Куратор 2 (СИ) - Киров Никита - Страница 22

Теперь Игнашевич и его союзники. А также деньги на кошельке, которые он прячет, и его компьютер.

После — группа ФСБ, которая работает против Трофимова, доставляя ему проблемы. А когда разделаюсь с этим — сам Трофимов. И его покровитель.

Этим я и начну заниматься в ближайшее время.

Глава 9

Очень многие сейчас готовы работать с клиентом за наличные и даже делают за это какие-то поблажки. Вот и этот подвальчик, якобы для аренды под коммерческое помещение, был снят недорого и без лишних вопросов, лишь бы я давал налик.

Подписание документов по моей просьбе отложили на потом, но это «потом» так и не наступило, но всех это устраивало.

Я даже не видел собственника и передавал деньги не лично, а через курьера. Подозревал, что собственник, который сдавал мне этот подвальчик, никаким собственником на самом деле и не являлся, просто рубил деньги на бесхозном помещении. Ну и пусть, меня это устраивало, зато есть очередное помещение.

Я ещё не приспособил это помещение под изначальную цель, но пока хотел воспользоваться важным преимуществом этого места — подвальчик был очень глубокий, и туда не добивала никакая связь. Ни мобильный интернет, ни сотовая, ни геолокация — ничего. Глухой угол под землёй.

И звукоизоляция подходящая, никто не услышит, что происходит здесь.

Там я изучал часть собранных трофеев. В первую очередь, телефоны, которые захватил на стройбазе Баранова. Несколько моделей принадлежали самому хозяину — он любил держать под рукой сразу два-три аппарата, два я и забрал.

Один я взломал легко, видно было жирный отпечаток пальца на экране, которым он рисовал код разблокировки. Второй придётся отложить, чтобы подождать подходящего спеца.

Проверил телефон и у Никитина, хотя у старомодного оружейного барона был кнопочный «Нокия», но на нём остались эсэмэски, журнал звонков и контакты. Даже мой был: «Владимир фуры проверить».

Сам Никитин больше полагался на записную книжку — толстую, в кожаной обложке, засаленную по краям, исписанную мелким почерком. Я её тщательно сфотографировал, страницу за страницей.

На смартфоне Рахманова я, как и ожидал, нашёл кое-что поинтереснее. В заметках лежала сид-фраза для криптокошелька, двенадцать слов, написанных по-английски.

Ещё на телефонах были снимки, переписки, заметки и напоминания, всё это я фиксировал. Судя по чатам, ещё был один, секретный, с автоудалением, и от него остались следы — ссылки на сообщения, которых уже не было. Оттуда уже ничего не вытащить, но кое-что из оставшегося показалось мне особенно интересным. Они были в курсе той фирмы «Горизонт», о которой упоминала Катя. Но никаких деталей, всё удалено.

В общежитие я вернулся под вечер и сразу прошёл в свой модуль. Пока шёл, учуял запах жареной картошки, но её, оказывается, уже съели.

— Думал, ты переедешь от нас, бро, — сказал Миша, не отрываясь от экрана ноутбука.

— Говорят, можно и дальше жить в общежитии, — ответил я, скидывая куртку на спинку стула. — Даже когда в академе. Проблем нет, раз места есть. Лишь бы платил и не мусорил. Буду иногда приходить. А ты чего делаешь?

— Учится, представь себе, — подал голос Саша со своего места. — Завтра, наверное, снег пойдёт.

Впервые увидел его без приставки, которую, казалось, никогда не выпускал из рук. Оба вдруг решили готовиться к сдаче хвостов грядущей осенью. Стопка учебников на столе выглядела угрожающей, но их они не открывали, предпочитали всё в электронном виде.

— Не душни, Александр Анатольич, — Миша хмыкнул. — Ты тоже учишься. Но у меня один хвост, а у тебя — два.

— У меня-то хвосты, потому что меня на экзаменах завалили, и я их пересдам, — серьёзным тоном заявил Саша. — А у тебя хвост, потому что ты курсовую написал в нейросети и даже не удалил оттуда промпты. Вот мы тогда орали, когда препод показал. Не помнишь, Толян?

— Что там было? — поинтересовался я.

— Он перед всеми зачитывал. «А теперь сделай выводы», «добавь ещё текста, чтобы был объём». А список источников — ни одной книги не существует.

— Я-то с чего должен это знать? — пробурчал Миша. — И вообще, это подстава, рилли, мне не тот файл распечатали.

Саша смеялся, откинувшись на подушку. Его этот довод не убедил.

— И вообще, ты токсик, Александр Анатольевич, — добавил Миша. — Толян, будем смотреть «Атаку»? Падение Сигансины не хочешь увидеть?

— Нет, мне пока некогда, — я начал раскладывать технику на кровати. — Учись, давай. А к вам что, родители приезжали? Поэтому за учёбу взялись?

— Угу, — промычал Саша.

— Шиза какая-то, — добавил Миша. — И придётся заново курсач писать.

В общагу иногда буду заглядывать, полезно и для алиби, и для легенды, и для навыка общения. Один раз обдурил Трофимова, в следующий раз должно выйти ещё лучше.

Я взял старый ноутбук и второй телефон. Теперь надо немного поработать.

Задача простая, и план я наметил. Трофимов должен думать, что на него напал Фантом, преследующий свои цели, и сегодня об этом Фантоме заговорят.

А вот Игнашевич должен подумать, что Трофимов узнал об их маленьком бизнесе с арабами и жёстко расправился со всеми. Со старика Трофимова это станется.

Но это только начало. Ведь враждовать им придётся под колпаком ФСБ, которых в этот раз отогнать не выйдет.

Я взял телефон. Забугорный мессенджер на одну из левых симок я настроил ещё раньше. Саму симку выбросил — она больше не нужна, ведь аккаунт остался. Его тоже удалю.

Вбил номер Кати, той самой, из ФСБ, и не удивился, что нашёл её там. Молодёжь сейчас пользуется разными мессенджерами, а уж комитетчики и подавно, это нужно для работы и прочего.

Я создал секретный чат с автоудалением. Адресатом была Катя. И отправил ей простое сообщение с точкой.

Через несколько минут она её прочитала. Прислала в ответ знак вопроса.

Ник у меня был ничего не значащий — просто набор букв и цифр. Никакой аватарки, никакого имени. Ничего, что они смогут отследить через забугорный мессенджер или запросить у владельцев сервиса.

Теперь к делу. Скинул ей несколько фотографий сегодняшнего побоища, Никитина, Баранова с Рахмановым, подбитые дроны. Ну и араба, конечно.

«Вы кто?» — написала она и попыталась позвонить, но звонки были запрещены в настройках чата.

Вместо ответа я написал координаты места. Потом подождал для верности, чтобы она всё сохранила. Затем всё удалил и приписал в конце: «Усатый — Никитин. Был в разработке в ФСК с начала 90-х у Кузьмина и Давыдова. Никитин пытался продать прототип проекта „Щит“ неизвестному покупателю. Не вышло».

Она начала что-то писать — в чате появился индикатор набора. Но я снёс всё раньше, чем она успела отправить сообщение. После этого удалил аккаунт с концами.

Удочку закинул. Кто писал — она не поймёт, но она и старший группы точно решат, что это кто-то из своих.

Теперь чекистам будет что расследовать. Охрана базы наверняка постарается спрятать все следы преступления, когда кто-нибудь из шестёрок займёт место Баранова. Хотя у них наверняка будут какие-то проблемы из-за этого — слишком жирный кусок, чтобы делить его мирно.

Это небольшой подарок коллегам. Но не окончательный.

Так что пусть ищут связи и привлекают ресурсы. Чем больше, тем лучше. Ведь пока они копают в одну сторону, я копаю в другую.

После этого я вошёл на кошелёк Рахманова, введя слова. Там было то, что ему перевёл я, и часть собственных средств банды. Не общак, ведь сумма относительно небольшая, но не помешает для какой-нибудь операции.

Вернул свои ранее потраченные деньги окольными путями, и добавил к счёту ещё около одной десятой биткоина, что была там. Это не так уж и мало по сегодняшнему курсу.

У меня запиликал айфон, я достал его из кармана.

«Хай, бро! Сможем в ближайшее время позаниматься? — писал мой сын Олег. — Барон тебя ждёт».

Следом он прислал фотку собаки. Мой доберман по кличке Барон смотрел в камеру, вытянув острую морду с таким выражением, будто хотел получить что-нибудь вкусное.