Пиратобой (СИ) - Лекс Эл - Страница 26

— Почему? — я даже слегка напрягся, если честно. Я совершенно точно не делал ничего противозаконного и предосудительного (по крайней мере из того, что знал сам), но когда такой суровый человек, слегка помешанный на правилах и их исполнении зачем-то ищет тебя, сама собой появляется мысль, что возможно где-то что-то память упустила… И сейчас за это упущение последует правомерная расплата. Неприятная — но правомерная.

— Потому, что отныне вы учитесь в моей группе. — спокойно ответил капитан. — Меня зовут капитан Алексей Стуков. И я — куратор вашей группы первого курса Академии Морской Стражи.

Глава 14

— Что ж, приятно познакомиться, капитан. — я пожал плечами. — Меня вы, надо думать, уже знаете.

— А то как же, Макс Дракс. Ваши родители — большие шутники, надо думать.

— Почему? — не понял я.

— Действительно, почему бы вдруг. — криво ухмыльнулся капитан Стуков.

У них явно какой-то пунктик на этом имени. Вернее, на сочетании имени и фамилии. Я давно уже заметил, что они как-то странно на них реагируют, причем началось это еще с первого знакомства с адмиралом. Я же тогда придумал себе одно лишь только имя, а фамилию предложил он сам, но при этом отреагировал на мое согласие так, словно не ожидал его. Такое ощущение, что я неосознанно зацепил какую-то больную или даже запретную тему, выбрав себе такие имя и фамилию, потому-то они и вызывают подобную реакцию.

— В любом случае, адмирал фон Дракен сообщил мне, что вы уже выбрали себе позывной. — продолжил Стуков раньше, чем я успел сформулировать в голове вопрос. — Так что отныне я буду звать вас Спрутом… Тем более, что он вам отлично подходит.

— Капитан! — раздалось со стороны незнакомым голосом, что едва перекрывал грохот волн о причал. — Сколько вас ждать⁈

— Прошу прощения. — Стуков кивнул мне. — Дела не ждут. Через пять минут общее построение. Еще увидимся… Спрут.

И, сделав совершенно неожиданную, если не сказать немыслимую, вещь — подмигнув мне! — Стуков развернулся и пошел прочь.

Я проводил его взглядом, пытаясь понять, что же за человек этот Стуков на самом деле и чего можно ожидать от него и от его занятий в будущем, но внезапно мои думы прервало движение на самой границе поля зрения.

Я перевел взгляд и оказалось, что передо мной стоят двое в форме первого курса — стало быть, мои сокурсники. И мало того — я даже в какой-то степени знал эту парочку!

Это были те самые близнецы-блондины, которых я заприметил с балкона Академии и которые, без сомнения, заприметили тогда меня. Брат и сестра, похожие, как две капли воды, оба с тонкими чертами лица, серо-голубыми льдистыми глазами, острыми вздернутыми носами и бледными, будто обоих мучила крайняя степень анемии, губами, они походили на аристократов намного больше, чем неуравновешенный Вилкрист. А их абсолютное спокойствие и совершенно непроницаемое выражение лиц, будто это и не лица вовсе, а искусно изготовленные маски из белого фарфора, только усиливали это ощущение. Хотя, может, это на контрасте с отбитым психопатом так кажется, откуда мне, в самом деле, знать, как должны выглядеть и вести себя настоящие аристократы?

Но вот что действительно интересно — несмотря на то, что лица этих двоих как будто отксерокопировали, несмотря на то, что фигурой оба напоминали остро заточенные карандаши, они не создавали отталкивающего впечатления лиц, не определившихся с полом. Парень не выглядел женственно, а девушка не выглядела мужественно, и я, сколько ни приглядывался, так и не понял, почему так. То ли все дело в искусно выполненных прическах, подчеркивающих то, что надо подчеркнуть, и маскирующих все остальное, то ли в том, что парень все-таки был немного пошире в плечах, то ли в талии девушки, такой тонкой, что, казалось, в роду у нее где-то колен так семь назад затесались осы.

— Ты правда собирался драться с Вилкристом? — даже без приветствия начала девушка.

Несмотря на не самое дружелюбное, казалось бы, начало диалога, ее тон не звучал враждебно или там, не знаю, презрительно… В общем, в нем не было ничего такого, чего я подспудно ожидал услышать от наследников явно не самого простого рода.

А на тебе — тон спокоен и будто бы даже лишен эмоций, словно со мной разговаривает бездушная машина в человеческом обличии…

Мать его, дежа вю, сбой в матрице…

Я даже повернул голову, чтобы убедиться, что Стуков действительно отошел в сторону, а не рассыпался незаметно для меня на двух близнецов, заодно уменьшившись в росте и слегка изменив цвет волос. Но нет — Стуков был там, а эти двое — здесь. И их (ну, или как минимум ее) действительно интересовал ответ на заданный вопрос.

— А разве он оставил мне выбор? — я пожал плечами. — Это он собирался со мной драться, а не я с ним. Я наоборот всеми силами этой драки пытался избежать, если вы не заметили.

— Не всеми силами. — возразил парень. — Ты не использовал и половины возможностей разрешить конфликт. Можно было успокоить его, извиниться перед ним, встать на колени, если понадобится… Проще говоря — сделать все то, чего он хотел от тебя добиться. Можно было даже позволить ему пару раз себя ударить, чтобы он выпустил пар.

— Серьезно? — усмехнулся я. — Может ему еще вина красного да бабу рыжую? Вот уж не думал, что аристократы вообще могут допускать мысли о подобном! А как же поруганная честь, дуэли, вот это вот всё?

— Нерационально. — коротко ответила девушка и после небольшой паузы продолжила. — Эскалировать конфликт, когда можно обойтись малой кровью или без крови вовсе — это нерационально.

— Ну так я и обошелся малой кровью. — я развел руками. — Причем даже не своей, как вы могли заметить. Значит, я поступил рационально… Это же так работает, правильно?

— Просто повезло. — снова возразил блондин. — Когда Вилкрист достал Око Шторма, лично в моих глазах твои шансы на выживание опустились до примерно пяти процентов. То, что ты попал именно в этим пять процентов — лишь удачное стечение обстоятельств. Буквально статистическая погрешность…

— … которой при прочих равных можно пренебречь. — закончила за него девушка. — И, разумеется, на нее нельзя рассчитывать при долгосрочном планировании. Если это планирование вообще имело место быть.

— Что за Око Шторма? — я уцепился за интересное словосочетание. — Это вы про ту смешную светящуюся зубочистку, которую он достал… Откуда он кстати ее достал? Я так и не заметил.

— Зубочистку? — по лицу парня пробежало что-то слегка похожее на тень удивления. — Если бы Вилкрист это услышал, он бы взбеленился… Опять.

— Да у него это, похоже, вообще нормальное эмоциональное состояние. — я усмехнулся. — Так что за Око Шторма? Что это такое?

— Артефакт. — объяснила девушка. — Мариновый, разумеется. Оригинальный. Нож, любая рана от которого, даже самый пустяковый порез, замедляет противника. Чем серьезнее рана — тем сильнее замедление, вплоть до полной остановки времени для раненого, когда он при смерти. Раненый замирает на самой границе жизни и смерти, не в силах ни умереть, ни исцелиться.

— Неконвенциональненько… — вздохнул я. — А что значит «оригинальный»? Бывают еще и поддельные?

— Бывают оригинальные и рукотворные. — пояснил парень.

— Рукотворные делаются людьми на основе мариновых исследований. — развернула его мысль девушка. — Они дешевле и выпускаются массово. Оригинальные артефакты это вещи, преображенные марином в дикой среде. Чаще всего, добытые из ультра-босса, измененных марином.

— Они их в себе выращивают? — восхитился я. — Как устрицы — жемчуг?

— Бывает и так. — ответил парень. — А бывает, что просто изменяют уже имеющиеся вещи.

— А это как? — не понял я. — Они их глотают, что ли?

— И глотают тоже. — подтвердила девушка. — А еще, бывает, будущим артефакты застревают у них в шкурах. Или зубах. Желающих поохотиться на ультра-боссов много, поэтому у них никогда нет недостатка в исходном материале для мариновой трансформации. Так что когда ультра-босса все же убивают, с него обычно собирают богатый улов, ранее принадлежавший всем тем, кому не так повезло.