Деревенский лекарь (СИ) - Денира Анна - Страница 10

– Ох, да, спокойной. Спасибо…

Вот так просто. Развернулся да ушел…Точно я себе всякого ненужного надумала. Нравлюсь…Вот же глупости! Открыв дом, я на порог зашла, но, поддаваясь некоему порыву, обернулась, чтоб взглядом проводить, да тут же зарделась. Стоял он у калитки и на меня смотрел.

11

Дни за работой летели быстро, неумолимо приближая поездку в город. Несколько отравлений, пара лихорадок, с десяток ушибов, один перелом, две ветрянки да шесть животов с болью – и вот я уже стою у телеги, на козлах которой восседает Руська. Перебирая поводья с довольным видом, она ждала, покуда бочки пустые погрузят, а я, стоя рядом с эльфом, неловко с ноги на ногу переминалась. Любила я поездки эти, да только все дела на хирурга перекладывая, вину ощущала, словно люд свой бросаю и от работы бегу. И все ж уставшее тело просило отдыха, и хоть ехали мы туда запасы свои пополнить, а все ж намеревались до вечера остаться и на ярмарке погулять. Помимо меня и Руськи в город дед Жок собрался – он у нас пасеку у леса держал – Геморас и Хельсарин, что по случаю приоделся в рубаху черную. Сдружились мы с ним чутка за дни минувшие, и, хоть не знала я о нем ничего, чувствовала, будто знаю этого молчуна годами. Забравшись внутрь, мы по углам расселись, и подружка моя, театрально откинув волосы назад, пустила лошадку в путь.

День был хороший. Дул прохладный легкий ветер, шевеля колосья на полях, пушистые и вместе с тем плотные облака изредка прикрывали землю от палящих солнечных лучей, и бойко бежала лошадь по сухой разровненной дороге. Надев на голову соломенную шляпку, я придерживала её рукой. Волнистые рыжие волосы, ниспадая на светло-зеленое платье, иногда попадали в глаза и рот, заставляя то плеваться, то быстро моргать. В глубоком кармане юбки оттягивал ткань небольшой кошель, и все ж, боясь потерять деньги, я вновь и вновь касалась его рукой.

Хельсарин, щурясь от солнца, молчал, как молчал и Геморас, и Руська, смущенная присутствием незнакомца. Один дед Жок, прихватив с собой лютню, не унимался, раздирая глотку. Если поначалу это были известные и приятные слуху баллады, в такт которым стучали туфли, то спустя час дороги мелодии превратились в матерные частушки.

– Жили-были два Ивана,

Не было у них девчат!

Улеглися друг на друга,

Только яйца их стучат!

Й-й-йе-х!

– Дед Жок! – вскрикнула я, давя в себе смех и всеми силами выказывая возмущение. – Ну, кто о таком будет на всю округу орать?

– А хде, милая, мне еще это орать? – очаровательно расплывшись в своей беззубой улыбке, он задорно подмигнул.

– Вы, Жок, лучше вот ту спойте, – подливая масло в огонь, хитро бросила Руська.

– Девка плавала в пруду!

Ей карась попал в п….

– Дед Жок!

– Карася, конечно, жалко,

Но рыбалка, есть рыбалка.

Так и ехали мы, распугивая птиц на ветках да работяг в полях. Недалече от нас село Дынька стояло, но мы мимо проехали, чтоб люд не тревожить и самим не задерживаться. Минул еще час один, и сменилась грунтовая дорога грубой, местами взрытой брусчаткой. Пропали из виду золотые колосья, потянулись зеленые луга, и вот меж холмов, наконец, показались верхушки высоких домов. Еще быстрее побежала лошадь, почуяв скорый привал, и все мы повернулись в сторону, завороженные видом. Город Вайлот славился своими садами, ярмарками и высокими строениями, чьи стены повсеместно увивали лозы. Он не был большим, и все ж у многих был на слуху, став известным после того, как герцог наш тут обручился.

Кривая брусчатка стала ровной, дорога круто потянулась вниз, отчего дед Жок неловко съехал по лавке прямо на меня. Хрипло рассмеявшись в ответ на мой сдавленный стон, он подтянул себя обратно на место, не переставая нахваливать местный магазин с наливками. От раскинувшихся у стен города фруктовых садов потянуло сладким запахом, смешавшимся с ароматом выпечки и специй. Аллея из яблоневых деревьев оборвалась воротами, у которых несколько стражников без всякого энтузиазма бегло осмотрели телегу.

Оказавшись внутри на знакомой площади со статуей первого герцога Артрийского, я заозиралась по сторонам, не без удовольствия подмечая то, что здесь ничего не поменялось. Несколько таверн, соперничая друг с другом, все также выставляли перед дверьми громогласных зазывал, все также развевались маленькие флажки на растянутых меж домов веревках, и все также громко ругался конюх на своих помощников, дремлющих на стогах сена. Заплатив ему пару монет, Руська направила сияющий восторгом взгляд на уходящую вверх дорогу.

– Во сколько встретимся здесь? – спросила я сразу до того, как все разбредутся на все четыре стороны.

– А как пробьет башня восемь, так и пустимся обратно, – не оборачиваясь, ответил дед Жок, утягивая Гемораса за собой. – Коли не придем, так и ехайте без нас.

– Как это не придем…– испуганно обернувшись, Геморас впервые посмотрел мне в глаза с немой просьбой. Я лишь пожала плечами. Дед Жок без собутыльника не мог, а просить эльфа, авось, побоялся.

– Дуйте-дуйте, – хихикнула Руська, рассматривая щуплую старую фигуру, утаскивающую за собой огромного детину, – а вы, Хельсарин, чегой-то в городе забыли?

– Мне нужно найти кое-кого.

– Ну, удачи, – схватив меня за руку, девушка несколько грубо оборвала разговор. Уже следуя за ней, я обернулась, чтобы помахать эльфу рукой и смягчить столь поспешное прощание.

Мы шли меж домов, прислушиваясь к бойким перебранкам хозяек, что развешивали белье на балконах. Вкусно пахло свежим хлебом из местной пекарни, жужжали пчелы над новенькими клумбами и громко смеялись дети, бегая по дорогам и пугая стайки голубей. Но, пытаясь внимательно слушать планы Руськи на день, я все ж не могла не думать о Хельсарине. Хоть и пообещала я присмотреть за ним, а выздоровел он быстро, и не было нужды у него более в помощи медицинской. Казалось мне, что найдет он себе сейчас лекаря магического, восстановит силы полностью да исчезнет…Конечно, исчезнет, в конце концов, он в деревню не по воле своей пришел.

– Чтой-то ты нос повесила? – прервала свой монолог Руська, тряхнув золотистыми кудрями.

– Как думаешь, вернется ль эльф этот с нами обратно?

– Тю, – хмыкнула она тут же, – ясен пень, что нет. Оделся нормально, пожитки свои скудные прихватил, очухался от раны. Что ему у нас делать? Только рот лишний.

Правильно все Руська говорила, да только отчего-то грустно делалось на душе. Едва ль мы хорошо знакомы были, а все ж ощущение гадкое давило, словно упустила я снова что-то, за что и ухватиться не смогла. Конечно, пора ему края наши покинуть, но думалось мне, что сделает он это после, заведомо предупредив. Не нравились мне прощания спонтанные, поспешные…

– Понравился? – с хитрым прищуром спросила Руська, переключая все свое внимание с магазинов на меня.

– Кто его знает, – ответила честно. – Мы ж знакомы всего-ничего.

– Уж две недели минуло, считай, как очнулся. Людям этого достаточно, чтоб кольцами обменяться!

– Ты глупости мне не говори. Трудолюбивый он да рукастый. Конечно, поглядывала…

– А только ли в этом дело? – не унималась Руська, внезапно перейдя на шепот. – Он же ж и с виду хорош! А ты его и без белья видала…Это что ж там у него за агрегат, что даже ты…

– Обычный! – залившись краской, рявкнула я под гогот подружки. – Самый обычный!

– Это сколько ж пипидастров ты повидала, что оценку даешь столь быстро?

– Уж достаточно!

Ускорившись столь быстро, что Руське пришлось бежать следом, я так сильно схватилась за подолы шляпки, что соломенная конструкция предательски хрустнула, оттягиваясь вниз за моими пальцами. Что уж печалиться! Был бы повод! Уйдет, так уйдет, нечего ещё из-за этого переживать, как будто в жизни других проблем нет…Он человек столичный, к тому же из кругов других, а потому не по пути нам точно! Не переедет же он ко мне в деревню, в самом деле? И почему я вообще вообразила, будто может быть что-то?

Пытаясь избавиться от ненужных дум, я вместе с Руськой отвлеклась на магазин с тканями, где собралась было купить льняную бирюзу на платье, покуда не увидела цену. Попытавшись выбить скидку и потерпев поражение, я расстроилась лишь больше, ведь новая обувь нужна мне была срочно. Взгрустнула и Руська, что долго металась меж алых тканей, но не смогла позволить себе ни одну из них. У сапожника мы снова пустились в горячие обсуждения и даже смогли сбить цену, купив похожие туфельки старой модели. Радость от покупки чего-то нового побудила Руську купить себе ободок на голову, а я приобрела у садовницы семена с лечебными травами. После зашли к алхимику местному, товары заказанные забрать, но коробок много оказалось, а потому договорившись о доставке до конюшни, я ушла, так и не купив новенькую капельницу – как и всякое нововведение, стоила она непосильно кошельку деревенскому. Бинты, ватки, перчатки и предметы прочие, что в работе необходимы были, нам бесплатно герцогством выдавались, да только лекарств это не касалось. Развивалась магия, и не было нужды алхимикам препараты новые разрабатывать. Долго мы с Тувелдоном прошения писали, чтоб антибиотики бесплатно выдавали докторам на руки, а все ж приходил один отказ за другим – дорогое это лекарство было…