Измена. Попаданка в законе 2 (СИ) - Нильская Тереза - Страница 6

Боги, какого ещё другого сына? Ларике было восемнадцать лет, она была девственница, я в этом лично убедился. У нее никогда не было мужчины до меня, в физическом плане, и беременности ранее!

Но если в ее теле попаданка, то наличие других детей возможно…

Боги, я с ума так сойду! Кто ты, Лара-Ларика?

Надо отвлечься, это все выверты сознания. Есть главное! Я нашел свою Ларику, я нашел своего сына, я спас их от голодной смерти и обезвоживания, присущим при беременностях человеческих женщин в паре с драконом. Когда подходит стопроцентно только кровь отца-дракона.

Я спас свою семью. Все остальное сейчас не важно. Они — Ларика и сын Алекс — моя семья. И только с ними я не буду последним из рода.

Слышу звуки у входа палатки, аккуратно встаю, целую Лару-Ларику в лоб, укрываю потеплее и выхожу на воздух.

К палатке подтягивается целая процессия. Что-то слишком много желающих поднять меня с постели рано утром, в чем дело?

Впереди идет генерал Джеральд Харлоу. Ну да, я не успел ему ещё все доложить по мобилизации, планировал сделать это сегодня. Спасти Ларику и сына для меня было важнее.

Джеральд — родной брат короля Арчибальда. В отличии от Арчи, он боевой генерал, честолюбивый, властный и жесткий командующий всеми войсками королевства.

Это все то, что так надо для Вольтерры в условиях возможной войны. Это он принял командование армией здесь восемь лет назад, едва не погиб. Это он спас королеву Мэлли.

Но если с Арчи мы друзья, то с Джеральдом — нет. Он брат моего друга. А это не одно и то же.

Я не могу сказать, почему мы не стали друзьями, и даже не приятельствуем. У нас абсолютно ровные деловые отношения. Но мы очень разные.

Я считаю, что он чрезмерно честолюбив. Честь и долг превыше всего. Поэтому он один. А что он считает в отношении меня, я не знаю. Да мне это и не интересно.

Рядом с Джеральдом идет мой друг Рочи — Рочестер Даллау, начальник тюрьмы. Вот с ним мне всегда просто и ясно. И он мой друг.

Еще идут конвоиры из драканов и драконов и…

Ба, да это же Синтия, догнала меня все-таки. Это неприятно и досадно. Зачем ты прилетела, Синтия, когда я наконец-то обрел снова свою истинную?

Я не говорил еще ей это, а надо сказать. Чтобы драконица все правильно поняла и не строила никаких иллюзий на мой счет. Мне стыдно за свою слабость в королевском дворце.

Почему я после трагедии на озере сразу не полетел на Север? Почему направился во дворец…

Я иду им навстречу, здороваюсь, спрашиваю, в чем дело. Рочестер пытается что-то сказать, но Джеральд резко обрывает его.

— Поступил достоверный сигнал, от истинного патриота страны, что в твоей палатке скрывается опасный враг государства. Это попаданка Ларисса Вэлби, выдающая себя за твою истинную Лару Эшбори. И ты ее должен выдать правосудию. Немедленно!

Глава 5. Маркус

Откуда Джеральду это известно? Неужели кто-то из дежурных солдат подслушал ночью слова Ларики?

Решение приходит мгновенно. Так, надо все отрицать. Надо не допустить ареста.

Кем бы ни была Лара-Ларика, моя истинная или попаданка, в ее теле живет мой сын, и она его любит. И я не допущу гибели ни Лары, ни сына.

— И кто же он — тот истинный патриот? — рассчитываю, что назовут кого-либо из солдат, и я буду утверждать, что им послышалось. — Что за ересь он придумал?

— Это я, — вылезает из-за мужских спин знакомая рыжая физиономия. — Я слышала все!

—. Что ты могла слышать? Ты только что прилетела, Синтия! Я тебя не видел. А я всю ночь был здесь.

— Но я слышала, — упирается драконица.

— Тебе послышалось, — твержу я. — Ты слышала больной бред.

— Что за женщина у тебя в палатке? Ты должен ее предъявить! — наступает Джеральд.

— Там только моя жена, моя истинная, и я никого не пущу ее тревожить. Она больна, ей нельзя волноваться, и она без сознания.

Я спорю и закрываю собой вход в палатку. Но с Джеральдом пришло очень много военных, и они окружают меня. Понимаю, что дело принимает очень серьезный оборот.

И еще всех подогревает Синтия:

— Ты сильно ошибаешься, Маркус! Есть неоспоримые доказательства ее вины! И, как патриот страны, я не могу об этом молчать. Я законопослушная верноподданная короля Харлоу. И я подтверждаю, что женщина по имени Лара — попаданка!

Ах ты, зараза рыжая! Когда же я от тебя отделаюсь.

— У нас есть только один способ в этой ситуации — поместить попаданку в тюрьму, — буквально рычит Джеральд.

Он взбешен, что ему мешают проводить его работу. Известно же, что в последние годы он возглавлял отдел по борьбе со шпионами и иномирянами.

Я рвусь обернуться в дракона, но Рочестер хватает меня за руку, сильно дергает, удерживает, шипит в ухо:

— Остынь, Маркус! Давай не на эмоциях. Так ты ее не спасешь, а сделаешь только хуже. Вас обоих схватят, и спасать ее будет некому. Надо подключить к разбирательству Арчи.

Я с трудом заставляю себя не дёргаться и молчать.

Военные, пришедшие с Джеральдом, ныряют в палатку, а Рочестер держит меня. Через несколько минут выводят бледную и слабую Ларику.

— Эта попаданка, — визжит Синтия. — Попаданка, арестуйте ее! Она угроза всему драконьему миру!

Лара не сопротивляется, но внимательно обводит всех глазами и…требует доказательств.

— У вас что, есть доказательства? Нельзя голословно обвинять в преступлении! Оговор — то же преступление.

У меня почти ступор. Откуда эта удивительная выдержка?

И это слишком непохоже на прежнюю Ларику. Не знаю, что и думать: попаданка она или нет? Но может быть я ее просто очень долго не видел, мы же полгода в разлуке.

Рочестер тут же поддерживает Лару:

— Синтия, нельзя никого оговаривать! Это слишком серьезное обвинение. У вас есть доказательства?

— Конечно, есть, — кричит Синтия, — я все записала, вот подслушивающий камень!

И предъявляет его в качестве доказательства. И это неоспоримо. Ах ты зараза, точно в палатку проникла. Да когда же ты успела только!

И все слышат слова признания:

— Мы поменялись телами, я не Ларика, Ларики больше нет. Меня зовут Лариса Вербина. Я попаданка.

Синтия отрывается по полной:

— Она попаданка, похитительница тел! Перемещается по мирам и похищает тела…

И я опять растерян. С одной стороны, если Ларика совсем не Ларика, а от нее осталась только оболочка, и в этой оболочке живёт чудовище, убившее мою Ларику — то это без сомнения враг страны и мой личный враг.

С другой стороны, а если эта девушка Лара, так похожая на мою истинную, действительно Ларика, и все это огромная ошибка, оговор, наговор?

Тем более, что в ее теле абсолютно точно живёт мой ребёнок. Я с ним говорил. И он точно любит свою маму. А она любит его. И тогда мне либо надо спасать свою истинную с ребенком, либо спасти хотя бы ребенка, в том числе от чудовища, которое поселилось в теле Ларики.

Боги, что мне делать?

Из столбняка меня вывела драка. Командир гарнизона тюрьмы, сильный дракан-полукровка Дэб Бароу, увидев, что Ларику-Лару пытаются увести, кинулся на конвоиров. Какой безрассудный, он один бьется, и с кем? С драконами! Рискуя собой и должностью.

Почему он кинулся защищать Ларику? Кто она ему? С другой стороны, он показал мне пример беззаветной преданности по отношению к женщине, которую, без сомнения любит. И именно Лару. Вот какой только любовью?

Во мне все полыхает от сомнений и вопросов, а еще на мне повисла Синтия, кричит, что она моя жена.

— Это мой муж, мой муж! Я должна заменить ему истинную! У нас свадьба была, когда генерал приехал за новобранцами.

Вот каково это слушать Ларе? Но не это было самым страшным.

Генерал Джеральд Харлоу объявляет, что в условиях военного времени все попаданцы подлежат казни.

А вот это никак нельзя допустить!

Лару, а теперь еще и Дэба, избитого и связанного, ведут в тюрьму. Я иду тоже в этой печальной процессии, с Рочестером, и Синтия не отстает.