Твоя Дженни - Никандрова Екатерина - Страница 5

Мне хочется съязвить в ответ, потому что я разочарована тем, насколько о разном мы, оказывается, думаем. Вовремя одергиваю себя: Колин ни в чем не виноват.

– Что нам еще остается, ничтожным людишкам? – пожимаю плечами и спускаюсь по ступенькам к машине. Прежде чем сесть за руль, оглядываюсь: «Поезжай домой, Колин, увидимся завтра с утра. Выспись хорошенько! Передай привет от меня Дженни!»

Колин послушно кивает и поднимает руку в прощальном жесте.

Глава 6

– Милая, просыпайся! Я приготовила завтрак.

– Мама?

Я с трудом прихожу в себя, пытаясь вспомнить, какой сегодня день. Неужели я проспала на работу? Это то, о чем я тревожусь с завидной регулярностью. Что однажды я просплю на работу, и мир обрушится, пока я сплю, без детектива средней руки из маленького городка. Многовато на себя берешь, Кэтрин, тебе самой-то не смешно?

– Я приготовила твои любимые блинчики, они ждут на кухне, – мама улыбается и поглаживает мою руку.

Осознав наконец, кто я, где я и что, по-видимому, сегодня выходной, я благодарно улыбаюсь: «Спасибо, мам».

«Кэти, мне кажется, тебе бы поменьше работать, – осторожно говорит мама, красноречиво поглядывая на круги у меня под глазами, которые не смог стереть даже сон до позднего утра. – Тем более, что у тебя теперь есть помощник, детектив Саммер, я на днях видела их с женой в супермаркете, на вид такие приятные люди!»

М-да. Мало того, что детектив за эту неделю прочно обосновался в нашем полицейском участке, не хватало еще того, чтобы он проник в мой дом!

Я не хочу обидеть маму резкими словами, я и так частенько не ласкова с ней, а потому старательно потягиваюсь и зеваю, хмыкнув в ответ что-то неразборчивое.

– Ну ладно, как знаешь, – с внезапной проницательностью говорит мама. – Ты всю жизнь отказываешься от помощи со стороны и надрываешься со всеми проблемами сама. Я думала, моя дочь уже достаточно повзрослела, чтобы понять, что иногда даже самым стойким из нас нужна помощь и не стыдно ее принять!

– Мам, Колин Саммер просто немного раздражает меня, примерно как тебя раздражают некоторые друзья Итана. Давай не будем обсуждать его хотя бы в выходной, – говорю насмешливым тоном, все еще пытаясь перевести наш разговор в шутливое русло.

– Как знаешь, – обиженно поджимает губы моя мать, – ты знаешь, я беспокоюсь лишь о тебе, Кэти.

Никто в целом мире не называет меня «Кэти», кроме моей мамы. Для окружающих я либо Кэтрин, либо Кэйти – так позволяет себе называть меня Дуэйн. На правах старшего, и моего босса. И так называли меня подруги, в той прошлой жизни, когда они у меня еще были. Так называл меня Мэтт.

Итан увлеченно играет в очередную сетевую игру на своем телефоне, сидя за кухонным столом. Тарелка с недоеденными блинчиками отодвинута в сторону.

– Доброе утро, сынок!

Осторожно поглаживаю его по голове, проходя мимо. Иногда, когда нас никто не видит, он все еще позволяет мне обнять его или погладить по голове. Мой маленький мальчик. Мой уже такой взрослый мальчик…

– Доброе! – чуть улыбается мне, но глаз от телефона так и не отводит.

Вздохнув, наливаю себе кофе и принимаюсь за еду. Если бы не мама, мы с Итаном питались бы исключительно готовой едой и разогретой в духовке замороженной пиццей. Когда-то, в той, прошлой жизни, я некоторое время пыталась быть хорошей хозяйкой. Для Мэтта. И чтобы быть как все. Но собственную натуру не обманешь, и я быстро сдалась, а через некоторое время распался и наш брак.

Задумчиво жую, глядя в окно, за которым снова идет дождь. Одной из причин, почему так мало людей хотят посетить Остин или, Боже упаси, остаться жить здесь, помимо отсутствия развлечений, высокооплачиваемой работы и перспектив, является наш климат. У нас всего около восьмидесяти солнечных дней в году. Почти все остальное время мы продираемся сквозь дождь или туман. Да, зимой у нас не бывает особых морозов. Мы просто живем в атмосфере вечной осени и являемся высококлассными экспертами по различным видам дождей и ветров. Побережье океана всего в пятнадцати минутах на машине, но поехать туда на пикник в дождь и туман согласно не так много туристов.

Медленно, но верно, мои мысли возвращаются к моему новому напарнику и его жене. «На вид приятные…», – по мнению мамы. Она, определенно, слишком добра к людям. Я в этом отношении – не в мать. Злорадно вспоминаю, как на неделе Колину пришлось сообщить мне о своих розыскных неудачах. Связавшись со своим участком в Пайнвуде, с помощью коллег, детектив Саммер проверил все известные подпольные ломбарды в радиусе ста пятидесяти километров от Остина. Следов украшений миссис Кармайкл обнаружено так и не было.

Надо отдать должное Колину, я должна была инициировать подобную проверку еще месяц назад, а ему теперь приходится двигаться по остывшему следу. И он провернул ее в весьма сжатые сроки и довольно тщательно, я читала отчет. Но, я все равно злорадствую. Небось думал, быстро раскроет плевое дело и вернется в свой захолустный Пайнвуд победителем? Кэйти, да ты что же это, не хочешь, чтобы он уезжал? Он же раздражает тебя одним своим видом. Своей уверенностью и самонадеянностью. А может тебя больше раздражает наличие у детектива Саммера молодой и красивой жены?

Так или иначе, пока поиски драгоценностей Берты Кармайкл не закончены, Колину придется остаться в Остине. Вместе со своим усталым лицом, и своей Дженни.

Глава 7

По утрам в воскресенье я стараюсь завтракать вне дома. «Чайный оазис» раздражает меня своими оборками на скатертях и занавесках. Ну и, что скрывать, своим постоянным контингентом, и воздухом, настолько полным сплетнями, что хоть ножом режь.

Аккуратно отрезаю маленькие кусочки от яичницы-глазуньи и с аппетитом отправляю их в рот. Эти воскресные завтраки – еще один из моих способов «пожить для себя». А в этом небольшом кафе готовят прекрасную яичницу, и это единственное место в нашем городе, где заваривают вкусный чай, хотя, казалось бы…

Покончив с едой, перехожу к следующему пункту программы. Я была бы не я, если бы не составляла списки. Списки дел, в которых я так люблю ставить галочку напротив выполненных пунктов. По воскресеньям я почти всегда открываю свой «блокнот для списков», отмечаю, что из дел мне удалось выполнить на прошедшей неделе, какие из дел потеряли свою актуальность, а что я не успела или не смогла выполнить по объективным и не очень причинам. Обдумываю список на следующую неделю. Рабочие задачи перемежаются с «не забыть купить Итану новую рубашку к школьному празднику», а также «помыть наконец машину».

– Миссис Мэйси! Кэтрин!

Кончик моей ручки упирается в последнее недописанное слово, пока я взглядом пытаюсь найти, кто меня окликнул. Неожиданная встреча, надо сказать. Потому что передо мной стоит Дженни Саммер собственной персоной. Свежая, как утренняя роза, в этих модных псевдо-спортивных леггинсах, подчеркивающих изгибы ее фигуры. А фигура у нее, надо сказать, что надо.

«Откуда ты здесь взялась, Дженни?» – думаю я, с трудом выдавливая из себя жалкое подобие приветливой улыбки. Я плохая актриса. Нет, очень плохая актриса.

– Я тут исследую Остин: кафе, магазины, ну, вы понимаете, нужно как-то обживаться на новом месте, – Дженни улыбается и от этого становится еще более хорошенькой, – можно присесть к вам, я не помешаю?

«Я бы лучше выпила этим утром чаю в «Чайном оазисе», который ненавижу от всей души, чем выпить чаю с тобой, Дженни».

– Конечно, садитесь, вы мне нисколько не помешали, – старательно вру я, поспешно закрывая блокнот, на странице которого стержень моей ручки за это время успел оставить кляксу приличных размеров.

– Доброе утро. Будете что-нибудь заказывать? – молоденькая официантка нависает над нашим столиком. Да, таков наш Остин, с его немного чересчур навязчивым сервисом.

– Да, черный чай пожалуйста. Со сливками. – Дженни одаряет официантку своей фирменной улыбкой, пока я раздумываю, какой бы повод найти, чтобы сбежать от миссис Саммер минут этак через десять. Через пять минут, пожалуй, было бы совсем невежливо.