Где моя башня, барон?! Том 7 (СИ) - Харченко Сергей - Страница 5

— Так, хорошо, штраф уплачен. Но в следующий раз будьте внимательны, — улыбнулась женщина. — Возьмёте те же книги?

— Да, если можно, — спрятал взгляд Михаил, будто это он стал виновником утери учебников.

Ботан получил книги. Ну и я записался, взяв пару учебников.

Вот мы вышли наружу. У библиотеки никого не было. Ни компаний, ни лежащих на земле тех моральных уродов. Лишь следы крови говорили, что здесь была драка. Хотя я бы назвал это по-другому. Избиение.

— К-как ты это сделал? — удивился Михаил, сжимая под мышкой книги. — Очень быстро всё произошло. Они будто сами падали. И я видел твой козырь. Меч ну просто зачётный. Где ты его откопал?

— В одной из башен нашёл, — улыбнулся я. — А почему перемещался? Есть у меня такая способность. Могу ускоряться.

— Руны ускорения? — спросил он у меня.

— Вроде того, ага, — хмыкнул я.

Мы дошли до своего жилища. А тут уже и Илья появился. Он был очень напряжён, но Миша в ярких красках пересказал ему схватку. И он успокоился, даже повеселел немного.

Завершился этот день буднично. После ужина я засел за учебник, знакомясь с теорией магии, пытаясь разобраться в сложной для меня дисциплине. Остальные то смотрели телек, то играли в карты. Терпеть не могу азартные игры, поэтому я лишь мельком поприсутствовал на кухне и пил чай с печеньем, мельком наблюдая как играли в дурака.

Чуть позже я вернулся в спальню, попереписывался с Юлианой. Она жаловалась, что отец стал ей больше уделять внимания и начал расспрашивать обо мне. В общем, кардинально изменился в лучшую сторону. И даже вроде более лояльно относится к её выбору.

Понятно, что тот имперский автомобиль с флажками очень сильно обескуражил Островского. Всё это время он думал, что я оборванец, недостойный его дочери. Ну а теперь? Думает ли он иначе? Или это некая хитрая игра? Поживём — увидим.

Следующий день в Академии ничем не отличался от предыдущего. За исключением того, что сегодня не было практики. Зато теорией завалили нас по полной. Ну куда уже — пять лекций подряд? Из них три по общей магии и две по артефакторике.

В перерыве я увидел Илью. Он пытался подкатить к белокурой красавице в белом платьице. Пухлые губки, большие голубые глаза, точёная фигурка. Надо было срочно с ней познакомиться. Вроде бы в параллельной группе учится, если не ошибаюсь.

— Зря идёшь туда. Смысла нет, Володя, — остановил меня возвращающийся к нашей компании Илюха. — Будто крепость. Хрен подступишься.

— Ну вы даёте, — захрюкал от смеха подошедший к нам Михаил. — Да Виктория никому не по зубам. За ней ухлёстывает добрая половина факультета.

— Виктория? — всмотрелся я в сторону девушки.

— Ага, дочь князя Меньшикова, московского олигарха.

— Ну и ладно, — я направился к девушке.

— Виктория, какой прекрасный день, — обратился я к блондинке и она обернулась, посмотрев на меня, как на голодранца. Иронично, свысока, с лёгкой снисходительной улыбкой. — Владимир Авдеев.

— Авдеев? Хи-хи, — выдавила Виктория, и в ответ её поддержали подружки дружным хихиканьем. — Пока, Авдеев.

Она, окружённая стайкой девушек, зашла в главный корпус, даже не взглянув в мою сторону. И ко мне подошёл Илья, почёсывающий подбородок.

— Ну вот и я охренел, ага, — пробормотал он. — Бесполезно.

— Посмотрим, — многообещающе хмыкнул я.

Возвратился я в кампус спустя полчаса после пар. Вновь прогулялся по парку. Теперь уже более витиеватым маршрутом. И старался держаться безлюдных мест.

Но больше никаких подозрительных охранников на горизонте не наблюдалось. И я отправился в сторону дома.

Добравшись домой, я понял, что входная дверь была закрыта на ключ. Никого ещё не было. Ну а к оконной раме был приклеен конверт.

«Авдееву» — прочитал я на нём.

Развернув его, я вытащил записку.

'Зря ты это сделал.

Привет от Аляпьевских'.

Затем конверт вместе с запиской вспыхнули, но я успел отбросить их от себя. Даже пепла не осталось. Зато появился светящийся круг на газоне. Я подошёл к нему, и за этой светящейся точкой появилось ещё несколько.

Да это же маршрут движения!

Так я вышел на дорогу и столкнулся с парнём, метрах в десяти. Идиотская чёлка зачёсана набок, на лице выделяется крупный нос, изрытый оспинами.

Он улыбался, снимал меня на камеру телефона, а вторую руку поднял и выставил указательный палец, показывая в небо.

Услышал я странный звук слишком поздно. Как и увидел то, что падает на меня.

Три пылающие сферы, крутящиеся по спирали, упали вокруг меня на метровом расстоянии. Из них в мою сторону выплеснулись потоки огня.

Меня объяло пламя, с ног до головы. Сквозь жуткую боль и рёв пожирающего мою плоть огня я услышал зловещий смех этого ублюдка.

Глава 3

Хорошо, что я успел поймать Пожирателя. За долю секунды до того как меня объяло пламя Гоб подкинул мне меч, и я накинул костяную броню.

Но жар был настолько силён, что она рассыпалась через пару секунд, и я почувствовал, что значит гореть заживо.

Руна сопротивления пламени работала на полную катушку. Сердце било в груди так, что готово было разорваться на куски.

Чёртова магия пыталась удержать меня внутри ловушки, поджаривая как куру гриль, но я всё-таки вырвался.

Рывок спас меня от гибели. Три руны «родэ» прорвали магическое сопротивления приказав долго жить. Но покров ещё работал.

Только сейчас я увидел толпу студентов, которая собралась в сторонке, наблюдая за казнью. Но они не учли одного. Жертва здесь не я. Я охотник.

Моральный урод, который снимал меня округлил глаза, уронил телефон и выставил руки вперёд. Барьер рассыпался под ударом Пожирателя.

Всё, что успели сделать два мага, пришедшие на помощь ублюдку со шнобелем, так это кинуть в мою сторону несколько ледяных копий. Одно из них ободрало обгоревшую кожу на плече. Второе прошуршало мимо уха.

Пожиратель отшвырнул в сторону первого мага, затем оглушил второго.

— Тебе не жить, сукин ты сын! — выдавил шнобель и получил от меня удар зубы.

Он упал на спину, всхлипнув, затем поднялся на четвереньки, мотая головой.

— Меня зовут Аляпьев, ублюдок! Ты не знаешь… не знаешь на кого руку поднял, псина! — зарычал шнобель, выплёвывая кровавые слюни. — Тебя уже через час в асфальт закатают, сучара!

Аляпьев, значит. Вот кто причина всех бед. Ну смотрите. Смотрите все, за тем, как быстро и неумолимо падает авторитет некоторых чмошников, возомнивших себя королями.

Он вытащил раскладной нож, выкидывая его вперёд. Как раз я врезал ему ещё раз и замахивался для контрольного удара, чтобы окончательно вырубить. Блеск стали я увидел в последний момент.

Аляпьев распорол мне руку, а я перехватил его руку, вывернул её до хруста и воткнул нож в его правую ногу, чуть выше колена.

Шнобель взвыл, а потом затих, когда я попал мощным ударом в челюсть, срывая кожу с костяшек пальцев.

Руки дрожали, тела я почти не чувствовал. Гоб выкинул из тени две жемчужины, и я просто раскусил их, яростно разжёвывая.

Затем оглядел охреневшую толпу студентов мрачным взглядом.

— Ну что, понравилось⁈ — зарычал я в их сторону. — Вы же этого хотели! Кровь! Боль! Насилие! Ну, кто ещё хочет померяться со мной силами⁈

В глазах первых рядов я заметил испуг и ужас. Но девушки на меня смотрели совсем иначе. С благоговейным трепетом. И некоторые из них были благодарны за то, что Аляпьев получил по заслугам.

Жемчужины сделали своё дело. Мышечные ткани восстановились, ножевое ранение затянулось. Волдыри сдулись и кожа покрылась толстой коркой. На мне сгорело почти всё, кроме трусов, кое-как прикрывающих мужское естество.

Даже волос и тех почти не было. Хотя не до корней сгорели, что меня обрадовало. Что ж, будет ёжик на голове, и то ладно.

Я направился к дому, замечая, как толпа расходится, а несколько студентов, приводят в чувство и уносят Аляпьева.