Подарок для Императора (СИ) - Михайлова Алиша - Страница 1

Подарок для Императора

Глава 1: Сюрприз не по тому адресу

Итак, записывайте в мои жизненные достижения: я, Юля, мастер спорта по боксу, человек, обычно решающий проблемы левым прямым в челюсть, добровольно засунула себя в картонную коробку из-под монитора. Любовь, как известно, творит чудеса. А иногда — полное безумие.

Комната моя выглядела так, будто тут прошёл ураган «Прихорашивание». На кровати горой лежали отброшенные в процессе поиска идеального образа джинсы и футболка. На спинке стула, как повешенный преступник, красовался тот самый, купленный с прицелом на эффект «Влад, ты должен сойти с ума!», комплект: чёрные кружева, ушки и такой же хвостик. Для парня, который видел меня в основном в спортивных штанах и с разбитыми костяшками, это должен был быть шок.

На мне же пока оставались старые удобные вещи — расставаться с ними до последнего было моим маленьким суеверием. В воздухе витал стойкий запах моего любимого парфюма «Удар ниже пояса» (нет, конечно, он назывался как-то поэтичнее, вроде «Шёпот ночи», но суть передавала именно так).

«Ну что, Владик, — мысленно торжествовала я, наконец-то облачаясь в эту кружевную анархию и ловко приклеивая усики, — Готовься к лучшему дню рождения в твоей жизни».

Мы с Владом встречались полгода. Он был IT-шником, спокойным, милым, обожал мою «боевую натуру», как он это называл. И сегодня, в его двадцать шестой день рождения, я решила подарить ему не просто подарок, а целое приключение.

Коробка из-под нового монитора показалась мне идеальным вариантом для сюрприза. Я залезла внутрь, подобравшись калачиком. Было тесновато и пахло пылью. В руке я сжимала ленточку, привязанную к крышке. План был гениален и прост: услышу, как ключ поворачивается в замке — дерну за веревочку, выскочу с криком «С днем рождения!» и далее по накатанной.

Сижу. Жду. В пятый раз проверяю, не отклеился ли хвост. Мысленный диалог с самой собой достиг стадии абсурда: «А что, если он приведет кого-то? Коллегу? Маму?! Юля, ты идиотка. Надо было просто торт испечь, как нормальный человек». От скуки начала разглядывать комнату из щелочки в картоне. Вот торшер, что я купила на распродаже. Вот постер с героем из той самой вампирской саги, порванный в жарком споре «Команда Эдварда против Команды Джейкоба». Вот дверь в ванную, где вечно капает кран...

А вот на книжной полке, в скромной рамке. Моя семья. Мама, папа, я и Лерка, все в дурацких соломенных шляпах на курорте. Папа корчит рожу, мама смеётся, прижимая к себе сестрёнку. «Счастливы», — гласила подпись. И мы такими и были. Просто, глупо, на всю катушку. Мой маленький, привычный, родной мирок.

И тут — стук. Нет, не привычный щелчок дверной ручки. Скорее, такой... глухой удар, будто что-то тяжелое упало. Сердце екнуло. Владик, что ли, сумку с подарками так приземлил? Или это сосед сверху опять диван перемещает?

И самое главное — свет померк. Лампочка перегорела? Но я же только новую вкрутила! В коробке стало темно, как в танке. Я насторожилась. Мой боксерский инстинкт, обычно спавший глубоко внутри, вдруг подал голос:

«Что-то не так».

Но было уже поздно.

Ощущение было сродни тому, когда проваливаешься во сне. Только в тысячу раз реальнее. Резкий провал в животе, свист в ушах, будто падаешь с огромной высоты. Коробку качнуло, и я со всего размаху приложилась головой о картонную стенку.

— Вот черт! — вырвалось у меня, больше от неожиданности, чем от боли.

Все затихло. Не так, как затихает комната — сначала гул холодильника, потом шаги соседей сверху... Нет. Это была мертвая, абсолютная тишина, в которой мое собственное дыхание казалось оглушительно громким. И только где-то вдалеке — потрескивание, похожее на огонь в камине.

И запах... Пахло теперь не моими духами и пылью, а чем-то чужим, древним. Деревом, воском, камнем. Чувствовался холодок, идущий от пола.

Мысли метались, пытаясь найти хоть какое-то логичное объяснение. Землетрясение? Обморок? Галлюцинации? Но ни одна из версий не тянула на правду. Это было что-то другое. И от этой догадки стало по-настоящему страшно. Не так, как перед боем — там страх был знакомый, управляемый. Это был страх перед неизвестным, холодный и липкий.

И тут я услышала шаги. Тяжелые, мерные, с отчетливым звоном каблуков по каменному полу. Не Владик. Его легкую, чуть вразвалочку походку я узнала бы из тысячи.

Ледяная игла страха кольнула под ложечкой. В моей квартире кто-то чужой. А может, это уже и не моя квартира? Мой план «сюрприз» мгновенно трансформировался в план «выживание». Адреналин, старый знакомый, ударил в голову, прогоняя остатки смущения и паники, заставляя мыслить четко и холодно. Ладно, кошечка, пора показывать когти. Какие бы ни были правила в этой новой игре, мой главный козырь — умение биться.

Всегда был и всегда будет.

Шаги приблизились и замерли прямо перед коробкой. Я сжала кулаки, мышцы ног напряглись, готовые к прыжку. Ладони вспотели. Неважно, кто там снаружи — монстр, пришелец или новый хозяин этой каменной коробки. Пора действовать на опережение.

Крышка коробки отлетела. Я, как чертик из табакерки, выпрыгнула наружу, приняв самую грозную стойку, какую только можно было принять в костюме кошечки, и прошипела что есть мочи, глядя в сторону невидимого противника:

— А ну, стоять, громила! Сейчас получишь...

И... обомлела.

Вместо знакомых обоев с едва заметным геометрическим принтом меня встретили стены из тёмного, отполированного до зеркального блеска камня. Вместо потолка с люстрой-пауком где-то далеко в вышине терялись своды, расписанные фресками со сценами эпических битв. Воздух пах не шампанским и суши, а ладаном, старым деревом и… властью. Да-да, властью. У неё был вполне конкретный запах — холодный металл и терпкая сладость старинного вина .

Я стояла не на своём потрёпанном паркете, а на гигантской шкуре какого-то невиданного зверя. Один только его след с отпечатками когтей был размером с мою ванну. Под босыми ногами грубая шерсть колола кожу, напоминая, что это не декоративный коврик, а трофей с настоящего монстра.

И прямо передо мной, взирая на это немыслимое зрелище, восседал на троне ОН.

Мужчина. Лет под тридцать, не больше. Но во всей его осанке, в каждом мускуле лица читалась власть, не знающая возражений. Черты его лица были поразительно четкими и строгими, словно сама вечность отшлифовала их до идеальных линий. Его коротко стриженные волосы цвета воронова крыла лишь подчеркивали безупречную линию сильного подбородка и делали взгляд еще более пронзительным.

На нём был камзол цвета глубокой ночи — тёмно‑синий, почти чёрный, — и в мерцании факелов серебряная вышивка вспыхивала, словно иней на острие клинка. В длинных пальцах, покоящихся на подлокотниках трона с хищной небрежностью, замер бокал, наполненный жидкостью цвета густого рубина. Но всё затмевали его глаза — карие, бездонные, как древние колодцы. В них не читалось ни паники, ни обычного удивления. Лишь ледяной, пристальный взгляд учёного, изучающего невиданный экспонат. От этого взгляда кровь стыла в жилах, а по спине пробегал холодок.