Невезучая В Любви (ЛП) - Харт Кива - Страница 14

— Ты… ты был готов драться с енотом!

— Эта штука могла быть опасной, — Райан обернулся, насупившись, но его уши пылали.

— Он просто искал, чем поживиться, — она вытерла слезы, не переставая улыбаться. — Большой и грозный морпех, поверженный енотом.

Райан пытался сохранить суровый вид, но звук её смеха против воли заставил его смягчиться. Он покачал головой и пробормотал:

— Наступит день, когда ты ещё скажешь мне спасибо за мою паранойю.

— Смотри, — она выпрямилась, всё ещё улыбаясь, и указала пальцем:

На одной из полок, поверх стопки забытых гроссбухов, лежал маленький кожаный дневник. Обложка была мягкой и потёртой – такую вещь выбирают с особой тщательностью. Тонкая лента удерживала его закрытым.

Тейлор благоговейно потянулась к нему, смахивая пыль. У неё перехватило дыхание, когда она открыла обложку.

Внутри тем же аккуратным почерком было написано:

Её губы приоткрылись. Она провела рукой по странице, её глаза блестели в тусклом свете. На мгновение она показалась совершенно обезоруженной, словно кто-то залез ей в душу и вытащил наружу тайну, которой она ни с кем не делилась.

Райан наблюдал за ней, чувствуя странную ноющую боль в груди. Он сглотнул.

— Что за истории?

— Ничего важного, — Тейлор моргнула, прижимая дневник к груди.

— Ты лжёшь.

— Нет.

Райан сделал шаг ближе, опуская фонарик.

— Ты пишешь с самого детства. Думаешь, я не замечал, как ты трясёшься над своими тетрадками, будто над золотом? Ты готова была мне голову откусить, если я просто пытался заглянуть внутрь.

— Я писала про единорогов. Помнишь? — она одарила его мимолётной, дерзкой улыбкой.

— Ну да, конечно, — он фыркнул.

Её улыбка стала шире, но не коснулась глаз. Она не собиралась ничего ему рассказывать – по крайней мере, не сегодня. Райан не стал настаивать, но её нежелание открываться задело его. Он знал её лучше, чем она думала, но заставить её доверить ему то, что она хранила под замком, становилось его любимой задачей.

Тейлор нарушила тишину смехом, теперь уже более лёгким.

— Ну, хорошая новость: сталкера нет. Только один енот с тягой к винтажной прессе.

— Я всё равно настаиваю, что в его глазах читалось намерение совершить убийство, — Райан покачал головой, с трудом подавляя улыбку.

Она убрала дневник в сумку и выглядела куда более окрылённой, чем когда они только вошли сюда.

— Спасибо, что пришёл, Райан.

— Ты думала, я не приду? — он удивлённо взглянул на неё.

— Я думала, ты будешь подкалывать меня всю дорогу.

— Так я и подкалывал, — заметил он.

Она снова рассмеялась, и этот звук заполнил подвал, разгоняя последние тени.

Райан поправил фонарь, ведя её обратно к лестнице, но его мысли окончательно спутались. Потому что настоящая опасность исходила вовсе не от енота и даже не от тайного поклонника.

Настоящая опасность заключалась в том, что каждый раз, когда Тейлор улыбалась, каждый раз, когда она прижимала к себе очередной подарок так, будто он был важнее всего на свете, Райану хотелось обнять её и поцеловать – так, как он хотел этого ещё тогда, когда она была подростком.

И он не был уверен, сколько ещё сможет притворяться, что это не так.

Ночной воздух был колючим и свежим. Когда они вышли из библиотеки, их дыхание превращалось в облачка пара в свете уличных фонарей. Райан всё ещё держал фонарик, хотя на тихих улицах никого не было, и когда Тэйлор поддела его на этом, он только хмыкнул, обводя лучом тени, словно опасность могла выскочить из-за ближайшего почтового ящика.

Она прижимала дневник к груди, кожа обложки согрелась от её рук.

— Тебе не обязательно провожать меня до самого дома, ты же знаешь.

— Обязательно, — его тон не терпел возражений.

Они пошли рядом, ботинки хрустели по ледяным коркам на тротуаре. Какое-то время между ними тянулось молчание, но мысли Тейлор гудели слишком громко. Он не просто зашёл в кафе утром. Он не просто спустился с ней в жуткие архивы. Он был… рядом. Постоянно. И она не могла не задаваться вопросом: почему?

Она взглянула на него: челюсти плотно сжаты, взгляд устремлён на дорогу впереди.

— Райан, — тихо позвала она. — Почему ты на самом деле вернулся домой?

Его шаг на мгновение сбился, но он тут же выровнялся. Он ответил не сразу. Наконец он шумно выдохнул, и этот звук прозвучал резко на холоде.

— Одна операция пошла не так. По моей вине. Люди пострадали. Мои люди… — его голос сорвался, и он качнул головой. — Я не могу к этому вернуться. Не могу больше быть тем, кто принимает решения и отдаёт приказы.

У Тейлор сжалось сердце. Она замедлила шаг, заглядывая ему в лицо.

— Райан…

Он пожал плечами – его широкие плечи казались сейчас очень усталыми.

— Срок службы закончился, и я не стал продлевать контракт. Неважно, сколько раз они просили. Мне нужно было выбраться. Я думал, возвращение домой поможет мне понять, что делать дальше.

Тейлор прижала дневник к сердцу.

— Ты всегда умел вести людей за собой. Может, тебе просто нужно делать это так, чтобы это тебя не ломало?

— В твоих устах это звучит так просто, — он коротко и невесело хохотнул.

— Это не просто, — признала она. — Но нельзя же вечно прятаться от того, что ты любишь, Райан. Если командование когда-то что-то для тебя значило – найди новый способ. Что-то, от чего ты снова почувствуешь себя живым.

Когда они дошли до её крыльца, он посмотрел на неё – его взгляд был острым, почти испытующим. А затем он тихо произнёс:

— Забавно. Это именно то, что тебе стоит сказать самой себе.

— О чём ты? — Тейлор моргнула.

— Ты – издающийся автор, Тейлор. Почему ты прячешь это, как какой-то грязный секрет?

Сердце Тейлор остановилось. Дневник чуть не выскользнул из её рук.

— Как…

— Я читал твои книги, — просто сказал Райан. — Каждую из них.

— Ты… ты не мог, — у неё подкосились ноги, и ей пришлось ухватиться за перила крыльца.

На её потрясённое лицо он ответил с изводящим с ума спокойствием:

— Читал. И ты талантлива. Больше, чем талантлива. У тебя дар, но вместо того, чтобы признать это, ты публикуешься под псевдонимом и притворяешься, что этого не существует.

Тейлор открывала и закрывала рот, но слова не шли. Никто не знал. Даже Эмма.

Уголки губ Райана дёрнулись в подобии улыбки.

— Моей любимой была та, про девушку, влюблённую в брата своей лучшей подруги.

У неё перехватило дыхание. Жар залил лицо.

— Есть шанс, что это было про меня? — провокация и вызов в его голосе заставили её затрепетать.

— С чего… с чего ты взял, что это про тебя?

Взгляд Райана потемнел, став нечитаемым. А затем, без предупреждения, он шагнул вперёд, обхватил её лицо ладонями и поцеловал её.

Мир пошатнулся. Его губы были тёплыми и настойчивыми, он крал воздух из её лёгких, посылая волны жара по венам. Она вцепилась в его куртку, притягивая его ближе, и на одну безумную секунду ей показалось, что каждое её сокровенное желание, которое она когда-либо прятала, взорвалось и ожило.

Когда он наконец отстранился, они оба тяжело дышали. Его большой палец скользнул по её щеке, задерживаясь на мгновение дольше, чем нужно.

— Ты когда-нибудь думала, что, может быть, я вернулся ради тебя? — на этот раз он поцеловал её нежно, обхватив за талию и прижимая к себе всем телом.

Она издала тихий стон, отвечая на поцелуй, наслаждаясь моментом и гадая, как её давняя фантазия только что стала реальностью.

Она едва не вскрикнула в знак протеста, когда он отстранился с довольной улыбкой на лице.

— Увидимся завтра, — промурлыкал он низким, хриплым голосом.

И вот так просто он развернулся и зашагал прочь по улице, оставив Тейлор стоять как вкопанную на крыльце – с горящими губами, колотящимся сердцем и секретным дневником в руках, который теперь был её единственной связью с реальностью.