День не святого Валентина (ЛП) - Кейн Кристина - Страница 6

Довольный выбором, он вставил диск в приставку и, ожидая загрузки, открыл пиво. Уже собираясь сесть на диван, он вспомнил о краске. Её было так много на спине, что она насквозь пропитала майку. Не говоря уже о синих волосах.

Он поставил пиво на стол и направился в спальню, по пути снимая грязную футболку.

Дверь ванной открылась как раз в тот момент, когда он проходил мимо.

Кэсси вышла — и его сердце остановилось. Совсем. Без единого удара.

Она выглядела как воплощение эротического сна. Капли воды стекали по её обнажённым плечам, тонкие струйки исчезали под полотенцем, завязанным между её покрасневшими грудями. Грудями, которые едва заметно вздымались, пока она смотрела на него.

Он заставил себя сглотнуть, и сердце снова рвануло вперёд, мчась, как гоночный автомобиль.

Когда он поднял взгляд к её лицу, её широко раскрытые глаза были прикованы к его груди.

Неужели он настолько неряшлив?

Обеспокоенный, он провёл рукой по груди. Она издала тихий звук — стон? вздох? — и проследила за его движением.

— Кэсси? Что-то не так?

Её щёки покраснели. Она медленно подняла голову и облизнула губы. Увидев розовый кончик её языка, он почувствовал, как комната поплыла. Он хлопнул ладонью по стене, чтобы удержать равновесие, и мгновенно возбудился, вспомнив вкус её поцелуя.

Глубоко вдохнув, он резко отвернулся и поспешил в свою комнату.

«Успокойся, идиот. Ты дал обещание».

Одежда. Ей нужно было во что-то переодеться.

Он взял футболку и самые маленькие спортивные штаны, какие у него нашлись, и вернулся.

— Это должно подойти.

Она окинула его взглядом с головы до ног и приподняла бровь. Он ухмыльнулся.

— Ладно, может, и нет. Подверни их. Никто, кроме меня, тебя не увидит. После душа я закину все наши вещи в стиральную машину.

Она отпустила полотенце, чтобы взять одежду.

«Падай… падай… падай…»

Но чёртово полотенце осталось на месте.

Улыбнувшись, она вошла в его комнату и закрыла дверь.

Ной посмотрел на часы. Курьер с пиццей обещал приехать через тридцать минут, но на всякий случай — вдруг раньше — он достал из кошелька сорок долларов и положил наличные на журнальный столик.

Сделав это, он направился в ванную.

Ему был необходим душ.

Очень необходимый холодный душ.

~ ~ ~

Кэсси закончила одеваться и рассмеялась, мельком взглянув на своё отражение в зеркале на комоде Ноя. Мужчина был сантиметров на двадцать выше и, вероятно, килограммов на тридцать тяжелее. Она закатала пояс и штанины спортивных штанов настолько, насколько смогла, но всё равно выглядела как маленькая девочка, играющая в переодевания.

Ну и ладно. Это был «Не день святого Валентина». Ей не нужно было наряжаться, чтобы доказать, что она достаточно хороша. С Ноем она могла расслабиться и быть собой.

Проходя мимо двери ванной, она услышала, как вода барабанит по стенкам кафельной душевой кабины. Жар разлился по венам, когда в воображении возник образ груди Ноя, воды, стекающей по его гладким мышцам и кубикам пресса. Она резко остановилась, прежде чем фантазия дорисовала остальное.

«Нет, нет! Дружба с Ноем — лучшее, что у меня есть. Но, Боже, он выглядел так потрясающе… так привлекательно. Этот занудный компьютерщик превратился в настоящего красавчика. Когда это произошло? И как пережить остаток вечера, не оказавшись в его кровати? Для начала — проследить, чтобы на Ное оставалась его чёртова рубашка».

Она загрузила бельё в стиральную машину и пошла ждать Ноя в гостиной. Увидев угощение на журнальном столике, она улыбнулась. Он определённо серьёзно подошёл к теме «Не дня святого Валентина». Никакого шампанского и креветок — только пиво, чипсы и пицца.

Она открыла бутылку пива и довольно вздохнула, когда холодная жидкость скользнула по горлу. Восхитительно.

Сегодняшний день оказался одним из самых весёлых за долгое время, и ей не терпелось узнать, что ещё Ной приготовил для них.

В ванной выключилась вода, затем открылась дверь. Она заставила себя смотреть в окно, вместо того чтобы снова любоваться его телом.

«О боже. Неужели я правда только что так подумала?»

Домофон зажужжал, заставив её вздрогнуть. Ной кого-то ждал?

— Кэсси? Ты можешь принять заказ? Это, наверное, разносчик пиццы. Я оставил деньги на журнальном столике.

Её взгляд упал на две двадцатидолларовые купюры рядом с пачками чипсов.

— Легко, — ответила она, поднимаясь и нажимая кнопку домофона. — Да?

— Доставка пиццы для Ноя Дженсена.

Бинго. Она впустила курьера и пошла за деньгами.

В этот момент зазвонил беспроводной телефон на прикроватной тумбочке рядом с диваном. На экране определителя номера высветилось: «Мама».

— Ной? — позвала она.

Ответа не последовало. Она пожала плечами и подняла трубку. Он, похоже, был очень близок с матерью и, вероятно, не хотел бы пропустить её звонок.

— Алло? Эм… привет. Это Кэсси?

Она отстранила телефон и нахмурилась, затем снова поднесла его к уху. Мама Ноя знала о ней?

— Да, — ответила она, услышав неуверенность в собственном голосе.

— Ной так много о тебе рассказывал, дорогая. Хорошо ли ты проводишь день?

— Самый лучший. Ваш сын — отличный друг, миссис Дженсен.

— Да, он замечательный мальчик. — Повисла короткая, тяжёлая пауза. — Он дома? Я бы хотела с ним поговорить.

— Он только что вышел из душа. Могу попросить его перезвонить вам?

— На самом деле, это срочно. Не могли бы вы позвать его?

Кэсси шумно выдохнула.

«Как я могу ей отказать?»

В дверь позвонили.

«Чёрт! Курьер уже поднялся. Ною явно нужен помощник».

Она прикрыла трубку ладонью и крикнула:

— Одну секунду!

Одновременно она побежала по коридору, чтобы отнести Ною телефон.

Переступив порог его комнаты, она резко остановилась.

Ной стоял у комода спиной к двери, роясь в ящике.

И её встретили его обнажённые ягодицы.

«Твёрдые, округлые, идеально очерченные».

У неё перехватило дыхание. Пальцы невольно дрогнули — так и хотелось коснуться гладкой кожи. Его зад выглядел настолько… притягательно, что её буквально тянуло укусить его.

Должно быть, она издала звук, потому что он резко повернулся, сжимая в руке боксёры. Её взгляд скользнул по нему — медленно, почти неприлично внимательно. Под этим взглядом он напрягся, тело отозвалось мгновенной реакцией.

«О боже… какие пропорции».

Он поспешно прижал трусы к затвердевшему члену и повернулся боком.

— Кэсси, — произнёс он тоном, в котором смешались раздражение и явное смущение.

В трубке раздался смех, а дверной звонок зазвенел так настойчиво, словно курьер навалился на кнопку всем телом.

— Твоя мама хочет с тобой поговорить. И пришёл доставщик пиццы.

Она бросила ему телефон. Он поймал его одной рукой — той самой, в которой держал боксёры.

Улыбнувшись, она направилась открывать дверь.

— Ты сделала это нарочно, да, мам? — услышала она его голос, и даже из коридора донёсся смех миссис Дженсен.

«Значит, у матери Ноя было отличное чувство юмора. Когда-нибудь нужно обязательно поблагодарит её».

Ной действительно был замечательным мужчиной. Тем, с кем ей хотелось бы познакомиться ближе… если бы не «Не день святого Валентина» — и если бы она могла быть уверена, что после этого они останутся друзьями.

~ ~ ~ 

Ной натянул трусы и тяжело вздохнул, садясь на край кровати. Мама хотела как лучше, но, чёрт возьми, смесь ужаса и восхищения на лице Кэсси, когда он повернулся и показал ей свою грудь, навсегда запечатлелась в его памяти.