Развод с драконом, или Каждой твари по паре (СИ) - Мун Лесана - Страница 24

— Здесь наш судья, — объясняет шепотом. — Средних моральных качеств лорд. Но не мерзавец и не женоненавистник — уже хорошо.

Я слушаю и киваю. Это да. Уже неплохо.

— Говорить буду я, — напутствует Хелена. — Ты только отвечай, если что-то спросят.

— Хорошо, — соглашаюсь.

— Ну что ж, будем надеяться…

И тут дверь кабинета судьи открывается и в коридор выходят, довольно улыбаясь — адвокат Раус и его новый клиент — мой муж. Вот, муд… жик мерзкий!

Глава 17

— Кого я вижу! — радостно лыбится Амудсен. — Пропажа пожаловала. Да еще и не одна.

Бросает быстрый взгляд на Хелену и гораздо более долгий на Петруччо.

— А это еще что за старик? Твой новый любовник?

Амудсен говорит громко, его хорошо слышно не только нам, но и адвокату, а также судье, стоящему чуть подальше, в глубине комнаты. Ну и всем, кто сейчас сидит или идет по коридору.

— Я как раз всегда была верна, Амудсен. Чего о тебе не скажешь.

— Ой ли? А если я найду свидетелей, которые расскажут, как ты уезжала по ночам и возвращалась под утро? — ухмыляется почти бывший муж.

— Найди. И мы оба знаем, что они солгут. А значит, сядете за клевету все вместе.

— И давно ты стала такая наглая? — начинает злится почти бывший муж.

— Уважаемые! — Наконец-то просыпается судья. — Прошу всех пройти в зал заседаний и не устраивать прилюдных ссор в приличном месте.

Ну раз нас попросили, так и быть. Идем, куда сказали. Возле двери Амудсен внезапно останавливается.

— Я хочу поговорить с женой, — заявляет.

— Я бы не рекомендовал, — сообщает его адвокат.

— Я не спрашивал рекомендаций, — отфыркивается почти бывший муж.

— Алария, я бы тоже не рекомендовала, — тихонько говорит мне Хелена.

— Понимаю, но я хочу узнать, что он задумал, — так же шепотом отвечаю ей. И уже громче говорю мужу. — Я не против поговорить. Но только здесь, в коридоре.

Амудсен недовольно осматривает место переговоров — туда-сюда шастают незнакомые люди, не оставив ни капельки приватности. Но мне она и не нужна. А мужу — ну это его проблемы, что ему там нужно.

— Хорошо. Я согласен, — говорит.

Наши сопровождающие заходят в зал заседаний и закрывают за собой дверь, впрочем, не плотно, а мы остаемся в коридоре. Отхожу к окошку, туда же подходит Амудсен.

— Алария, — начинает он, — давай решим ситуацию полюбовно. Бросай это все и возвращайся домой. Я все прощу. Мы вернемся к тому, что у нас было.

— А что у нас было, Амудсен? — спрашиваю, пристально глядя на мужа.

— Ну что ты начинаешь? Вроде не знаешь, что было. Любовь была, — ухмыляется.

— С моей стороны, может, и была, — отвечаю. — А с твоей — никогда не было, и не надо мне тут лапшу на уши вешать.

— Какую лапшу? — Амудсен округляет глаза. — Так ты так злишься из-за того, что я тебя ограничил в питании? Так бы сразу и сказала. Вернешься — добавлю к каше кусочек мяса. Но небольшой. Ты склонна к полноте, ты ведь сама понимаешь…

— Ой, умолкни уже. Тошно слушать, — отмахиваюсь от идиота. — Если есть что еще сказать — говори. А нет — то идем в зал, нечего задерживать уважаемых людей.

— Значит, слушай сюда, ты, наглая курица! — Начинает закипать Амудсен. — Или ты забираешь заявление, или я с такой отборной грязью замешаю твое имя, что тебя ни в одном приличном обществе не примут. Нищие — и те не захотят с тобой рядом сидеть!

— Ты слюной-то так не брызжи, вон уже шейный платок весь заплевал, — говорю почти бывшему мужу, изо всех сил сдерживаясь, чтобы не врезать по его самодовольной роже. — Хотя… куда уж тебе, ты же привык жидкости своего тела распылять направо и налево, да, муженек? Или ты думаешь, я буду молчать, если ты откроешь рот? Нет уж! Я и тетрадочку одну очень интересную явлю на свет. Где ты описываешь свои подвиги и всякие пикантные моменты.

— Ты… ах… гадина! Так это ТЫ украла? — В ярости Амудсен хватает меня за руку и больно выворачивает ее.

Ну все, пришел песец к коту Ваське! Резко выдергиваю свою ладонь из руки мужа, хватаю его за пальцы и выкручиваю их до щелчка. В очередной раз послав слова благодарности моему третьему мужу.

— Ай! Ай! Ты!

В коридор выбегает адвокат потерпевшего на всю голову Амудсена.

— Что происходит?

— Ничего, — отвечаю совершенно спокойно. — Ваш клиент был невнимателен и случайно задел подоконник пальцами. Думаю, выбил парочку суставов, но хороший лекарь их вправит.

И прохожу мимо обалдевшего адвоката в зал заседаний. В дверном проеме поворачиваюсь к мужу:

— Ну ты идешь замешивать меня? Или передумал?

Глава 17-1

В зале мы садимся по разные стороны от центрального прохода. Я и моя гвардия — справа. Амудсен и его купленный специалист — слева. Судья усаживается за высоким столом по центру.

— Итак, всем добрый день. Предлагаю сразу приступить к делу, — начинает судья. — Я ознакомился с вашим заявлением, леди, а также со встречным документом лорда, и, согласно существующему порядку, даю вам месяц на то, чтобы вы все хорошо обдумали и все-таки решили сохранить семью.

— Ваша Честь, — берет слово Хелена. — Моя клиентка уже все хорошо обдумала и…

— Уважаемый адвокат, — голос судьи становится холодным и слегка пренебрежительным, — учите законы! Тогда будете знать, что месяц на раздумья — это обязательная часть бракоразводного процесса.

— На самом деле, это не так, Ваша Честь, — Хелена осмеливается возражать. — Согласно Закону Семейного кодекса королевства Астания, номер двести четыре, пункт пять, подпункт одиннадцать, моя клиентка может отказаться от срока на раздумья, если она уже все для себя решила, и если семейная жизнь пары не отягощена общим ребенком возраста до семи лет.

Ох! Надо видеть каким взглядом судья одаривает мою адвокатшу. Если бы мог, убил бы на месте.

— Госпожа адвокат… — начинает судья.

— Ваша Честь, — крайне непочтительно перебивает его Хелена, — мы настаиваем на отмене отсрочки. И хотим прямо сегодня назначить дату судебного заседания.

— Ну раз вы настроены так решительно и желаете подобной спешки, то что ж… возражать не буду. Жду вас в девять утра в пятницу. Не опаздывайте, иначе заседание начнется без вас.

— Но Ваша Честь… — пытается возражать и адвокат мужа, но судья обрывает его взмахом руки.

Мы с моей группой поддержки встаем, прощаемся с судьей, игнорируя своих оппонентов, и выходим из зала. Молча проходим коридорами и выходим из здания суда. Только пройдя несколько метров по дороге, нарушаем молчание.

— У нас получилось! — восклицает Хелена.

— Да, отсрочку нам не дали, — говорю.

— Чтобы ты знала, это впервые в практике семейного кодекса! Впрочем, как и подача заявления на развод женщиной.

— Отлично. Что нас ждет дальше? Думаешь, судебное заседание пройдет так же легко, как и досудебное? — спрашиваю.

Петруччо просто тихонько идет рядом. Вот вообще золотой человек, честное слово! Знает, когда нужно что-то сказать, а когда и помолчать. Это же надо, какой бриллиант я случайно обнаружила на городской мостовой!

— Это вряд ли, — отвечает Хелена. — Сегодня они шли расслаблено, думали — мы просто две слабые женщины, немного поломаемся, но в конце концов согласимся на их условия. Теперь же они знают, что мы сдаваться не намерены и будем использовать все законные методы, дабы получить желаемое. Так что на заседании, скорее всего, полезет всякая гадость.

— Не полезет. Я кое чем пригрозила муженьку, так что он поостережется, — делюсь с подругой.

— Значит, они будут использовать другие методы. Нам бы подготовиться…

— Мы можем попробовать поговорить с теми леди, что записаны у моего неблаговерного в тетрадке. Возможно, хоть одна из них согласится свидетельствовать об измене.

— Попытаться можно, конечно, — соглашается Хелена.

— Но ты думаешь, что это глупая затея, — договариваю за нее.

— Не то, чтобы глупая, скорее безнадежная. Но попробовать стоит. Мало ли.