Где моя башня, барон?! Том 6 (СИ) - Харченко Сергей - Страница 43

— Ты не понял, — скривился Дорохов. — Борщов уже всё знает.

— А ты уведи его по другому следу, запудри мозги своему боссу, — предложил я. — Вы это умеете делать очень замечательно.

— Ух, пля-я, — Дорохов взлохматил свою шевелюру, затем бросил на меня тревожный взгляд. — У меня приказ брать тебя и везти в Москву. Ты предлагаешь ослушаться Борщова⁈ Тогда мне вообще кабзда!

— Всего лишь скажи, что, скорее всего, меня хотят подставить, — раскрыл я ладони, разводя ими в стороны. — И не я хозяин гоблина. А хрен знает кто. Вот за ним и бегайте хоть всю свою жизнь.

— Гоблин? — удивился Дорохов.

— Да, именно гоблин. Вот он, — я щёлкнул пальцами, вызывая Гоба.

Зеленомордый выпрыгнул из тени. Принялся постукивать кинжалами и гарцевать по комнате.

— Я и есть тот самый Гоб

Понял, сучий остолоп?

Только двинься, обещаю

Раскромсаю раздолбая.

— Очень интересно, — Дорохов натянуто улыбнулся. — Достаточно.

— Это не тебе судить

Растудыть тебя тудыть!

Ещё слово — и тебя

Я разделаю любя! — продолжил Гоб.

— Достаточно, Гобби, — строго обратился я к зеленомордому, и тот, помахав в сторону агента напоследок клинками, скрылся в тени.

Экс-агент подумал несколько секунд, затем посмотрел в сторону. Туда, где только что отплясывал король гоблинов.

— Хорошо, я отвлеку от тебя и твоего… хм… гоблина, — вздохнул Дорохов. — Но не обольщайся на свой счёт. Ты не знаешь, как Борщов умеет давить. Он может отправить ещё кого-нибудь на твои поиски.

— Главное, неделю води его за нос. Это самое главное, — улыбнулся я.

— А что через неделю? — округлил глаза агент.

— Неважно, — отмахнулся я. — Сроки ты услышал.

Зачем ему говорить, что будет через неделю? Я уже буду учиться в Академии в это время. И жить в студенческом городке. Вот что будет. И в то место никого из агентуры не пустят, пусть даже у них будет ордер на мой арест. В крайнем случае, со мной будет говорить служба безопасности. Но я всегда могу сыграть в растерянного нечестно обвинённого, и послать всех к чертям собачьим.

— Хорошо, — буквально выдавил из себя Дорохов. Настолько тяжело ему было это говорить. — Я даю слово, что неделю никто тебя не побеспокоит. Это точно. И сам я с этих пор прекращаю охоту за тобой.

— Вот и славно, — встал я из-за стола. — Давай провожу тебя.

Мы вышли вместе с Дороховым в коридор, где народу было просто битком. В основном агенты. Но вот чуть дальше я заметил и своего старого знакомого. Это ж тот маг, с которым я бился ещё недавно.

Он направился через толпу ко мне. Я же встретил его улыбкой, положив руки в карманы, точнее поближе к скрытым под пиджаком кинжальным ножнам. Пусть только попробует что-то выкинуть, сразу получит ответку.

Но он же не дурак размахивать своими ментальными лезвиями направо-налево? Верно? Или дурак?

Судя по яростному взгляду он всё-таки готов к битве.

— Якуб! Стой! — преградил ему путь Дорохов.

— Отдай мои артефакты, ублюдок! — выпалил этот придурок, поблескивая радужкой глаз. — Это моя собственность.

— Ты обознался, дружок, — широко улыбнулся я. — Я тебя знать не знаю. Засунь свои угрозы куда подальше. И уматывай из моего заведения.

— Якуб, твою мать! — Дорохов вновь оттолкнул кинувшегося на меня мага. — Я сказал — остынь!

— Юрий Львович, так что мы делаем? — произнёс растерянный агент, который всё ещё теребил в руках наручники.

— Уходим. Мы обознались, Пётр, — резко ответил Дорохов. — Такое тоже бывает.

— Но… ведь как… — начал было второй, посмотрев на Якуба.

— Рома, тебя не должно волновать — как. Мы совершили промах, такое бывает, — отправился по коридору Дорохов, собирая за собой толпу. Затем оглянулся. — Якуб, я жду тебя. Ну⁈

— Мы ещё встретимся, — скорчил злобную физиономию ментальный маг, выставив указательный палец в мою сторону. — Ты пожалеешь о каждом своём слове.

— Уав-уав! — весело воскликнул я в ответ. — Верный пёс Якуб служить тайная полиция!

— Гадёныш! — напоследок бросил в мою сторону маг, которого потащил за локоть Дорохов.

Когда вся процессия людей в форме вышла из клуба через чёрный ход, в ВИП-ложу вернулись Гвоздев и Шишаков.

— Что это было, Владимир? — напряжённо спросил меня глава СОХ. — Это же тайная полиция, верно?

Ну да. Тайная полиция, о которой уже все знают. Забавно, да.

— Именно так, — ответил я.

— И чо хотели? — спросил Шиша.

— Да бред какой-то несли, — отмахнулся я. — В общем я послал их нахер, вместе с начальником.

Никитич сразу же схватился за голову, затем сел в кресло.

— С кем я общаюсь? — бросил он в сторону обзорного стекла, затем повернулся ко мне. — Ты же псих, Владимир! Так нельзя разговаривать с такими службами. Тебя же закопают при первой же возможности! Нет, ты просто натуральный психопат!

— А у вас очень добрая улыбка, Егор Никитич, — хмыкнул я. — Только вы ею редко пользуетесь.

— Да иди ты, — махнул в мою сторону Никитич. — Ладно, послал и послал. Это твои проблемы.

Хотя взгляд главы СОХ показывал, что он вернётся к этому разговору. Только уже наедине, без лишних ушей. Кажется, он понимал, что происходит.

— Главное, что они ушли, — вздохнула Кристина, усаживаясь на свободное место. — Теперь я понимаю, почему они не прошли через главный вход.

— Ну да, не хотели тревожить аристократию, — оскалился Гвоздев. — Обычно они тихо работают. Но вот толпу такую я вижу впервые.

— Ладно, легавые свалили. Надо бы отметить это дело! — зарычал Буян.

— Не забывай, что завтра полуфинал, — подметил Гвоздев.

— Я меру знаю. Упал — хватит! — захохотал Буян и почесал ладоши от энтузиазма. — Ну, может пока по пивку?

Я вызвал официантку, и мы сделали большой заказ. Через пять минут стол ломился от пива, вяленой рыбы, чипсов и бутербродов, обильно начинённой красной икрой.

Погуляли мы на славу. Кристина осталась наводить порядок в ночном клубе, хорошо подвыпивший Буян отправился в своё съёмное жилище дрыхнуть. Ну а мы решили продолжить банкет.

Лично у меня было что отметить. День получился прям потрясающий. Одна победа за другой. Вломились мы шумной компанией в «Пьяного гуся», всколыхнули потухших охотников.

— Всем пива за мой счёт! — загорланил Шиша, и публика его поддержала радостными криками.

Я заметил за соседним столиком однорукого старичка Серафима. Несмотря на изрядно подпитое состояние, он узнал Шишу, затем перевёл мутный взгляд на меня и узнал Гвоздева.

— Ядрить мою кочарыжку! Кто пришё-о-ол! — радостно взвизгнул он, вскочив со стула, и поднимая кружку пенного. — За освободителей! Ура! Ура! Ур-ра-а-а!

Пока мы шли к стойке, все приветствовали нас. Особенно Никитича, ведь он редко заглядывал в это заведение. Серафим шумно допил пенный напиток, перевернул кружку, с которой пена шлёпнулась на плечо рядом сидящего одноногого старикана. А затем старичка нахлобучило от новой дозы спиртного. Он упал на стул и чуть ли не вмазался носом в столешницу.

— Ну даёт, старый! — ухмыльнулся Никитич. — Давно его таким не видел.

— Ты просто редко бываешь здесь, — заметил Шиша.

— Ну куда уж мне до тебя, — иронично взглянул он на Шишакова. — Эт ты у нас чемпион по литрболу.

— Ну не настолько, — смутился Шиша.

— Рада видеть, Егор Никитич, — вышла к нам Софья. В белом приталенном платьице, с манящим декольте, он аж сияла от радости. — И остальных тоже.

Она скользнула по мне взглядом, подмигнула.

Мы расположились за столом, пока Шиша метал кружки пива, помогая Софье, Гвоздев тихо спросил меня о Гобе.

— Я же слышал как он звенел кинжалами, там, в ВИП-ложе, — подметил он. — Нахрена ты его засветил? Они ж с тебя теперь живьём не слезут.

— Кажется, ты не знаешь всей истории, — вздохнул я.

— Я вот думаю, откуда Шишаков взял привычку паузы делать? А теперь понял. У тебя, значит, опылился… Давай уже, выкладывай свою историю, — собрался Гвоздев и наклонился ко мне.