Ножны для меча (СИ) - Кузнецов Павел Андреевич - Страница 37

Однако отвечать не спешил, хотя всё уже для себя решил. Кошки должны высказаться. Нельзя взять, и просто наплевать на остальных сестёр. Это неправильно. Они сами должны прийти к неизбежности и неотвратимости единственно правильного решения. Поэтому я лишь поймал одну из обнимающих плечо ладоней и принялся её поглаживать, ожидая реакции остальных. Лита тоже не спешила. У юной снежки хватило такта и рассудительности, чтобы не пороть горячку. Она, как и я, внимательно вглядывалась в сестёр. Разве что делала это с прищуром, с полной верой в правильность сделанного выбора.

— Ты должна знать, кошка, что использование котов из фракции не совсем то, ради чего затевается второе посвящение, — первой отошла Милена. Ну, ей-то положено, она Старшая. — Ни один член фракции не откажет другому в поддержке. В отличие от гражданских…

— Только это не мешает валькириям в большинстве случаев снимать именно котов. И ты знаешь почему, Старшая, — без тени недовольства возразила Лита.

— Вообще-то девочка права, — задумчиво изрекла Триша. — В прошедшие месяцы она крайне редко участвовала в наших ночных игрищах. Не до того ей было… Решила наверстать?

— Не только, сестра. Ещё решила проявить свойственную кошкам бесшабашность, — утвердительно кивнула эта невероятно смелая и решительная снежка.

— И совесть мучить не будет? — насмешливо изогнула брови Викера.

— Будет, наставница, — на этот раз молодая не смогла выдержать взгляд многоопытной ариалы, даже глаза опустила. — Поэтому… вы можете присоединиться. Только немного позже.

— Нет! — резко нахмурилась Мисель, и все странно на неё посмотрели. Лита ощутимо напряглась: ожидать от безбашенной гонщицы можно было чего угодно, и даже принципиальной позиции вопреки воле стаи. Лишь когда метиллия продолжила, у снежки отлегло от сердца. — Никаких «присоединиться». Это твой вечер и твоя ночь, девочка! А то, что ты так ловко обошла старших сестёр — ну так на то она и молодость, чтобы обходить на поворотах более косных и всё уже познавших. Я — «за». Пусть Лита отожжёт.

В том же ключе высказались и остальные, так что Милена вскоре подвела итог:

— Ну вот и порешили. Несмотря на формальное попрание древних традиций… выбор юной кошки полностью вписывается в реалии современной Республики. Снять кота — сильный ход. Требующий от претендентки как раз таких качеств, которые уважаются во фракции, — и уже тише, себе под нос. — За исключением того, что старшим по носу щёлкнула. Не очень в духе фракции. В следующий раз предупреждай заранее о таких вещах. Уяснила, безбашенная дочерь Синергии?..

— Да, Старшая. Я запомню твою науку…

— Ну вот и славно. А ты что думаешь, кот? Тебя ведь это напрямую касается. Не боишься быть сегодня основательно попользованным нашей молодой, да ранней?..

— Нет. Не боюсь. Я верю в благоразумие Литы. Ради дешёвого хайпа она не станет приносить в жертву отношения в стае.

— Ты прав, брат… — девочка склонилась к самому уху и мягко шептала теперь — так, чтобы расслышал лишь я один. — Я не разочарую тебя. Всё будет, как ты любишь… с некоторыми, правда, коррективами. Понимаешь, о чём я?..

— Догадываюсь, — возбуждение резануло особенно остро. Кошка знала, куда бить. Её намёки сделали куда больше, чем любое прямое заигрывание.

Я резко поднялся со своего места. Развернулся ко всё ещё ожидающей решения снежке. Шагнул ей навстречу и жадно впился в коралловые уста. Сначала продавил её язычок своим, но потом резко ослабил нажим, позволяя девочке ворваться уже в мой рот. Когда поцелуй прервался, Лита довольно облизнулась, пожирая меня хищным взглядом своих острых льдистых глаз. Сегодняшняя битва обещала быть жаркой…

Наверх мы взлетели по лестнице — полностью проигнорировав гравитационные лифты. Пальцы наших сцепленных ладоней, когда мы достигли этажа с заранее забронированной комнатой, переплелись, подобно клубку змей. Разлепить их было решительно невозможно, да и не нужно. Пока целовались, дверная мембрана протаяла и замерла в таком положении, приглашая в свои объятья. С нашего места отлично просматривалась небольшая тренировочная зона, а сразу за ней — монструозная кровать. Всё, как валькирии любят.

Прервав поцелуй, Лита обещающе улыбнулась; потянула меня, увлекая вовнутрь. Здесь мы вновь остановились, в нескольких метрах от обширного ложа, почти по центру тренировочной зоны. Мягкое покрытие доверительно льнуло к ногам, создавая ощущение тонкой прелюдии. Гибкие пальчики юной прелестницы шебаршили в ладони, непрерывно ласкаясь. Тёмно-синие глаза, похожие на безбрежные океаны, сейчас особенно глубокие, глядели пристально и неотрывно. Кошка ловила любой нюанс моей на неё реакции. Рыжая вознамерилась научиться читать меня, словно открытую книгу — в этом теперь не было сомнений. А для этого следовало сначала понять, чем дышу, ради чего живу и… чего жду от сестры по стае и от женщины, с которой делю ложе. Конечно, ей было значительно проще, ведь мы уже прожили, почитай, под одной крышей не один месяц. Поэтому заново ничего открывать не требовалось — достаточно было обобщить всё то, что она и без того знала, но чему не придавала значения.

— Давай начнём… с чистого листа, — мягкий, обволакивающий голос проник в самые потаённые закутки сознания, окутывая их невесомой пеленой желания.

— Лита… мы уже давно начали. Нужно просто… завершить. Оформить всё то, что сложилось за эти месяцы.

— Наверное, ты прав… — протянула она, секунду подумав. — Только это должно происходить не так!

Тут же меня будто обожгло возбуждением. Рыжая явно задействовала имплант, пусть и не фатально, в каком-то утончённом, невесомом режиме, но и этого хватило. Сейчас, когда я и без того жадно пробегался глазами по её обтянутому чёрнильной формой телу, мне потребовался лишь небольшой толчок к действию. Подавшись вперёд, я запустил ладони под магнитную застёжку — аккурат в районе груди. Рывок — и эластичная ткань разошлась, открывая взгляду милый животик и роскошные грудки.

Этот, новый, вид поверг меня в натуральный сенситивный шок. Ладони сами собой заскользили по животу рыжей красотки, по её талии, чтобы через мгновение замереть на плотных ягодицах. Я сдавил аккуратную попку прелестницы, и тут же подался вперёд, покрывая поцелуями полукружия женских грудок. Целовал, проходился языком, прикусывал соски — в общем, делал массу всего, чтобы добиться главного — полной готовности подруги к переходу на новый уровень. Можно было, конечно, навалиться и попытаться взять нахрапом, вот только сейчас явно был не тот случай. Несмотря на тягучее возбуждение, я отчётливо осознавал, что эта ночь — её и только её. Поэтому Лита сама должна определять, что и когда должно происходить между нами.

Юная кошка приняла игру. Её горячие ладони проникли под мой комбинезон — но мягкие ласки почти сразу сменились беспощадным напором. Рывок — и вся верхняя часть формы Экспансии оказалась сорвана. Пришлось даже выпустить её бёдра из объятий — настолько решительным вышел рывок. Ну а минутой позже уже я рванул, оголяя девочке торс. Она, кстати, только довольно взрыкнула, с радостью принимая новую диспозицию.

Следующий шаг показался мне насквозь логичным и единственно правильным: я опустился перед республиканкой на колени. Всё же она подтвердила своё намерение начать знакомство с чистого листа, и теперь передо мной была не юная пигалица, страстно желающая прикоснуться к стайному таинству, а уже сложившаяся, через многое прошедшая валькирия. Комбинезон тут же оказался стянут не только с торса, но и с покатых бёдер. Моим прикосновениям открылся шёлк молодой кожи, а взгляду — завлекательная полоса между ножек, которая почти сразу распахнулась навстречу, стоило красавице закинуть ножку мне на плечо. Бутон сладострастия жаждал прикосновений, и тут же получил их.

Следующие несколько минут девочка упивалась моими ласками. Её пальчики сновали по плечам, по спине, по рукам — то и дело оказываясь среди моих коротких прядей, жадно впиваясь в волосы. Снежка в этот момент плохо себя контролировала, вся её природа требовала одного: притиснуть меня к себе как можно сильней, заключить в натуральный плен из бёдер и рук, и лишить всякой способности к сопротивлению. Кошка отлично знала правила этой игры — и вела её последовательно и неостановимо.