Зеленый путь (СИ) - Иванов Тимофей - Страница 44

— Доброго дня — слегка склонил голову я в ответ, уходя.

— Удачи — проговорил староста, снова берясь за дрова.

Хорошо хоть не стал расспрашивать о том, как было дело, благо вояки были достаточно болтливы. Хотя они конечно изрядно всё преувеличили, одних живых мертвецов по их словам мы встретили по крайней мере пять десятков, некромант шибал заклятиями как заправский архимаг, а мы с Корнегуром, отцом Шарпом и двумя баронами его забороли аки какие-то герои легенд, после чего он пообещал нам всяческие беды и сдох, в предсмертном усилии забрав с собой святого подвижника, заслонившего остальных собой. В общем всё вроде почти верно, но преувеличено раз в десять, не меньше. Хотя в целом плевать.

Перейдя поле, я встретился с поджидавшим меня Ахиллом. Люди по прежнему чурались его, да и сам горный кот был не в восторге от общества непонятных двуногих, а потому предпочёл переждать весь сыр-бор в лесу. В конце концов его молчаливую поддержку по нашей связи я чувствовал и оттуда. Кивнув друг другу, мы с ним перешли на бег. Мне явно было неплохо прочистить голову, а физическая нагрузка и морозный ветерок в лицо этому весьма способствовали. Остановились мы только у дома Корнегура, который вскоре вышел на крыльцо, проговорив:

— Нормально всё прошло?

— В целом да — проворчал я, нарезая круги по утоптанному снегу. После бега лучше резко не останавливаться, сердце привыкает что ему помогают гнать кровь ритмичные сокращения мышц. Наставник же предпочёл не ходить на церемонию прощания, «помолившись за павших своим богам в одиночестве» — Похоронили честь по чести, в выходной меня ждут в замке и избе исцеления, с продуктами всё будет по прежнему.

— Мог бы и не тратить время, у них жрец при боярине есть — хмыкнул он, а потом махнул рукой — Ладно, твоё дело. Остывай и иди в дом.

Кивнув, я так и сделал, вскоре скинув с себя волчью шубу на растущий из стены сучок. Корнегур же достал из подпола внушительных размеров амфору, поставил две кружки, одну побольше, другую поменьше, сломал телекинезом сургучную печать и разлил терпкое вино, тут же наполнившее горницу своим запахом. Подняв тару покрупнее, друид произнёс:

— Помянем старика. Пусть его новая дорога будет лёгкой.

— Да примет его душу Свет — кивнул я и выпил.

— Не кисни — проговорил друид, осушив свой сосуд — Тебе ли не знать, что это не конец?

— Не кисну. Просто наверно эгоист, мне его будет не хватать, да и не только мне — хмыкнул я.

— По чести и мне тоже, я уже как-то привык к этому желчному старику. Да и человек он был хороший — отозвался друид, вновь разливая.

— О мёртвых или хорошее, или ничего кроме правды? — не очень весело усмехнулся я.

— Ага — кивнул он, подняв кружку — Ну чтоб пастор за нами присмотрел из чертогов своего света.

— И чтоб не огорчался — отозвался я. Уж не знаю существуют ли те самые чертоги, но вдруг да? В конце концов я был атеистом, может по этому меня и просто кинуло в новую жизнь. Возможно у истинно верующих всё проходит как-то иначе?

— Что думаешь о некроманте и его посохе? — задал Корнегур неожиданный вопрос.

— Что ненавижу еб@чую тёмную магию. И некромантов — проворчал я — Ты уверен, что это был проклятый артефакт, а не какая-нибудь филактерия?

— Филактерия? — приподнял он бровь — Тебе старик о чём-то таком рассказывал?

— Скорее это знание из моего прошлого мира. У нас нет магии, только легенды о ней. По ним выходит, что тёмный маг, обращаясь в лича, привязывает свою душонку не обязательно к телу, какая-нибудь вещь тоже вполне годится — хмыкнул я — Правда не знаю сколько в этом правды.

— Я тоже далёк от подобных знаний, в конце концов они наверняка секретны и очень дороги даже среди самих некромантов. Уж эти-то за вечную жизнь удавятся — покачал друид головой — Что у вас вообще за легенды о некромантах ходят?

— Паршивые, не лучше чем здесь — пожал я плечами — Труполюбы есть труполюбы, с чего их самих любить? Так что встретил некроманта — убей его, а потом сожги и развей прах под молитвы, чтоб точно не восстал. Ещё считается, что они часто слуги демонов.

— Всё как здесь у простонародья — кивнул наставник, подливая вина — Хотя на деле демонам они конечно если и служат, то мясными одёжками. Этим тварям проще сожрать душу и сделать всё самому, чем контролировать строптивых рабов. Ну а все тёмные маги желают властвовать, а не подчиняться, у них на этом прямо пунктик. По крайней мере так считал мой наставник.

— Анархисты хреновы — проворчал я.

— Это ещё кто? — поинтересовался друид.

— Свободолюбцы головного мозга, у них на моей прошлой родине своё учение есть. Якобы нужно разрушить все государства и тогда все люди заживут как в раю без мытарей и надсмотрщиков с душителями свободы. Как будто не понимают, что там где нет крепкой власти начинается разбой. И в итоге самая крепкая банда становится новой властью — пожал я плечами и сделал новый глоток, чувствуя как хмелею. Вощраст и не тренированная печень давали о себе знать — Замкнутый круг человеческого бытия. Хотя было бы неплохо, если бы все люди были праведниками и никто никому не мешал жить.

— Когда-то, в золотой век, так и было — проговорил друид.

— Золотой век? — поинтересовался я — Не припомню чтобы ты о нём рассказывал.

— Да был такой на зоре времён у нас. Земли на всех хватало с избытком, общины с друидами жили привольно и даже простые крестьяне с охотниками успевали увидеть в разы больше вёсен, чем сейчас. Что уж говорить про тех, кому открыты тайны Природы? Однако со временем всё становилось хуже и хуже, последовал сначала серебряный век, а потом бронзовый, который в свою очередь сменил век героев. В нём наши предки встретились с иными видами разумных существ и начались войны. Ну а сейчас закончен и он, теперь в Моравии так бывает, что люди одного корня из разных княжеств идут друг на друга с огнём и мечом. На самом деле ужасное время, если подумать — заметил он.

— Ага. Ещё раньше небо было выше, трава зеленее, а у баб сиськи больше — проворчал я на эту историю.

У нас тоже одни считали, что хорошо было при батюшке-царе и хрусте французской булки, а другие превозносили Советский Союз, что оказался не таким уж нерушимым. Нет, не спорю, и там и там были положительные моменты, но правда в том, что никогда люди не жили так хорошо, как в покинутом мной времени. Просто технический прогресс не стоял на месте и нам перепало его плодов от свободы знаний в интернете, где любые учебники можно достать и с любыми специалистами посоветоваться, до качества лечения зубов. В фильме «Иван Васильевич меняет профессию» про Шпака не совсем шутили, к стоматологам совсем недавно и взрослым мужикам ходить было страшновато. Но людей не убедишь, древние римляне с греками тоже верили в прошедший золотой век. Будут говорить про то что раньше было лучше и после две тысячи сотого года на Земле. Лишь бы ядерной войны не было и было кому говорить.

— Не веришь? — с усмешкой спросил у меня Корнегур.

— Не буду верить из принципа, даже если это правда. Что вообще за дурь? Раньше было лучше и так хорошо уже точно не будет — добавил я в голос драмы — Будет! Жизнь на том стоит, что мы поколение за поколением работаем, чтобы оставить своим детям что-то, чего не было у нас. Или хотя бы то, что было, но больше и лучше. Так что сказки это про золотой век, он не позади, а впереди, надо просто не ныть, а работать, строя до него дорогу, вот и весь сказ.

— Такая точка зрения тоже бытует, на ней мой учитель стоял. Правда его это никуда не привело — покачал друид головой, опять осушив кружку.

— Какой он вообще был? — спросил я, тоже воздав должное вину.

— Когда мудрый, а когда импульсивный и пожалуй второго в нём было больше, чем первого. До седых волос дожил, а всё хотел мир переделать, как мальчишка. И смести тех, кто мешает — проворчал Корнегур — Не становись лучше таким как он. Они горят ярко, но конец всегда один.

— Конец всегда один в любом случае, никто не вечен, а смерть однажды всех запишет на свой счёт, тут тот труполюб не ошибся — хмыкнул я, после чего продекламировал на моравском — Время стирает в песок даже острые скалы. Все вещи однажды растают, как утром туман над водой. И звёзды исчезнут, и люди исчезнут, и страны. Но то, что ты делал добро — навечно с тобой.