и даже о корпоративной этике. Последнее слово для меня в новинку, но из смысла сказанного я понял, что это вроде внутренних правил компании.

Пока нотариус изучал и утверждал сделочный договор и прочие бумаги, обсудили все вопросы. И судя по реакции Сергеича, он был доволен.

Ну а подписав документы, мы скрепили сделку шампанским, и пообещали друг другу, что это только начало нашего бизнеса. Разумеется, мы с Сергеичем входим в долю новой сети Шульмана и будем получать неплохой процент от её прибыли.

После того как все готовы были разойтись, я решил отойти в сторонку с торговцем. Мне нужно было задать ему несколько важных вопросов.

— Что-то важное? — прищурился Шульман, протирая очки, а затем снова нацепил их на нос. Мы остановились недалеко от бара, но бармен куда-то ушёл, так что никто нас сейчас не слышит.

— Да, Измаил Венедиктович, — внимательно взглянул я на старика. — Я столкнулся с очень редким камнем. И сразу вспомнил о вас.

— Так-так, — вновь прищурился Шульман. — Что за камень?

Я описал ему маноцвет, его уникальное сияние, и глаза старика заблестели.

— Знаете, аа я ведь и правда видел его. Приносил мне некий камень Крапивин, — начал вспоминать торговец. — Я оценил его вещь как уникальную. И я, если честно, такую форму и цвет никогда не видел. Идеально. Просто идеально.

— И он не продал вам камень, — дополнил я его.

— Удивительно, но так и было, — округлил глаза Шульман. — А ведь сумма была шестизначной. Может он подумал, что я его хочу обмануть, или решил, что выручит больше денег у другого покупателя. Но да, он ушёл, — последнюю фразу Шульман произнёс с неподдельной горечью.

— Вспомните, может он говорил, где он нашёл камень? — с надеждой в голосе спросил я у старика.

— Нет, не сказал, — покачал головой Шульман, но затем что-то вспомнил. — Хотя нет, я задавал этот вопрос.

— И что он ответил? — я аж придвинулся к старику, чтобы услышать его слова.

— Он ехал с отдыха. Петропавловское озеро… Да, он говорил про озеро, — вспомнил Шульман. — И остановился в лесу. Там и заметил как что-то мерцает в траве. Но больше ничего и не сказал толком.

А мне больше ничего и не надо. Теперь я понял, как маноцвет попал в этот мир. Очень интересный путь проделал камешек. И прямо ко мне в руки. Хоть я и не верил в удачу, но иначе как удачей я назвать это не мог.

Камень потерял тот самый Трипер-Крипер после того, как я его нахлобучил. И поначалу тот не проявлял себя. Лежал в травке потихонечку.

Ну а потом захотел проявить себя. Решил найти нового хозяина. И вот, получается, нашёл.

— Благодарю за помощь, — улыбнулся я старику. — Я услышал достаточно.

— Ну а что насчёт камня? Вы же не просто так спрашиваете? — умоляюще взглянул на меня Шульман. — Ради бога, скажите, что он у вас.

— Нет, к сожалению, у меня его нет, — печально произнёс я.

Уже нет. Потому что он растворился во мне. Теперь он впитался в каждую мою клетку, в каждый нерв. Стал неотъемлемой частью меня. Так что я сказал правду.

Шульман тяжело вздохнул, и взгляд его немного потускнел.

— Что ж, жаль, а камень действительно был очень ценным, — признался старик. — Я такого ещё не видел.

После того как мы с Сергеичем распрощались с Шульманом и его нотариусом и вышли из кафе, рекрутёр мне признался:

— Я знаю этого человека. Но не думал, что у этого старика такая хватка. Вот что нужно для крепкого сотрудничества. Грамотный, порядочный партнёр.

— Согласен с вами, Алексей Сергеич, и я точно так же думаю о вас, — произнёс я, и Сергеич даже растрогался, пожав мне руку.

Именно в этот момент зазвонил телефон. И это был Волконский. Он решил со мной встретиться, а я задумчиво взглянул на Сергеича. Что-то мне подсказывало, что намечается ещё одна сделка. Как же я могу его отпустить.

В итоге мы проехали на производство к промышленнику. Миновав кузнечный цех, добрались до адреса.

Через пять минут мы уже сидели в административном здании недалеко от кузнечного цеха Волконского. А ещё через полчаса уже подписывали договор о сотрудничестве.

И ценность этой сделки была просто умопомрачительной. В моей голове сразу же зазвенели золотые монеты. Много золотых монет.

Волконский признался, что кроме кузнечного цеха у него есть и цех по переработке горной руды. Он до сих пор сотрудничает с Шелестовым, но обьёмы добычи у графа упали, и цех перешёл почти в холостой режим.

Плавильни, мельницы, конвейеры. В общем, всё, что нужно для того, чтобы вытащить из золотоносной руды чистейшее золото, у Волконского было в наличии, и — самое главное — работало.

В итоге я и это дело передал в управление Сергеичу. Сбор руды, управление шахтой, доставка до цеха промышленника и перевозка в хранилище золотых слитков.

Все стороны были в восторге от сделки. Ведь и Волконский, и Сергеич вошли в долю от прибыли моего прииска. По пять процентов с дохода — шутка ли? Это просто дохера.

А уж когда я озвучил, что по предварительным данным потенциал шахты более 500 тонн чистого золота — вот тогда мои компаньоны буквально засияли от восторга. Как те самые золотые слитки, которые будут множиться на нашем особо охраняемом складе.

Волконский достал лучшее, что было припрятано у него. Вино урожая тыща хрен знает какого года. И действительно — вкус был насыщенным, а в голову ударило после первого бокала.

Документы подписаны, проверены нотариусами от Громова, который доставил их в кратчайшие сроки. Мы отпраздновали сделку. А это значит, что нужно ехать на прииск.

В обор Жига доставил нас за полчаса. У прииска вовсю велась постройка посёлка. Обязательно ускорим его возведение. Но уже завтра. Как признался Сергеич, нужно собрать народ и нанять отличных прорабов, и он даже знал пять отличных спецов.

А сейчас я стал свидетелем, как под чутким руководством Анисима и Трофимки несколько рабочих добывали золотоносную руду. Любо дорого посмотреть на такую работу. Куски сияющей породы с многочисленными золотыми прожилками, а местами и жилами падали в тележку. В итоге набрали пробную партию. Пятьдесят килограммов. Этого достаточно, чтобы понять насколько прав Трофим о качестве руды.