Зеленый путь (СИ) - Иванов Тимофей - Страница 47

— Здорово, Хамфри. Уже разогрелся?

— Опять ты, мелкий — хохотнул он — В печь тебя колдун ещё не засунул?

— Ждёт когда подрасту и отъемся — развёл я руками, снимая поклажу и пояс с ценным содержимым.

Сказки о Гензеле и Гретель тут не было, но вполне существовал её аналог, так что шутка про запечённого в собственном соку ученика уже стала у нас традиционной. А вот разбить фиалы со снадобьями было бы ни разу не смешно. Зато я про себя тихо подхихикивал над Щербатым, что никак не возьмёт в толк, почему я не дуюсь на шутки про свой возраст, в отличии от всех остальных. Впрочем надо сказать, что к своим годам я уже вымахал не маленьким, среди крестьян Увтстона есть взрослые мужики ниже, да и мышечная масса присутствовала. Вот что Сила Природы животворящая делает вместе с систематическими тренировками! Собственно у меня было подозрение, что через годик немаленького Хамфри я перерасту или хотя бы почти сравняюсь с ним. Но тут скорее всего ещё вина генов, скорее всего мой биологический папаша был тот ещё шкаф с антресолями.

— Ну пусть ждёт. Хватай свою деревяшку понадёжнее — махнул вояка рукой — А вы, бездари, марш к столбам. И не сметь халтурить!

Парни слегка выдохнули, отправившись отрабатывать удары на вкопанных в землю брёвнах. Ну а я и правда взял в руки посох. Традиционно мы начинали именно с него, всё таки это оружие мага, им мне в первую очередь отбиваться, если кто-нибудь доберётся до ближнего боя. Щербатый ухватился за тренировочный меч и щит, ударив первым по второму, когда встал напротив меня. А затем резко рванул в атаку с криком:

— Гра!

Пришлось отводить его выпад, уходя в левую сторону, чтобы не получить ребром деревянного круга из крепких досок. Когда шит прилетает в рёбра — это очень неприятно. Однако пусть у меня не было зашиты, но посох выгодно отличался от меча своей длинной, так что я сходу попытался достать ногу противника. В свою очередь Хамфри тут же ушёл от взмаха колдовской палки, намереваясь сделать выпад. Только вот я не дал ему этой возможности. Если нечем защититься, остаётся только атаковать, чем и пришлось заняться, чередуя удары концами посоха по уровням. Сам Щербатый сходу не смог найти возможность для ответа, а потому разорвал дистанцию, отскочив назад. Кристалл на моём посохе блеснул колдовским огнём и я проговорил:

— Поздравляю, ты мёртв.

— Хрена с два, у меня амулет зачарованный. Так что давай ещё раз — проворчал он, снова бросаясь в атаку. Цацки с магической защитой у него конечно не было, такая только у барона есть, но новая схватка всё равно началась.

Хотя не уверен, что наши спарринги стоит называть именно схватками. Моя задача в них только продержаться, пока на помощь условно не придёт Ахилл, бегающий сейчас в лесу чтоб людей не пугать клыкастой улыбкой. Ну или добиться разрыва дистанции, что позволит применить волшебство. Сейчас дружинник проиграл, но в целом счёт по прежнему был сильно в его пользу. Впрочем я тешил себя надеждой, что настоящий враг несколько удивится моими навыками, он же не Хамфри, который меня как облупленного знает. Хотя учиться владеть оружием, как посохом, так и мечом с кинжалом, мне по прежнему нравилось. Какой настоящий мужчина не любит разные смертоубийственные железки? Я точно любил и серьёзно собирался вырастить однажды куцый кристаллический ножик до меча, а потом зачаровать его. Получится должно не то чтобы супер-оружие, но вполне себе серьёзная вещь. Такую и графу на пояс будет незазорно повесить, а потом в бою использовать. Если не напортачу.

В итоге с Щербатым мы проваландались как обычно до обеда, после которого отмылись и пошли перекусить, чем барон послал. Я, пусть несколько формально, числился его человеком, а потому мог столоваться в замке наравне с воинами. Жаль только сам сир Лионель уделял мне всё меньше внимания, что по большому счёту свойственно многим местным владыкам. Некоторые вообще между войн время проводят в пьянках или охотах, на которую наш сюзерен сегодня утром как раз выехал. Скучно рыцарям от мирной жизни!

Перекусив и поговорив с Щербатым за жизнь, мы снова вышли во двор и я заметил в дверях замковой часовни пастора Доминика, бросившего на меня взгляд и скрывшегося в глубине помещения. Сердце кольнуло беспокойство, что вдвойне неприятно, если вспомнить тревогу леса. Позвав по нашей связи Ахилла поближе к деревни, я проговорил:

— Ладно, не скучай.

— С этими жопорукими заскучаешь — проворчал он, кивая на новобранцев — Скоро всю кровь мне выпьют.

— Пока больше похоже, что происходит наоборот — хохотнул я, глядя на заморенных парней.

— За внешним благостным фасадом всё может быть не так просто — пожал плечами он.

— Ага. А на заборе можно написать матерное слово про гулящую женщину, но за ним по прежнему будут лежать дрова — фыркнул я

— О, ты не представляешь сколько среди женщин брёвен — хохотнул он, а потом хлопнул меня по спине лопатообразной ладонью — Ладно, шагай уже, мелкий.

— До скорого — кивнул я, отправившись в сторону Уатстона.

В деревне за неделю ничего не изменилось, разве что один пациент выздоровел, а два новых заболело. На дворе конечно лето, но нефиг слишком долго сидеть в воде. Хорошо я есть, а в худшем случае можно напрячь духовника барона, а то ведь воспаление лёгких может без проблем стать смертельным. Так что влив в болезных лекарство, я напутствовал старосту, присматривающего за лазаретом на правах головы деревни:

— Давай им по ложке в день до послезавтра. А как придут в норму… Ну пороть их уже поздновато, но придумай что-нибудь.

— За этим дело не станет — хохотнул Жафран, бросив на пациентов многообещающий взгляд, когда на улице раздался топот копыт.

Ахиллес, притаившийся в поле передал мне картинку того, как к часовне подъехало четыре человека. Двое в слегка запылившихся одеяниях жрецов Света, один постарше, второй помоложе, вояка в белой котте с символом солнца поверх хорошей кольчуги, судя по всему брат меченосец, и совсем молодой парень, по виду послушник, тут же принявший у остальных поводы лошадей. Самый младший остался снаружи, а вот троица зашла в целительскую избу, увидев меня уже взявшим в руки посох.

— Тебя зовут Рэзором — не то спросил, не то утвердительно сказал старший из них.

— Вежливые люди обычно сначала представляются сами — насторожено ответил я. Что-то великовата делегация для сопровождения нового пастора, да и он бы скорее с какой-нибудь оказией к нам приехал вроде купеческого обоза. К тому же смотрели гости на меня натурально как солдат на вошь. Ну или инквизиторы на еретика.

— В общении с колдунами вежливость не к чему — с апломбом и абсолютной убеждённостью заявил жрец с короткой седой бородой — Ты едешь с нами.

— Ага, только валенки зашнурую — фыркнул я, изрядно офонарев от такой наглости. Церковь вообще не имела власти кого-то брать за шкирку и куда-то тащить… Ну разве что беглых монахов или иных своих членов, как раз находящихся в юрисдикции церковного суда.

— Брат Андрэ, вбей пожалуйста в необразованного знахаря немного манер — произнёс седобородый, а его спутник в кольчуге достал из ножен меч и отправил во все стороны от себя волну золотого света, которую я прежде видел в исполнении отца Шарпа. Магия временно отключилась.

Ну твою-то ж мать, это что за манера общения с ближним⁈

Глава 19

Хотелось сложить на слуг Света много добрых и хороших слов, попутно выясняя что эти ошибки молодости пьяных родителей вообще творят, но ситуация не совсем располагала к разговорам. Андрэ взмахнул мечом, попытавшись ударить меня им по голове, хорошо хоть плашмя, что намекало на необходимость всё таки взять меня живым. Но я без труда парировал его железку посохом, используя укунскую науку, мужик действовал явно в треть силы, чтобы простолюдин или хрупкий маг случайно не расплескал свои мозги. И в этом был мой шанс, всё таки кое-кто тут был покрепче обычных людей. Вслед за защитой последовал быстрый удар вторым концом посоха под колено, поножи спасли брата-меченосца от травм, но от неожиданности его нога всё же подогнулась. А я рванул вперёд, видя как мимо моей головы пролетает табуретка, запущенная рукой Жафрана в голову жрецу. Бывшему десятнику, при всей его набожности, явно не понравилось, что какие-то куи с бугра куда-то решили потащить человека его сюзерена. Очень уж нетипичное поведение для церкви, тут до того можно додуматься, что у нас здесь вообще ряженые с каким-то хитром артефактом… Впрочем пойди разбери что там у старосты в голове творилось, может просто рефлекс у старого вояки сработал.